+7 (905) 700-0886 

22 мая 2014 года Сергиево-Посадским городским судом Московской области вынесено решение по гражданскому делу № 2-3113/2013 (далее- «решение», «оспариваемое решение»). Указанным решением полностью удовлетворены требования Сергиево-Посадского городского прокурора Московской области в защиту интересов Российской Федерации в лице Министерства культуры Российской Федерации к Главе городского поселения Хотьково Сергиево-Посадского муниципального района Московской области. В результате удовлетворения требований:

  • признано незаконным постановление Главы городского поселения Хотьково Сергиево-Посадского муниципального района Московской области № 943 от 19.08.2010 г. об изменении вида разрешенного использования земельного участка площадью 176 170 кв.м. (кадастровый № 50:05:0060512:5) с вида «для сельскохозяйственного производства» на вид «для дачного строительства»;
  • принято решение о внесении в государственный кадастр недвижимости и в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество записей об изменении вида разрешенного использования земельных участков, принадлежащих 3-м лицам, образовавшихся в результате раздела участка с кадастровым № 50:05:0060512:5, на «для сельскохозяйственного производства».

03 сентября 2014 г. указанное решение оставлено без изменения апелляционным определением Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда (далее – «Определение», «Апелляционное определение», «Оспариваемое определение»). Апелляционная жалоба заявителя оставлена без удовлетворения.

Заявитель не согласен с указанными судебными актами, считает, что они были приняты с существенными нарушениями норм материального и процессуального права, которые повлияли на исход дела. По мнению заявителя, без устранения данных нарушений невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Указанные нарушения заключаются в следующем

1.

Оспариваемое решение принято без учета необходимости соблюдения баланса между публичными интересами охраны памятников и интересами собственников земельных участков. При всей важности публичного интереса, в сложившейся ситуации именно собственник является наиболее пострадавшей стороной. Число таких пострадавших только в ДНТ Репихово превышает 60 человек. Общее же число пострадавших в результате неприменения решения Мособлисполкома № 826/20 от 12.06.1986 года. измеряется тысячами.

Очевидно, что все эти люди умышленно не нарушали неведомого им постановления. Отсутствуют сомнения, что истинными виновниками являются Министерство культуры, начавшее работы по постановке на учет охранной зоны только в 2014 году, Администрация, забывшая про существование охранной зоны и органы регистрационного и кадастрового учета, проводившие правовую экспертизу  не нашедшие законного основания для отказа.

Необходимо отметить, что за время судебного разбирательства всетаки поставлена на кадастровый учет зона охраны древнего Радонежа. Фактические границы этой зоны устанавливались с учетом произошедших с 1986 года изменений местности. Не смотря на факт нахождения ДНТ Репихово на границе охранной зоны, отсутствия на его территории выявленных объектов, предполагаемо относящихся к памятникам, границы зоны не были скорректированы в соответствии с осуществленной застройкой. Так же, как не было представлено никаких обоснований невозможности корректировки границ.

Результатом принятия оспариваемого решения является невозможность собственников использовать участки для дачного строительства. При этом за время судебного разбирательства дважды повышена кадастровая стоимость участков. Согласно публичным кадастровым данным, вскоре после вынесения оспариваемого решения судом первой инстанции кадастровая стоимость поднялась примерно вдвое, а после апелляционного определения и внесения в кадастр сведений о изменении разрешенного вида- еще в четыре раза. Совершенно очевидно, что как наличие судебного спора, так и измененный в его результате вид разрешенного использования способствуют снижению рыночной цены, так и полному исчезновению спроса на такие участки. Тем не менее, вследствие изменения вида разрешенного использования вопреки здравому смыслу владельцы земельных участков оплачивают земельный налог в размере, многократно превышающем размер, который мог бы быть обоснованным реальной рыночной стоимостью их участков.

Другим, более существенным результатом оспариваемого решения, является отсутствие у владельцев земельных участков иной возможности восстановить нарушенные права. В частности, собственникам участков было отказано в удовлетворении требований о признании незаконным бездействия Министерства культуры Московской области (Решение Красногорского городского суда Московской области №2-2523/2014 от 05.08.2014 г. по иску Катунина П.В.). Также, решением Сергиево-Посадского городского суда от 01.10.2013 г. по делу № 2-4524/2013 отказано в удовлетворении исковых требований Федоровой Л.В. о расторжении договора купли продажи, взыскании стоимости участка и убытков к продавцу ООО «Северинвест» (решение оставлено в силе апелляционным определением, в пересмотре по вновь открывшимся обстоятельствам в связи с изменением вида разрешенного использования оспариваемым решением). Таким образом, у владельцев земельных участков отсутствует как материальная, так  и процессуальная возможность восстановить свои нарушенные права иначе, чем путем отмены оспариваемого решения.

Перечисленные обстоятельства в своей совокупности и взаимосвязи позволяют предположить намеренное создание невыгодных условий, имеющих целью принуждение собственников участков отказаться от собственности. Таким образом, последствия оспариваемого решения выходят за границы охраны памятников и имеют существенное негативное значение для многочисленной социальной группы.

2.

Конституция РФ, провозглашая признание, соблюдение и защиту прав и свобод человека и гражданина обязанностью государства (ст. 2), гарантирует каждому право иметь имущество в собственности, владеть, пользоваться и распоряжаться им как единолично, так и совместно с другими лицами, защиту указанных прав и свобод, в том числе судебную защиту, реализуемую на основе равенства всех перед законом и судом (ст. 8; ст. 19, ч. 1 и 2; ст. 35, ч. 1 и 2; ст. 45, ч. 1; ст. 46, ч. 1). Право собственности и иные имущественные права — в силу ст. 7, 15 (ч.2), 17 (ч.3), 19 (ч. 1, 2), 46 и 55 (ч. 1, 3) Конституции РФ и исходя из общеправового принципа справедливости подлежат защите на основе соразмерности и пропорциональности с тем, чтобы был обеспечен баланс прав и законных интересов всех участников гражданского оборота.

Возможные ограничения прав владения, пользования и распоряжения имуществом также должны отвечать требованиям справедливости, быть адекватными, пропорциональными, соразмерными, носить общий и абстрактный характер, не иметь обратной силы и не затрагивать существо данных конституционных прав, т.е. не ограничивать пределы и применение соответствующих конституционных норм. Сама же возможность ограничений и их характер должны обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей, включая достойную жизнь и свободное развитие человека.

Как неоднократно указано Конституционным Судом, осуществление прав и свобод человека и гражданина в силу ч. 3 ст. 17 Конституции РФ имеет в качестве своего объективного предела воспрепятствование реализации прав и свобод других лиц, причинение вреда их конституционно гарантированным интересам. Поэтому для обеспечения равной судебной защиты объектов культурного наследия и интересов собственников земельных участков Суд должен исходить из того, что возникающие коллизии их законных интересов, во всяком случае, не могут преодолеваться путем предоставления защиты одним правам в нарушение других, равноценных по своему конституционному значению.

Интересом собственников земельных участков является их использование в целях приобретения. В случае невозможности, интересом может быть использование для иных целей. Собственники не имеют возможности пользоваться их землей, соответственно их интерес может заключаться в возможности продать, вернуть продавцу, возместить убытки в судебном порядке. Приведенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии фактической возможности удовлетворения всех перечисленных интересов.

Несмотря на то, что формально Заявитель и иные 3-и лица продолжают оставаться собственниками своих участков, после вступления в силу оспариваемого решения они фактически лишились возможности использовать свои участки. Данная невозможность использования заключается для них как в невозможности осуществить дачное строительство, что следует из установленного оспариваемым решением вида разрешенного использования, так и в невозможности вести на таких участках сельское хозяйство, что следует из незначительного размера этих участков. Кроме того, незначительный размер таких участков, имеющих назначение для сельскохозяйственного производства, не позволяет практически реализовать их даже по минимальной цене. Соответственно, даже в случае гипотетического взыскания убытков с первоначального собственника участка, их настоящий собственник все равно не сможет восстановить нарушенного права.

Таким образом, оспариваемое решение не учитывает охраняемые интересы собственников, не является соразмерным и пропорциональным, нарушает при этом баланс прав и законных интересов собственников в пользу интересов иных участников рассматриваемых правоотношений.

3.

Как неоднократно указывалось Конституционным Судом, право на судебную защиту оказывается существенно ущемленным, если суды при рассмотрении дела не исследуют его фактические обстоятельства по существу, ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы (постановления от 6 июня 1995 года N 7-П, от 13 июня 1996 года N 14-П, от 28 октября 1999 года N 14-П, от 22 ноября 2000 года N 14-П, от 14 июля 2003 года N 12-П, от 12 июля 2007 года N 10-П).

К сожалению, оспариваемое решение принято Судом исключительно по формальным основаниям. Фактическими же основаниями, не учтенными при вынесении оспариваемого решения, являются ущемление прав собственности 3-х лиц и отсутствие у них возможности защитить свои права иным образом. Принятое решение также не учитывает отсутствие у 3-х лиц реальной возможности получить информацию о наличии охранной зоны.

Заявителем никогда не ставилось под сомнение то обстоятельство, что любой памятник нуждается в соответствующей зоне, обеспечивающей его сохранность. Также очевидным на наш взгляд является то обстоятельство, что установление зоны охраны существенно влияет на права землепользователей, оказавшихся в такой зоне. Соответственно, необходимость установления охранной зоны и права собственников земельных участков оказываются противопоставленными друг другу. Таким образом, при принятии оспариваемого решения должно учитываться влияние защищаемого таким решением права на другого участника противопоставляемых интересов.

Единственным механизмом, который может обеспечить баланс интересов землепользователей и публичных интересов, а также предотвратить ситуации, аналогичные существующей, является уведомление потенциальных землепользователей о наличии охранной зоны памятника (объекта, внесенного в списки для постановки на учет как памятника).  При этом, необходимым условием работоспособности такого механизма является доступность информации  о наличии ограничений в использовании попавших в зону охраны земельных участков для потенциальных приобретателей земельных участков.

Возможно, что в 1986 году достаточной мерой информирования заинтересованных лиц являлось направление существовавшим землепользователям и сельским советам 30 экземпляров брошюры с проектом охранных зон. Но, не менее очевидно, что при появлении частной собственности на землю и соответствующем увеличении числа владельцев земельных участков данный механизм перестал работать. Третьи лица при всей степени осмотрительности и добросовестности не могли получить информацию о наличии ограничений в использовании таких земельных участков.

Заявителем представлялись в Суд первой инстанции доказательства, подтверждающие отсутствие в государственных реестрах каких-либо сведений об охранных зонах, включающих земельные участки. К сожалению, оспариваемое решение принято Судом без учета названного обстоятельства, что свидетельствует о примененном формальном подходе.

Ситуация, аналогичная отсутствию информации об охранных зонах, сложилась и применительно к самому решение № 826/20 от 12.06.1986 года.

 Представленная в материалы гражданского дела ксерокопия решения № 826/20 имеет гриф «для служебного пользования», что относит ее к документам ограниченного доступа. Соответственно, для ознакомления с решением требуется санкция неизвестных владельцам земельных участков должностных лиц (п. 1.7., 2.1. Положения «О порядке обращения со служебной информацией ограниченного распространения в федеральных органах исполнительной власти» утвержденного Постановлением Правительства РФ от 3 ноября 1994 г. N 1233)

  До настоящего времени решение № 826/20 нигде не опубликовано, его текст отсутствует в справочно-правовых базах данных. Несмотря на спорность необходимости публикации решения № 826/20 в силу п.3. ст. 15 Конституции РФ, Судом не принято во внимание распространение действия данного решения на неопределенный круг лиц, значительно превышающий число лиц, проинформированных в 1986 году. На наш взгляд, невозможность обоснования судебного решения неопубликованным нормативным актом, затрагивающим права, свободы и обязанности человека, является одним из основных правовых принципов, существующим со времен римского права (non obligat lex nisi promulgate — закон не обязывает, если он не опубликован). Несмотря на это, неопубликованный нормативный акт был применен к не проинформированным участникам правоотношений.

В то же время, третьи лица приобретали земельные участки на основании сделок, зарегистрированных компетентными государственными органами. Регистрации перехода права собственности предшествовала правовая экспертиза сданных на регистрацию документов. Таким образом, у покупателей отсутствовали какие-либо сомнения в законности осуществляемых сделок. Не имея сомнений в законности своего владения, собственники осуществили постройку зданий и сооружений. Таким образом, оспариваемое решение создает правовую неопределенность в отношении законности существующих зданий, поскольку, несмотря на то, что на момент их возведения собственники имели право на такое строительство, изменение вида разрешенного использования оспариваемым решением создает угрозу для квалификации строений в качестве самовольных и, кроме того, делает невозможным регистрацию права собственности на строения, фактически существующие, но незарегистрированные по независящим от собственникам причинам на момент вступления решения в силу.

Как указывалось выше, несмотря на то обстоятельство, что ответчиком по иску являлась Администрация, именно собственники земельных участков фактически оказались стороной, принявшей на себя все негативные последствия принятого по делу решения.

Таким образом, собственник земельного участка, ограниченный в получении хоть какой-либо правдоподобной информации, является более слабой стороной, поставленной заведомо в более невыгодную ситуацию и нуждающейся в более сильных средствах правовой защиты. Соответственно, принимая оспариваемое решение и определяю границу между допустимой свободой и общим благом, эффективностью и справедливостью, Суд должен был учесть, в том числе, необходимость охраны интересов более слабой стороны. Оспариваемое решение принято без учета необходимости защиты более слабой стороны, ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, что привело к существенному ущемлению прав з-х лиц на судебную защиту.

4.

Как неоднократно указывалось Заявителем, оспариваемое решение вынесено в нарушение ст. 6 закона Московской области от 12 июня 2004 года N 75/2004-ОЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения на территории Московской области». Данное нарушение привело к первичному образованию участков для сельскохозяйственного производства, площадь которых на порядок меньше минимального размера, установленного данной нормой.

Несмотря на многократное выделение данного обстоятельства заявителем, данный довод не был рассмотрен ни Судом первой инстанции, ни Апелляционным судом. Тем не менее, несмотря на данное игнорирование, противоречие оспариваемого решения ст.6 закона от 12 июня 2004 года N 75/2004-ОЗ остается объективным фактом. Закон Московской области является нормативным актом не меньшей силы, чем постановление Мособлисполкома 1986-го года. Кроме того, закон Московской области принят позже, что подразумевает наличие у него большей юридической силы. На наш взгляд, данное обстоятельство свидетельствует о нарушении принятым решением нормы материального права, что должно влечь его отмену.

Заявитель готов допустить, что нарушение нормы закона о минимальном размере земельного участка, отводимого для целей сельскохозяйственного производства, является меньшим «злом», чем разрушение объекта культурного наследия. Однако, в оспариваемых судебных актах отсутствует какое-бы то ни было обоснование игнорирования норм Закона Московской области. Очевидно, что, вынося решение в сложившейся ситуации, Суд был ограничен в возможности восстановления ситуации, измененной постановлением Главы городского поселения Хотьково Сергиево-Посадского муниципального района Московской области № 943 от 19.08.2010 г. Данная усложненность обусловливалась делением участков и их продажей различным собственникам. Соответственно, любое восстановление размеров первоначального участка привело бы к возникновению у собственников образовавшихся участков права на компенсацию.

На наш взгляд, именно предоставление справедливой компенсации за приобретенные участки, произведенное благоустройство и возведенные строения является адекватным способом, обеспечивающим сохранение баланса интересов собственников и публичного интереса. Именно таким образом во всех развитых правопорядках решается вопрос строительства на территориях, потенциально предполагающих наличие сокрытых памятников истории и культуры.

К сожаление, ни Российская федерация, ни Московская область не посчитали необходимым выкупить участки у собственников, обеспечив таким образом защиту их интереса. Более того, как указывалась выше, собственники земельных участков также не получили процессуальной возможности на возмещение причиненных убытков.

Отсутствуют сомнения, что сложившаяся ситуация наиболее выгодна именно публичным образованиям. Не затрачивая никаких средств ни на компенсацию, ни на содержание земель, они перекладывают обязанность по охране земельных участков на их формальных собственников. Результатом такого отношения является вынесение противоправного решения, формально защищающего интересы охраны культурного наследия в ущерб реальным интересам собственников земельных участков.

5.

Кроме того, вызывает самое серьезное сомнение возможность сохранения объекта культурного наследия «Древний город Радонеж» путем установления для входящих в него земельных участков режима использования, допускающего ведение сельского хозяйства. Как следует из Решения Мособлсовета от 12 июня 1986 г. № 826/20, применительно к древнему городу Радонеж определен статус памятника археологии, изначально установленный Решением Совета Министров РСФСР от 30.08.1960 г. № 1327.

По своей сути, памятник археологии является представляющим культурную и историческую ценность объектом, находящимся под земной поверхностью. Соответственно, любое механическое воздействие, оказываемое на земную поверхность, в том числе при производстве сельскохозяйственных работ, может причинить вред скрытому под земной поверхностью памятнику. Таким образом, наличие статуса памятника археологии, обусловленное необходимостью сохранения скрытых объектов культурного наследия, не предусматривает возможности использования входящих в нее территорий ни в целях сельскохозяйственного производства, ни в каких либо еще хозяйственных целях.

При указанных обстоятельствах, и при условии, что на территории земельных участков, принадлежащих  собственникам, действительно находится памятник археологии, единственным способом сохранения такого памятника является запрещение любой деятельности. Таким образом, оспариваемое Решение не только ограничивает собственников в реализации их прав, но и не приводит к какой-либо реальной защите объектов культурного наследия.

6.

            Заявитель не может согласиться с выводами Судов первой и апелляционной инстанций о том, что ни Положение о зонах охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 26.04.2008 N 315, ни само постановление не содержит указаний на то, что данное положение не должно применяться для защиты объектов культурного наследия, выявленных до вступления данного положения  в законную силу. Данный вывод основывается на неправильном толковании Судом норм материального права. Следуя данной логике, можно прийти к выводу об отсутствии необходимости постановки на учет ранее выявленных объектов культурного наследия.

Факт отсутствия в ГКН и ЕГРП сведений об ограниченном режиме использования спорного земельного участка на момент принятия оспариваемого постановления в действительности имеет существенное значение, поскольку наличие таких сведений исключило бы изменение вида разрешенного использования земельного участка, принятие соответствующего постановления и сделало бы невозможным приобретение участка заявителем.

Таким образом, именно бездействие Истца (как Министерства культуры РФ, так и Министерства культуры Московской области) по невключению сведений о зонах охраны  в ГКН и ЕГРП является причиной, по которой стало возможным изменение разрешенного вида использования земельного участка и последующее совершение сделок с данным земельным участком.

7.

Заявитель не согласен с допустимостью рассмотрения заявленного Прокурором требования в исковом порядке. Данное требование, как по сути, так и по содержанию является требованием об оспаривании ненормативного правового акта. Наличие дополнительного требования о внесении изменений в сведения государственных реестров по своей сути является последствием недействительности ненормативного акта, поскольку не имеет самостоятельного значения.

Требование не могло быть заявлено Прокурором в порядке Гл. 25 ГПК РФ по причине пропуска им срока на обжалование ненормативного акта. Таким образом,  рассмотрение в исковом порядке требования о признании ненормативного правового акта недействительным не имеет в своей основе иного обоснования кроме как обосновывающего пропуск срока давности.

Таким образом, судом Первой инстанции был применен закон, не подлежащий применению. Данное процессуальное нарушение является существенным в условиях пропуска срока давности, поскольку предполагает невозможность движения дела. Считаем, что необходимость защиты публичных интересов не может служить достаточным оправданием для рассмотрения требования об оспаривании ненормативного правового акта в порядке искового производства.

Кроме того, оспариваемое решение и определение приняты с нарушением положений ч. 1 ст. 222 ГПК РФ. Поскольку ст. 9.1. ФЗ «Об объектах культурного наследия» установлено, что функция по осуществлению государственной охраны объектов культурного наследия федерального значения с 01.01.2010 г. передается  органам государственной власти субъекта РФ, то оспариваемые акты приняты судом первой и второй инстанций по иску ненадлежащего истца.

Завершая изложенное, представляется целесообразным обратить внимание Суда на основные доводы:

1.

Оспариваемое решение принято без учета необходимости соблюдения баланса между публичными интересами охраны памятников и интересами собственников земельных участков.

Именно 3-и лица являются стороной, принявшей на себя негативные последствия оспариваемого решения, поскольку при формальном сохранении права собственности они лишились возможности использовать земельные участки.

Собственники не имеют возможности осуществлять дачное строительство, а также не могут вести на своих участках сельское хозяйство.

Несмотря на утрату рыночной стоимости участков, в настоящее время к ним применяется ставка земельного налога в размере, многократно превышающем размер, который мог бы быть обоснованным реальной рыночной стоимостью их участков.

Вопрос восстановления прав собственников земельных участков не решился в административном порядке при определении границ и постановке на кадастровый учет достопримечательного места.

У владельцев земельных участков отсутствует как материальная, так  и процессуальная возможность восстановить свои нарушенные права иначе, чем путем отмены оспариваемого решения, поскольку Судами многократно отказано во взыскании убытков и признании недействительным бездействия.

Указанные обстоятельства свидетельствуют о создании заведомо невыгодных условий, направленных на принуждение собственников участков отказаться от собственности.

Последствия оспариваемого решения выходят за границы охраны памятников и имеют существенное негативное значение для многочисленной социальной группы.

2.

Право собственности, право владения и распоряжения им, а также защита данных прав провозглашены Конституцией РФ. Данные права подлежат защите на основе соразмерности и пропорциональности с тем, чтобы был обеспечен их баланс с иными законными интересами.

Возможные ограничения прав собственности должны быть справедливыми, адекватными, не иметь обратной силы и не затрагивать существо конституционных прав, а также обусловливаться необходимостью защиты конституционно значимых ценностей.

Равная судебная защита объектов культурного наследия и интересов собственников земельных участков не может обеспечиваться путем  преодоления возникающих коллизий предоставлением защиты одним правам в нарушение других, равноценных по своему конституционному значению.

Интересом собственников земельных участков является использование этих участков для целей, в которых они были приобретены. В случае невозможности, интересом может быть использование для иных целей. Собственники не имеют возможности пользоваться их землей, соответственно их интерес может заключаться в возможности продать, вернуть продавцу, возместить убытки в судебном порядке. Приведенные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии фактической возможности удовлетворения всех перечисленных интересов.

Таким образом, оспариваемое решение:

не учитывает охраняемые интересы собственников, нарушая их конституционные права

нарушает баланс прав и законных интересов собственников в пользу интересов иных участников рассматриваемых правоотношений,

не является соразмерным и пропорциональным,

3.

Оспариваемое решение принято Судом исключительно по формальным основаниям, в результате чего было в значительной мере ущемлено право на судебную защиту.

При вынесении решения не было учтено отсутствие у 3-х лиц реальной возможности получить информацию о наличии охранной зоны, ущемление прав собственности 3-х лиц, возникающее при защите публичного интереса выбранным способом, а также отсутствие у 3-х лиц возможности защитить свои права иным образом.

Поскольку интересы владельцев земельных участков и публичные интересы оказались противопоставленными друг другу, оспариваемое решение должно было учитывать влияние защищенного таким решением права на права другого участника противопоставляемых интересов.

Единственным существующим способом обеспечения баланса интересов является открытое размещение сведений о наличии охранной зоны. В рассматриваемом случае такая открытость отсутствовала. Также отсутствовала информация о самом решении № 826/20 от 12.06.1986 года.

Отсутствие информации и отсутствие иного механизма восстановления нарушенных прав свидетельствует о том, что собственники являются более слабой стороной, что подразумевает необходимость более сильных средствах правовой защиты.

Оспариваемое решение принято без учета необходимости защиты более слабой стороны, ограничиваясь установлением формальных условий применения нормы, что привело к существенному ущемлению прав з-х лиц на судебную защиту.

4.

Оспариваемое решение принято в нарушение ст. 6 закона Московской области от 12 июня 2004 года N 75/2004-ОЗ «Об обороте земель сельскохозяйственного назначения на территории Московской области», поскольку приводит образованию участков для сельскохозяйственного производства, площадь которых на порядок меньше минимального размера.

Поскольку Закон МО N 75/2004-ОЗ имеет не меньшую силу, чем постановление Мособлисполкома 1986-го года, оспариваемое решение свидетельствует о нарушении нормы материального права, что должно влечь его отмену.

Понятна сложность полного восстановления ситуации, измененной постановлением Главы городского поселения Хотьково Сергиево-Посадского муниципального района Московской области № 943 от 19.08.2010 г., поскольку восстановление размеров первоначального участка привело бы к возникновению у собственников образовавшихся участков права на компенсацию.

Но оспариваемые судебные акты не содержат обоснования игнорирования норм Закона Московской области.

Наиболее адекватным способом, обеспечивающим сохранение баланса интересов собственников и публичного интереса в сложившейся ситуации, является предоставление собственникам справедливой компенсации за их недвижимое имущество.

Решение о выкупе не принималось, а собственники не получили процессуальной возможности на возмещение причиненных убытков.

В результате противоправного решения обязанность по охране земельных участков возложена на формальных собственников. При этом формальная защита интереса охраны культурного наследия реализована в ущерб реальным интересам собственников земельных участков.

5.

Возможность сохранения объекта культурного наследия «Древний город Радонеж» путем установления для входящих в него земельных участков режима использования, допускающего ведение сельского хозяйства, вызывает обоснованное сомнение.

Наличие статуса памятника археологии, обусловленное необходимостью сохранения скрытых объектов культурного наследия, не предусматривает возможности использования входящих в нее территорий ни в целях сельскохозяйственного производства, ни в каких либо еще хозяйственных целях.

Если на территории земельных участков, принадлежащих  собственникам, действительно находится памятник археологии, единственным способом сохранения такого памятника является запрещение любой деятельности.

Таким образом, оспариваемое решение не только ограничивает собственников в реализации их прав, но и не приводит к какой-либо реальной защите объектов культурного наследия.

6.

Оспариваемое решение принято с нарушением материального права, заключающегося в неверном толковании Положения о зонах охраны объектов культурного наследия (памятников истории и культуры) народов Российской Федерации, утвержденного Постановлением Правительства РФ от 26.04.2008 N 315 в части невозможности применения для защиты объектов культурного наследия, выявленных до вступления данного положения  в законную силу.

Данное обстоятельство имеет существенное значение, поскольку наличие сведений в государственных реестрах исключило бы изменение вида разрешенного использования земельного участка, принятие соответствующего постановления и сделало бы невозможным приобретение участка заявителем.

Именно бездействие Истца является причиной неправомерного изменения разрешенного вида использования земельного участка и последующее совершение сделок с данным земельным участком.

7.

Заявитель не согласен с допустимостью рассмотрения заявленного Прокурором требования в исковом порядке, поскольку наличие дополнительного требования о внесении изменений в сведения государственных реестров является последствием недействительности ненормативного акта, не имеет самостоятельного значения.

Рассмотрение в исковом порядке требования о признании ненормативного правового акта недействительным не имеет в своей основе иного обоснования кроме как обосновывающего пропуск срока давности.

Оспариваемые акты приняты судом первой и второй инстанций по иску ненадлежащего материального истца.

8.

Оспариваемое решение нарушает права третьих лиц, не обеспечивая при этом защиты объектов культурного наследия. Единственное негативное последствие для объекта культурного наследия заключается в вероятном влиянии существующих строений собственников на его восприятие. Соответственно, восстановление восприятия объекта культурного наследия произойдет только при сносе строений. Поскольку на момент начала строительства собственники имели право на строительство, а на момент принятия оспариваемого решения срок на предъявление иска о сносе по ст. 222 ГК РФ уже был пропущен, снос строений как самовольных невозможен, а восстановление права не произойдет.

Оспариваемые судебные акты были приняты с перечисленными нарушениями норм материального и процессуального права, которые являются существенными, повлияли на исход дела, нарушили права 3-х лиц, а без их устранения невозможно восстановление и защита нарушенных прав, свобод и законных интересов, а также защита охраняемых законом публичных интересов. Принятое решение нарушает баланс интересов охраны памятников и интересов собственников, принципы правовой определенности и уважения собственности, не приводя при этом к сохранению культурного наследия.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 376, 387, 390 ГПК РФ,

ПРОШУ:

Решение Сергиево – Посадского городского суда Московской области от 22.05.2014 г. по  делу № 2-3113/2013  о признании незаконным постановления Главы городского поселения Хотьково Сергиево-Посадского муниципального района Московской области № 943 от 19.08.2010 г. об изменении вида разрешенного использования земельного участка площадью 176 170 кв.м. (кадастровый № 50:05:0060512:5) с вида «для сельскохозяйственного производства» на вид «для дачного строительства» и внесении в государственный кадастр недвижимости и в единый государственный реестр прав на недвижимое имущество записей об изменении вида разрешенного использования земельных участков, принадлежащих 3-м лицам, образовавшихся в результате раздела участка с кадастровым № 50:05:0060512:5, на «для сельскохозяйственного производства»,

Апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Московского областного суда от 03.09.2014 г. по делу № 33-19372 полностью отменить и принять новое судебное постановление об отказе в удовлетворении заявленных истцом требований в полном объеме.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Рубрики