+7 (905) 700-0886 

В НАЧАЛО

Отдел II. Объекты торговых сделок

§ 36. Понятие о товаре

I. Слово «товар» имеет двоякое значение, более широкое и более узкое: a) в первом случае под этим именем понимается все, что только способно быть предметом торговых сделок, следовательно не только движимые вещи, но и ценные бумаги, труд; b) во втором значении товаром называются материальные предметы торговых сделок, в противоположность другим объектам, особенно ценным бумагам. В этом последнем смысле и мы будем понимать это выражение.

Между экономической и юридической точкой зрения на товар такое же различие, как и в вопросе о торговле. С экономической точки зрения материальные блага только тогда становятся товарами, когда в совершенно готовом виде идут от производителя к потребителю. Даже при самом широком представлении о торговле, как то, какое дает Боргт, Торговля и торговая политика, предметы изготовленные производителем, — не товары, а продукты (стр.92). Но с юридической точки зрения и продукты будут признаны товаром. — Представление о труде, как товаре, было особенно выдвинуто германским экономистом Луйо Брентано.

II. Производство и обращение благ, при современном экономическом строе, предоставлены частной инициативе. Товары производятся и обращаются в зависимости от существующего спроса. Государство не считает себя призванным не только определять отношение между спросом и предложением, но и вмешиваться в самое производство и потребление, как это бывало раньше при полицейском государстве. Правительство уже не указывает, каких цветов, ширины, достоинства должно быть выделываемо сукно, какого покроя и качества должно быть платье, носимое лицами разных состояний. Только в редких случаях законодатель продолжает еще вмешиваться в производство, напр., постановляя, что церковные свечи должны быть приготовляемы из чистого пчелиного воска (Уст. Пром. ст.160). Господствующий ныне принцип экономической свободы заставляет предоставить все обращение товаров свободному усмотрению частных лиц.

Однако, общественный интерес побуждает в некоторых исключительных случаях поставить преграды свободе обращения товаров.

[Перечень законодательных постановлений, нормирующих обращение различных видов товаров, дан в книге Вормса и Даниловой «Источники торгового права», 2 изд.,1918 г. (ст.152 — 158, 575 — 576)].

1. Некоторые предметы безусловно изъемлются из оборота и сделки, совершенные относительно их, недействительны: таковы купля-продажа рабов, вывозимых из-за границы (азиатской), безнравственных изображений, запрещенных книг, негодных к употреблению продуктов.

2. В интересах поддержания доверия к товарам, обращающимся в значительном количестве, и имеющим важное экономическое значение для страны, закон принимает меры к обеспечению качеств. Товары, представляющие выдающийся интерес для торговли России, это лен, пенька, зерновой хлеб. a) За льном и пенькой установлен государственный контроль. Запрещая примеси и подмочку, закон устанавливает единообразный вес товара для облегчения надзора: завязки льна должны весить не более 20 ф., а связки пеньки не свыше 40 ф., при чем указывается даже, как должна быть составлена связка и чем обязана (Уст. Торг. по Прод. 1912, ст.853 — 857). b) За зерновым хлебом допущен общественный контроль. Биржевым комитетам предоставляется, [с разрешения Министра Торговли и Промышленности в течение пяти лет, начиная с 8 марта 1910 года], право подвергать осмотру каждую отправляемую партию зерна, извлекать из нее пробу и выдавать отправителю удостоверение о количестве и качестве досмотренного товара (Уст. Торг. по Прод. 1912 ст.657.1, прил. ст.1).

3. Гораздо значительнее ограничения в свободе обращения товаров, направленные к стеснению без поражения сделок недействительностью. Стеснение относится к времени, месту торговли, лицу торгующих. a) По отношению ко времени торговли запрещается, напр., продажа дичи в месяцы недозволенной охоты, продажа спиртных напитков ранее установленного часа; открытие магазинов в праздничные дни при существующем по этому поводу городском обязательном постановлении. b) По отношению к месту торговли существуют ограничения преимущественно с точки зрения таможенной политики, заключающейся в совершенном запрещении ввоза каких-нибудь товаров; продажа оружия обставлена особыми условиями. c) По отношению к лицу торгующего стеснения стоят в том, что продажа некоторых вещей допускается только со стороны лиц, обладающих специальной подготовкой, напр., лекарственные вещества, или в том, что частным лицам запрещается производство некоторых вещей (игральные карты, порох) или продажа (водка).

§ 37. Мера, вес, цена

I. При обращении товаров возникает потребность в измерении их. Чем дальше развивается обмен, чем более стремятся обменивающиеся отдать за получаемую ценность равную, тем настоятельнее необходимость в точных способах измерения. Чем однообразнее эти мерители, тем легче обороту приспособиться к ним. В виду важности для обмена иметь способы измерения, возбуждающие общее доверие, государство берет на себя обеспечение точности их.

II. Для измерения предметов протяжением существуют меры длины, поверхности, емкости. Во всей почти Европе за исключением Англии, Греции, в настоящее время принята метрическая система, введенная впервые во Франции в эпоху первой революции. Простота, единство и точность этой системы способствовали быстрому ее распространению. Русское законодательство не решалось до сих пор присоединиться к этому союзу и остается при своей собственной системе мер, если только можно назвать системой то многообразие названий и оснований, которыми отличаются русские меры. Такими мерами, по закону 4 июля 1889 года, являются ведро, четверть, аршин, а рядом еще фут.

III. Указанные меры употребляются в сделках как между частными лицами, так и с казной (Уст. Торг. ст.723). «Не находя возможным ломать сразу вековых привычек народа и делать метрическую систему обязательной для всего населения Империи», законодатель дозволил, в1899 г., применять, наравне с основными российскими мерами, по взаимному соглашению, метрическую систему мер (Уст. Торг. ст.724). Из этого дозволения можно заключить a) что, при отсутствии взаимного соглашения, измерение может быть производимо только посредством русских мер, b) что, при наличности взаимного соглашения, не может быть обязательной какая-либо иная система, кроме русской и метрической, напр., если бы контрагенты условились насчет английских мер. [Законом 3 июля1916 г. (Собр. Узак., ст.1671) введено новое «Положение о мерах и весах», согласно которому в России применяются наравне меры русская и международная метрическая (ст.1)].

IV. Измерение некоторых товаров возможно не только мерами емкости, но и весом. Для зерновых хлебов, размольных продуктов и семян у нас, по закону 12 февраля1901 г., установлена обязательная для торговцев приемка на вес в торговых помещениях, на всех базарах, ярмарках, железнодорожных станциях, пристанях (Уст. Торг. ст.846 и след. по Прод. 1912). За приемку не на вес, а иным способом, закон угрожает уголовным наказанием (штраф до 100 р.). Соответственно тому, по закону1902 г., на базарах, ярмарках и других местах, где производится продажа указанных товаров, должны быть устроены общественные весы распоряжением городских и уездных земских управ. За взвешивание продуктов и товаров на общественных весах может быть взимаем сбор в размере не свыше 1 коп. с пуда (ст.848 — 852).

При измерении весом различают вес самого товара (нетто) и вес его в упаковке, в бочках, мешках, ящиках (брутто). Разность того и другого веса называется тара. В торговом обороте предполагается вес нетто, если в договоре не условленно противное.

V. Само изготовление мер и весов предоставлено всем лицам, получившим на то дозволительные свидетельства от губернского начальства. Они обязаны иметь заклейменные образцы мер для проверки по ним изготовляемых. По закону1899 г., для проверки и клеймения мер учреждаются в различных местностях Империи поверочные палатки. Главные же образцы, прототипы, хранятся в Петрограде, в особом несгораемом здании, которое находится в заведывании Главной Палаты мер и весов (ст.728 след.).

VI. Надзор за употреблением в торговле законных мер и весов возлагается на обязанность местной полиции, а также городского общественного управления, через торговые депутации. В городах, пользующихся установленным в их пользу сбором за взвешивание на общественных весах и перемер общественными мерами товаров и продуктов, частные лица не имеют права заниматься, в виде промысла, взвешиванием и перемером за плату товаров, принадлежащих посторонним лицам (реш. 1 общ. собр. 1888, N 12). Закон угрожает наказанием торгующим, которые будут употреблять непроверенные меры и весы, и запрещает всем кроме разносчиков, употребление весов, называемых безменом.

VII. В современном экономическом обороте, построенном на началах свободной конкуренции, цена товара определяется всецело отношением спроса к предложению. В прежнее время преобладала такса, т.е. цена, определяемая административной или даже законодательной властью. Однако, все большая масса видов товара, выбрасываемых ежедневно на рынок, быстрая смена условий производства их и обращения делают невозможной эту задачу власти. Из общего принципа свободы на установление цены товаров, законодательства, в виду резко выступающего общественного интереса, допускают некоторые исключения. Так, по русскому праву существует такса: 1) на лекарственные вещества (т.XIII, Уст. Врач. ст.550); 2) на печеный хлеб и мясо, если признано будет городским общественным управлением, с утверждения губернатора, необходимым установить на эти предметы определенные цены (т.XIII, Уст. Нар. Прод. ст.27); за перевозку по железной дороге, когда цена перевозки называется тарифом (Общ. уст. рос. жел. дор. ст.69).

[Перечень узаконений о таксах дан в книге Вормса и Даниловой, Источник Торгового Права, 2 изд.,1918 г., ст.151 — 152].

§ 38. Деньги

Литература: Савиньи, Обязательственное право, ст.227 — 348; Исаев, Начало политической экономии, изд., 7 стр.388-416; Цитович, Деньги в области гражданского права; 1873; Литовченко, Деньги в гражданском праве, 1887; Кашкаров, Денежное обращение в России, 1898; Миклашевский, Деньги, 1895; Никольский, Бумажные деньги в России, 1892.

I. Экономические свойства общеупотребительного товара, называемого деньгами, заключаются в том, что деньги служат: 1) мерилом ценности всех товаров, 2) орудием их обращения и 3) средством сохранения ценности. Пользуясь этими экономическими свойствами, государство придает им юридическое свойство — служить законным платежным средством. Деньгами погашаются обязательства, лежащие на частном хозяйстве, возмещается вред, причиненный другому лицу, вознаграждается пользование чужим капиталом, в деньги превращается имущество, подлежащее разделу между кредиторами (при несостоятельности) или между членами товарищеского соединения (при ликвидации. Меновая ценность товара, выраженная в деньгах, составляет его цену.

II. Деньги бывают металлические и бумажные. Металл употребляемый для денег, — это золото и серебро, как основные деньги, никель, медь, как разменные деньги. Одни страны допускают денежную единицу только из золота или только из серебра (монометаллизм), другие из того и другого металла (биметаллизм). Облегчая трудность определения ценности металла в брусках или порошке, государство берет на себя выпуск слитков металлов в виде кружков с удостоверенным им количеством металла, содержимого в каждом кружке, который называется монетой.

III. До недавнего времени в России монетной единицей быль серебряный рубль. Теперь Россия перешла к золотой валюте. По монетному уставу 7 июня1899 г. (т.VII, изд. 1912) государственная российская монета чеканится: 1) золотая (15 р., 10 р., 7 р. 50 к., 5 р.), 2) серебряная двух сортов, a) высшего достоинства (1 р., 50 к., 25 к.) и b) низшего достоинства (20, 15, 10 и 5 к.), 3) медная (5, 3, 2 и 1, 1/2 и 1/4 к.). Золотая и полноценная серебряная монета чеканится с 10% лигатурой, а вспомогательная серебряная с 50%.

Испорченная серебряная и медная монета, а также нераспознаваемая по штемпелю не принимается вовсе в правительственные кассы и необязательна к обращению между частными лицами. Золотая монета, испорченная и истертая, принимается в казну по весу содержащего в ней чистого золота, за вычетом расходов на перечеканку.

IV. Рядом с монетой в России обращаются бумажные деньги, ценность которых основывается не на общеупотребительности их, как товара, а на уверенности получить в обмен нужные товары. Бумажные деньги отличаются принудительным курсом, который придает им государство, В России в настоящее время печатаются бумажные деньги следующего достоинства: в 500, 100, 50, 25, 10, 5 и 3 рубля. Ими могут быть погашены всякие денежные обязательства.

Строго говоря, бумажными деньгами могут быть признаны только такие денежные знаки, которые не обладают признаком разменности. Наши кредитные билеты, подлежащие размену на золото по предъявлении в Государственный Банк, этому признаку не удовлетворяют. Но так как в действительности кредитные билеты приобретают свойство самостоятельного мерила, независимо от способности их к размену на настоящие деньги, т.е. золото, то они могут быть признаны бумажными деньгами по одному признаку принудительности.

V. Таким образом законным средством платежа в России являются золотая монета и бумажные деньги, которые обязательны к приему на всякую сумму. Серебряная полноценная монета обязательна для кредитора в размере не свыше 25 р., а вспомогательная (иначе разменная, билонная) монета, серебряная и медная, должна быть принята кредитором только на 3 р. По соглашению всякая монета погашает обязательство. Указанные пределы обязательного приема имеют значение лишь во взаимных отношениях между частными лицами, напротив, казна принимает и вспомогательную монету на всякую сумму.

VI. В России законным платежным средством являются только русские деньги. Все счеты, условия и вообще всякого рода сделки производятся и совершаются на российскую монету (т.X ч.1 ст.1540). Счет на иностранную монету во всех внутренних сделках вовсе запрещается (т.X ч.1. ст.1542). Однако, это не значит еще, чтобы иностранная монета не могла иметь обращения в России. 1) Сам закон допускает совершение сделок на иностранную монету, золотую и полноценную серебряную, если на то есть согласие контрагентов при исполнении. 2) иностранная монета может быть предметом сделки, товаром, приобретаемым для отправки за границу. 3) закон не поражает недействительностью сделки, совершенной на иностранную монету; если в момент исполнения кредитор откажется от принятия иностранной монеты, придется только совершить перевод по курсу на русские деньги, как это принято для векселей (Уст. Векс. ст.46).

§ 39. Ценные бумаги

I. Ценные бумаги причисляются к товарам в широком значении слова с точки зрения обращения, как объекты торговых сделок, и противополагаются товарам в тесном значении слова с точки зрения потребления, как неспособные непосредственно удовлетворять потребностям человека. Очевидно, бумага становится ценной не сама по себе, а потому, что выражает право на что-то, имеющее ценность. С другой стороны, если бы право могло быть осуществлено беспрепятственно без бумаги, то ему незачем было искать воплощения в бумаге. Поэтому ценной бумагой следует признавать не каждый документ, свидетельствующий о праве на ценность, а только тот документ, который право на ценность ставит в тесную связь с бумагой.

II. Ценные бумаги могут быть различаемы по своему содержание, по лицу должника и по лицу кредитора.

А. 1) С первой точки зрения различаются бумаги товарные и денежные. a) Товарные бумаги выражают право на ценность, заключенную в товарах. Сюда относятся накладная, коносамент, варрант. b) Денежные бумаги выражают право на ценность, заключенную в известном количестве денег. Одни из денежных бумаг дают право на получение лишь определенной денежной ценности (чек), другие дают, сверх того, право на периодическое получение платежей в виде процента (облигации) или дивиденда (акции).

2) С той же точки зрения содержания ценных бумаг следует различать бумаги, выражающие: a) обязательства частных лиц, как, напр., вексель — это наиболее частый вид ценных бумаг; b) права вещные, как, напр., складочное свидетельство; c) поручение, даваемое, одним лицом другому относительно денежного платежа, как. напр., чек; d) права участия в товарищеском предприятии, как, напр., акция.

3) Рассматриваемые все с той же стороны, ценные бумаги различаются, смотря по тому: a) указывают ли они основание установленного обязательства, обоснованные, как, напр., вексель, каким он должен был быть по уставу1832 г., и b) свободные от такого указания, абстрактные, как, напр., вексель, каким он может быть по уставу1902 г.

Б. Ценные бумаги различаются, далее, по личности должника, т.е. лица, выдавшего их и обязанного по ним к совершению какого-либо действия. С этой стороны различают: a) государственные, бумаги, выпускаемые государством, как, напр., свидетельства государственной 4% ренты, — к ним по преимуществу применяется термин «фонды»; b) частные, бумаги, выпускаемые частными лицами, как физическими, так и юридическими («эффекты»).

В. Самое важное в юридическом отношении различие ценных бумаг — по способу обозначения управомоченного лица.

1. Если право, воплощенное на бумаге, может быть осуществлено только определенным лицом, обозначенным в ней точно именем и фамилией, то это будет именная бумага. Таковы именные акции, закладные. Бумага имеет цену только для поименованного в ней. То лицо, от которого зависит осуществление права его субъектом, обязано проверить соответствие предъявителя бумаги с личностью, обозначаемой в документе.

2. Если право, воплощенное в бумаге, может быть осуществлено только лицом, к которому оно дошло узаконенным способом передачи от первоначального правообладателя, то это будет приказная бумага, потому что первоначальный субъект права приказывает должнику исполнить обязательство в отношении преемника. Таковы векселя, варранты. Бумага имеет цену для того лица, чье имя обозначено в ней, а также для всякого, к которому перешла по надписи. То лицо, от которого зависит осуществление права его субъектом, обязано проверить правильность преемства.

3. Если право, воплощенное в бумаге, может быть осуществлено всяким ее обладателем, и только им и только посредством ее, то это будет бумага на предъявителя. Таковы чеки, выигрышные государственные билеты, акции, облигации, купоны. Бумага имеет цену для каждого обладающего ею. То лицо, от которого зависит осуществление права его субъектом, не обязано справляться ни о чем другом, кроме наличности документа.

§ 40 Бумаги на предъявителя

Литература: Нерсесов, О бумагах на предъявителя с точки зрения гражданского права, 1889; Гинсбург, Из истории бумаги на предъявителя (В. Пр. 1897, N 7); Гейне, О юридической природе бумаг на предъявителя (Ж. М. 10., 1899, N 10); [Гейне, Замечания на проект книги пятой гражданского уложения. Бумаги на предъявителя (Ж. М. Ю., 1905, N 10)]; Гейне, Бумаги на предъявителя (Словарь юридических и государственных наук т.1, 1901).

I. Под именем бумаг на предъявителя понимаются бумаги, с обладанием которыми неразрывно связано осуществление выраженного в них права. Кто обладает бумагой, тот и осуществляет право. Нет бумаги — нет и права. Смотря по своему содержанию, бумаги на предъявителя могут быть: товарные, денежные, легитимационные (билеты в театр, концерт, билеты на проезд по железной дороге, марки на обеды и т.п.).

II. История бумаг на предъявителя обнаруживает, с какой трудностью обязательство из чисто личного, каким оно является по римским представлениям, превратилось в обязательство, легко изменяющее первоначальных своих участников. Потребность в легком изменении лиц в обязательстве вызывается развитым торговым оборотом, а потому первого появления бумаг на предъявителя можно было ожидать в Италии, где средневековая торговля была наиболее развита. И, действительно, впервые бумаги на предъявителя появляются в Италии, а позднее уже во Франции и Германии. Сначала эти бумаги не отвечают современному типу, так как веритель обозначается поименно, но с альтернативной оговоркой «или держателю сего документа», потом место, где должно бы помещаться имя доверителя, осталось с пробелом, и, наконец, стали прямо указывать, что платеж должен быть произведен предъявителю. Особенно усилилось распространение бумаг на предъявителя во Франции в ХV?? веке под именем billets en blanc. Но тотчас же эти бумаги встретили противодействие теоретическое со стороны романистов и практическое со стороны правительств. Первые находили несовместимыми бумаги на предъявителя с принципом индивидуальности обязательств вторые признали опасность выпускаемых частными лицами бумаг на предъявителя для государственных денежных знаков. Во Франции указом1716 г., а в Пруссии законом1883 г. были запрещены денежные бумаги на предъявителя. Однако, торговый оборот отстоял свои интересы, связанные с последними, и преклонился лишь перед фискальными соображениями государства. В новейшее время в форму бумаг на предъявителя стали облекаться и другие права, кроме обязательственных.

III. В высшей степени спорной является юридическая природа бумаг на предъявителя.

1. Так как осуществление права, выраженного в бумаге, зависит от обладания документом, то осуществляемое право находится в тесной связи с правом на бумагу. Право на бумагу — это вещное право, право из бумаги — это чаще всего обязательственное. Двойственность природы влечет и двойственность норм, применяемых к бумагам на предъявителя. Вопрос о принадлежности бумаги разрешается нормами вещного права на движимость, вопрос об осуществлении права, выраженного в бумаге, определяется нормами обязательственного или иного права.

Сначала Сенат признает, что «бумаги на предъявителя существенно отличаются от других родов движимого имущества» и «потому к ним не могут быть применены общие правила об имуществах движимых» (реш. кас. деп. 1885, N 27), а потом пришел к заключению, что доказывание права на бумагу производится на основании общих правил, которыми доказывается по закону право на движимость (реш. кас. деп. 1892, N 15).

[Постановление Врем. Правительства 29 августа1917 г. (Собр. Узак., ст.1404) приравнивает бумаги на предъявителя к движимыми вещам в отношении их обращения: «бумага на предъявителя может быть предметом продажи, заклада и вообще договоров, подобно другим движимым вещам» (ст.3)].

2. Основной вопрос заключается в том: на чем основывается ответственность выдавшего бумагу на предъявителя перед ее предъявителем? Почему обязан он платить этому лицу?

a) Теория договорная обосновывает ответственность соглашением, которое состоялось между выдавшим и первым обладателем и сопровождалось выдачей и принятием документа: выдавший обязан, потому что он выдал бумагу. При этом выдавший обязывается перед своим контрагентом и перед его преемниками, кто бы они ни были.

Практический вывод из этой теории тот, что бумага, изготовленная, но еще не переданная или не выпущенная, не может установить ответственность для лица изготовившего, если она войдет в оборот против его воли, напр., будет украдена, потеряна. Германское право, увлеченное интересами оборота, стало на противоположную точку зрения: должник обязывается, хотя бы документ поступил в обращение помимо его воли (герм. гражд. улож. § 794). [Постановление Врем. Прав. 29 августа1917 г. устанавливает, что если бумага на предъявителя поступила в обращение помимо желания лица, ее выдавшего, то обязательство не подлежит исполнению лишь по отношению к недобросовестному предъявителю такой бумаги (ст.1)].

b) Теория односторонней воли обосновывает ответственность предположением обещания, выраженного должником в момент изготовления документа, ответствовать перед каждым, в чьи руки попадет документ: выдавший обязан, потому, что он создал бумагу.

Практический вывод из этой теории, принятый германским правом, если и благоприятствует обращению бумаги, то противоречит справедливости и самой теории. Предположение одностороннего обещания явно опровергается фактом безответственности должника в случае предъявления ему бумаги, украденной или потерянной, т.е. именно в самом спорном случае. Между тем в русской литературе преобладает эта именно теория: Гейне («Ж. М. Ю.», 1899, N 10, стр.46 — 47); Нерсесов, О бумагах на предъявителя, стр.88.

IV. Право выдачи бумаг на предъявителя должно принадлежать всем частным лицам, как одна из форм обязательства, насколько положительное законодательство не ограничивает этой возможности. Сомнение в праве частного лица выпускать бумаги на предъявителя возникло сравнительно недавно, когда обнаружились опасности для интересов доверчивых приобретателей и особенно для интересов фиска. Но это соображения политики права, а не догматики.

Мнение, что выпуск бумаг на предъявителя возможен лишь с разрешения государства, поддерживается у нас ст.1150.1 Улож. Наказ., по которой виновный в противозаконном выпуске в обращение безымянных денежных знаков, независимо от обязанности немедленного, по предъявлении, обмена их на наличные деньги и вознаграждения за причиненные сим выпуском убытки, подвергается тюремному заключению. Однако из текста приведенной статьи обнаруживается, что: альфа) уголовный закон тщетно санкционирует противозаконный выпуск, так как никакими законами выпуск не воспрещается; бета) уголовный закон говорит о наказании за выпуск бумаг на предъявителя, но не поражает их недействительностью, а напротив, признает их силу и даже больше, чем следует; гамма) уголовный закон говорит только о денежных бумагах на предъявителя, следовательно не воспрещает выпускать на предъявителя товарные, легитимационные бумаги — последние и действительно существуют в огромном количестве. Следовательно, положение германского права (германское гражданское уложение § 795), что долговой документ на предъявителя, выпущенный без разрешения государственной власти, ничтожен, у нас неприменимо). [Это положение, однако, изменилось с изданием постановления Врем. Прав. 29 августа1917 г. Согласно ст.2 постановления, бумаги на предъявителя, содержащие в себе обязательство платежа определенной суммы, могут быть выпускаемы только правительством или с его разрешения. Бумага, выданная без надлежащего разрешения, признается недействительной и выдавший ее обязан вознаградить за убыток].

V. Так как бумаги на предъявителя составляют движимую вещь, то они могут быть предметом различных сделок, продажи, поклажи, найма (если они индивидуализированы по номерам, напр., для представления в залог по казенному подряду), заклада. При этом двойственность природы бумаг на предъявителя приводит к тому, что с отчуждением вещи соединяется уступка права. Передача бумаг на предъявителя, как вещей движимых, совершается по словесному соглашению простым вручением (т.X, ч.1, ст.710; [постановление Врем. Прав. 29 августа1917 г., ст.3]). Если право, воплощенное в бумаге, неразрывно с ней связано, то осуществление права возможно лишь под условием предъявления документа и передачи его должнику.

VI. Чтобы обеспечить покупателей товара от иска собственника, торговые законодательства ограничивают виндикацию движимых вещей, приобретаемых у купца, за исключением вещей краденых и потерянных. В отношении бумаг на предъявителя отпадает даже это последнее исключение. В оправдание такого пожертвования интересами собственника в пользу интересов добросовестного приобретателя приводят требования кредита. Опасаются, что бумага, добросовестно приобретенная, например, в банкирской конторе, куда она нередко попадает незаконным путем, может ослабить оборотоспособность бумаг на предъявителя. Наше законодательство не содержит в себе никаких ограничений виндикации в интересе добросовестных приобретателей ни относительно товаров, ни относительно бумаг на предъявителя. Так как бумаги на предъявителя в обращении своем подчиняются действию норм, установленных вообще для движимых вещей, то по русскому праву собственник всегда может требовать их возвращения, у кого бы они ни находились, все равно, добросовестно или недобросовестно владение ответчика.

Этот вывод подвергается оспариванию с различных точек зрения. альфа) Бумаги на предъявителя не могут быть подведены под движимые вещи, а следовательно и подчинены нормам, регулирующим движимость (реш. кас. деп. 1885, N 27). Положение это противоречит юридической природе бумаг и оставляет в неизвестности, каким же нормам подчиняется этот объект. бета) Так как бумаги на предъявителя — движимые вещи, то они не подлежат виндикации, потому что и в отношении всех вообще движимостей иск собственника бессилен против добросовестного приобретателя. Такого взгляда Цитович, Учебник торгового права, стр.192; Анненков, Система гражданского права, т.II, изд. 1900, стр.298 — 308; Дювернуа, Пособие к лекциям по гражданскому праву, часть особенная, 1899, стр.55. Желание видеть в русском праве нормы, подобные § 935 германского гражданского уложения или § 227 французского гражданского уложения, решительно опровергается ст.534, 529, 609, 1512, 1663 т.X, ч.1. гамма) Хотя бумаги на предъявителя и причисляются к разряду движимых вещей, в деле виндикации они, однако, подчиняются особому положению, установленному Выс. утв. мн. Гос. Сов. 17 мая1865 г. относительно государственных 5% билетов (Уст. Кред. I, 73), действие которого должно быть распространено по аналогии на все вообще бумаги безыменные, так как «если государственная власть, в видах пользы общественной, ограждает свободу обращения государственных процентных бумаг на предъявителя, то в одинаковой степени ограждению подлежат таковые же бумаги и частных обществ и учреждений, выпущенные с разрешения правительства» (реш. кас. деп. 1886, N 33). Аналогия здесь неуместна: правительство могло руководствоваться не столько общественной пользой, т.е. интересами добросовестных приобретателей, сколько интересами государственного кредита, даже более, привилегия, установленная государственным 5% билетам перед частными бумагами, могла быть выгодна казне. Все соображения о вреде для оборота и кредита от виндикации (реш. кас. деп. 1885, N 27) имеют значение с точки зрения политики права, но не догмы, эпсилон) Принцип защиты добросовестного приобретателя против иска собственника принимается русским законодателем в новейших актах, напр., по закону 1904 года о продаже в рассрочку. Но это и доказывает, что идея такой защиты нова для русского законодателя и потому может быть принимаема во внимание, поскольку она высказана. За допущение виндикации против добросовестного приобретателя. Нерсесов, О бумагах на предъявителя, стр.176; Победоносцев, III, стр.252; Окс, Виндикация («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1874, N 3, стр.1 — 7).

[В настоящее время и наше законодательство стало на точку зрения защиты добросовестных приобретателей бумаг на предъявителя. Согласно ст.5 постановления Врем. Прав. 29 августа1917 г. бумаги на предъявителя не могут быть отыскиваемы от приобретшего их добросовестно, хотя бы они были похищены или потеряны].

§ 41. Товарный знак

[Литература: Розен. Товарные знаки. Спб. 1913. Применение ст.1354 Ул. Нак. (Право, 1912, N 43, 51 и 52; 1913, N 2). Паткин. К вопросу об уголовной охране товарного знака. (Вест. Пр. Нот. 1913, N 18)].

I. Под именем товарного знака понимаются те наружные отметки, которыми купец стремится отличить в глазах потребителей свои товары от товаров всякого другого купца.

Наружная отметка налагается на самый товар или на ту оболочку, в которой он обращается: бутылку, ящик, бочку, коробку и т.п. Знак вытисняется (клеймо), рисуется (этикетка), привешивается (пломба), наклеивается (ярлык), вышивается (метка).

Потребители, оценившие достоинство товаров известного происхождения, естественно, будут искать их между другими по их отличительному знаку. Чем больше спрос на этот товар, тем большее искушение для других торговцев воспользоваться тем же знаком, ввести в заблуждение и отвлечь часть потребителей к себе. Таким действием нарушается: a) интерес публики, если под поддельным знаком ей предлагается товар худшего достоинства, b) интерес купца, установившего впервые репутацию товара, но уже независимо от того, будет ли товар под поддельным знаком хуже настоящего или равного или даже высшего качества. Закон, охраняя интерес второго рода, создает исключительное право на товарный знак.

Старое русское законодательство (Уст. Пром. стр.157 — 161) знало только защиту фабричного клейма. Закон 26 февраля.1896 г. дает защиту вообще товарному знаку. (Т.XI, ч.2, Уст. Пром., изд.1913 г., ст.124 — 146). Закон 9 июня 1912 года предоставляет защиту товарных знаков в пользу подданных иностранных государств, заключивших с Россией соглашения о взаимной охране промышленной собственности на началах приоритета, с предоставлением преимущественного права, на получение свидетельства на заявленный уже товарный знак в течение четырех месяцев. (Уст. Пром., изд.1913 г.. ст.145).

Так как право на товарный знак охраняет интересы купца, а не потребителей, то употребление знака зависит от его воли и для него необязательно.

Однако, закон1896 г. сохранил обязательность знака в тех случаях, где установлены особые правила (ст.2). Клеймо обязательно: 1) для изделий из золота и серебра, изготовляемых в России (т.Х?, ч.2, Уст. Пром., изд.1903 г., ст.489 — по изд.1913 г. исключено), 2) для всех ремесленных произведений, если мастеру дано было клеймо цеховой управой (т.XI, ч.2, Уст. Пром. изд. 191З г., ст.393); 3) для товаров, выпускаемых из таможни, если они подлежат заклеймению согласно списку товаров, на которые должно быть наложено клеймо, устанавливаемому министром финансов (Уст. Тамож., ст.538).

II. Отвечая той цели, для которой установлена защита товарного знака, т.е. для отличия товаров, знак должен удовлетворять некоторым условиям.

a) Товарным знаком не может служить изображение, пошедшее во всеобщее употребление для отличия товаров известного рода (ст.131, п.3).

Мыловаренный завод г. Е. в Нахичевани в 80-х годах XIX ст. стал выпускать в продажу туалетное мыло под названием «Валики» и «Букетное». На этих мылах соответственно их названиям, завод оттискивал изображение валиков и букетов. Впоследствии и другие местные фабриканты стали выпускать такие же мыла под теми же названиями и с теми же рисунками. Один из заводов в1899 г. вошел с ходатайством о признанием за ним исключительного права на эти знаки, что и было признано за ним со стороны департамента торговли и мануфактур. Но таганрогский окружный суд, убедившись из расспроса свидетелей, что описанные знаки были в общем употреблении, удовлетворил иск г. Е. о признании за ним права пользования знаками, на которые ответчик заявляет исключительное право («Право» 1902, стр.1621). — Могут ли войти во всеобщее употребление в качестве нарицательных, имена собственные? Граф Медем предъявил иск к Альфреду Кенну о признании его неимеющим права продавать продукты своего водочного завода в городе Якобштадте под названием Штокмансгофских, потому что завод истца издавна изготовляет водки, на этикетках которых помещено название вотчины «Штокмансгоф», и под этим именем водки приобрели торговую известность и широкий сбыт. На поставленный вопрос Сенат ответил утвердительно, ссылаясь на пример названий шампанского, хереса, лафита и т.п. Так как название «штокмансгофские» стало общеупотребительным наименованием сорта водки, то истец не мог претендовать на право исключительного пользования им для своего товарного знака (реш. кас. деп. 1911, N 1). Под особую охрану закон1912 г. поставил популярные эмблемы или наименования «Красного креста», или «Женевского креста». За недозволенное их употребление грозят штраф и арест (1357.4, 1417.1 Ул. Нак.).

b) Товарным знаком не может служить изображение, недостаточно отличающееся от знаков, предоставленных в исключительное пользование другим торговцам для однородных товаров (ст.131, п.2).

В 1895 году графом Пален был основан в имении Грос-Экау, Курляндской г., ликерный завод, на котором выделывается спиртной напиток, выпускавшийся в продажу под этикеткой «Экауский Кюммель N 0». Этот этикет был заявлен 2 октября1896 г. Фабрикант Блосфельдт стал выпускать в продажу тминный ликер, снабжая его этикеткой «Экауский Кюммель N 00» с добавлением в другом месте: «главное депо означенного ликера находится в Риге у Блосфельдта». По сличении этикеток, рижский окружный суд пришел к заключению, что знаки недостаточно отличаются друг от друга и легко могут ввести покупателей в заблуждение, а потому признал Блосфельдта виновным в противозаконным пользовании чужим товарным знаком («Право», 1899, стр.374). Если товарный знак уже фактически применялся, но не был заявлен, то против лица, неправильно сделавшего заявку, возможен судебный спор в течение трех лет со дня публикации о выдаче свидетельства (ст.138 и реш. гр. деп. 1906, N 19).

c) Товарный знак должен содержать в себе буквенное изображение: имя, отчество, фамилию (хотя бы инициалами) предпринимателя, фирму и место нахождения предприятия (ст.129); он может содержать в себе изображение какой-либо фигуры.

Наш закон не запрещает фигурные знаки, но и не поощряет их, хотя практика других стран показывает, что легче всего злоупотребления происходят на почве буквенных знаков. Поэтому-то закон и должен был лишить защиты знаки, состоящие из отдельных цифр, букв или слов, которые по своему виду, расположению или сочетанию не представляют отличительного знака (ст.131, п.4).

lll. Регистрация товарных знаков установлена по нашему законодательству следующим образом. Отделу промышленности подается заявление, с описанием знака и приложением 3 экземпляров рисунка, исполненного тушью или какой-либо прочной краской. Признав заявляемый знак соответствующим законным условиям, отдел требует от просителя 100 экземпляров знака, для рассылки в биржевые комитеты, купеческие управы, где каждый может их осматривать. Сам отдел ведет реестр всем утвержденным знакам и составляет из них альбом, открытый для всех. О выдаче и о прекращении действия выданного свидетельство публикуется в «Вестнике финансов, промышленности и торговли» (ст.137 по прод.1912 г.).

Выдача свидетельства соединяется со взиманием пошлины, которая равняется 3 рублям за первый год и 1 рублю за каждый последующий год.

IV. Исключительное право на товарный знака: a) не зависит от установленной заявки, если знак содержит только буквенное изображение (фирменный знак), и b) зависит, если знак претендует на исключительность фигурного изображения (фигурный знак). Зависимость права от заявки оказывается таким образом условной.

Такое различие в праве на товарный знак, устанавливаемое ст.5 закона1896 г., не имеет никакого разумного основания и способно породить на практике не мало недоразумений.

V. Праву на товарный знак закон придает срочность. Свидетельства на товарные знаки выдаются, по желанию просителей, на срок одного года до 10 лет, считая со дня их выдачи. По истечении срока, свидетельство может быть возобновляемо на новый срок. При невозобновлении ходатайства право прекращается. Очевидно, срочность относится к тем только товарным знакам, которые содержат нечто большее, чем имя предпринимателя, фирму и место нахождения предприятия, и потому нуждаются в заявке.

VI. Приобретенное право предоставляет исключительное пользование товарным знаком посредством выставления его на товарах, на упаковке или посуде, а также на объявлениях, прейскурантах и бланках (ст.133). В каком бы цвете и масштабе ни был заявлен знак, ничто не мешает пользование им во всех прочих цветах и масштабах (ст.134). Право на товарный знак может быть передано другому лицу, но не иначе, как в случае отчуждения или отдачи в наем самого предприятия и при условии заявления о том отделу в течение 6 недель со дня совершения сделки (ст.139).

VII. Защита права на торговый знак производится в двояком порядке: a) в гражданском порядке — виновный в нарушении исключительного права обязан, согласно ст.142 Уст. Пром. по изд. 1919 и ст.684 т.X. ч.1, вознаградить потерпевшего за вред и убытки; b) в уголовном порядке — виновный в самовольном выставлении товарного знака, точно воспроизведенного или явно сходственного с таким же товарным знаком, состоящим, заведомо для виновного в исключительном пользовании другого лица, подвергается заключению в тюрьме на время от 4 до 8 месяцев (Улож. Нак. ст.1357.1).

Чтобы поставить конкурента в положение зависимости, лучше всего предупредить его через нотариуса, если нет других доказательств того, что виновный знал о принадлежности спорного знака потерпевшему лицу. Публикацию от Министерства торговли ни для кого не обязательно знать, потому что это не закон. Осторожный человек только справится, чтобы избегнуть столкновений.

VIII. Прекращение права наступает по следующим основаниям: 1) вследствие прекращения предприятия, принадлежностью которого был товарный знак; 2) за невозобновлением свидетельства; 3) вследствие несообщения отделу о передаче права другому лицу; 4) в силу судебного решения, которым будет признано, что лицо, получившее свидетельство, не имело на то права (ст.140).

§ 42. Право на промышленное изобретение

Литература: Пиленко, Право изобретателя, т.I, 1902, т.II, 1903; Катков, О привилегиях на промышленные изобретения, 1902; Гурьев, О привилегиях на изобретения, к реформе законодательства, 1894; Рейнке, О вознаграждении за нарушение привилегий на изобретения («Ж. Спб. Юр. Общ.» 1894, N 7); Козлов, Привилегии на изобретения в их практическом значении («Рус. Экон. Обозр.» 1893, N 3): Каупе, Привилегии на изобретения, 1832; Канторович, Законы о привилегиях на изобретения и усовершенствования в главных государствах, 1900; Шнейдер; Недостатки действующего закона о привилегиях («Рус. Экон. Обозр.» 1903, N 12); Исаченко, Обращение взыскания на привилегии («В. Пр.» 1904, N 2). [3аконоположения по защите промышленной собственности, 1913 (изд. Комитета для защиты промыш. собственности)].

I. Под именем промышленного изобретения понимается создание новых благ или новых способов производства уже известных благ, имеющих существенное промышленное значение.

Изобретение отличается от открытия новых явлений или новых законов явлений именно тем, что оно есть создание, сознательное сочетание явлений, а не обнаружение явлений; автомобиль изобретен, а радий открыт.

а) Прежде всего изобретение должно отвечать требованию новизны. Новизна, в смысле настоящего закона, состоит не в том, что изобретение относится к последнему времени, а в том, что данное благо или данный способ производства не стали уже общим достоянием или объектом исключительного права кого-либо в частности. Поэтому новизной не будет отличаться изобретение недавно сделанное, если кто-либо уже успел приобрести на него патент, и, наоборот, новизна будет в таком изобретении, которое когда-то давно было известно, потом забыто и ныне вновь воспроизведено, хотя бы по старинным рукописям. Известность изобретения, устраняющая представление о его новизне, имеет следующие основания: 1) описание в литературе с достаточной для произведения их подробностью, все равно где, в России или за границей, и на каком языке сделано описание; 2) открытое применение изобретения, все равно в России или за границей, в последнее время; 3) получение другим лицом патента на то же изобретение (Уст. Пром. по изд.1913 г., ст.72 п.3, 4, 5)

b) Изобретение должно иметь промышленное значение. Если изобретение сделано не в области промышленности (ст. 69), если оно представляет научное открытие и отвлеченную теорию (ст.72, п.1), без непосредственного практического применения, оно не подойдет под требуемые условия.

Впрочем, даже при возможности практического применения, по исключению, в интересах общего блага привилегии не выдаются на химические, пищевые и вкусовые вещества и на составные лекарства, а также способы и аппараты, служащие для изготовления последних (ст.72, п.5). В интересах государственной необходимости привилегии на изобретения и усовершенствования могут быть по Именным Высочайшим Указам принудительно отчуждаемы в пользу государства (закон 28 июня 1912 года, ныне по изд.1913 г. Уст. Пром., ст.104 — 123) с вознаграждением владельца по справедливой оценке его выгод. В чрезвычайных случаях, вызываемых требованиями государственной обороны или общественной безопасности, по постановлению Совета Министров может быть произведено принудительное отчуждение привилегии в пользование (Уст. Пром., ст.109).

II. Сущность права на промышленное изобретение заключается в запрещении всем, кроме управомоченного, применять данное изобретение без дозволения субъекта права. Следовательно, по своей юридической природе, рассматриваемое право должно быть отнесено к разряду исключительных прав. Однако исключительное право возникает не в силу и не в момент сделанного изобретения, а вследствие и с момента признания такого права за изобретателем со стороны компетентного учреждения. Это учреждение определяет, имеются ли налицо все указанные законом условия для возникновения права, и, признав их наличность, выдает изобретателю патент, делающий его субъектом права.

По мнению Пиленко, Право изобретателя, т.II, стр.348, 353 следует различать: 1) право на патент, как публичное право требовать, чтобы данный орган власти совершил известный акт употребления, т.е. выдал патент, и 2) право из патента, как гражданское право, принадлежащее обладателю патента, запретить всем третьим лицам самостоятельно изобретать (применять?) данное изобретение. Если, однако, право на патент есть право публичное, каким образом: альфа) может оно переходить по наследованию (ст. 70), когда наследство есть совокупность только гражданских прав и обязанностей, бета) как может оно быть предметом оспаривания перед гражданским судом, который призван решать вопрос о том, кому принадлежит спорное гражданское право? Пиленко недоумевает, почему отказ в даче патента обжаловался в административном порядке по 1 деп., тогда как выдача патента оспаривается в судебном порядке. Недоумению автора следовало бы направиться в иную сторону: почему оспаривание выданного патента производится в судебном порядке, когда предъявляющий иск не имеет гражданского права, которое он оспаривает.

III. Запрещение всем, кроме изобретателя, применять сделанное им изобретение создает ту экономическую ценность, которая и возбуждает вопрос о социальном значении исключительного права на промышленные изобретения. В пользу того, чтобы эта ценность доставалась только изобретателю, выставляют следующие соображения: альфа) Предоставление этой ценности путем создания исключительного права есть единственный возможный способ вознаграждения изобретателя за его мысль. бета) Необходимость вознаграждения обусловливается значительными издержками на предварительные опыты, гамма) Обеспечение имущественных выгод поощряет к изобретению более, нежели один научный интерес. дельта) Вознаграждение услуг изобретателя соответствует справедливости и в то же время благоприятствует развитию промышленности. Против этих соображений выставляют доводы такого рода: альфа) Исключительное право дает выгоду главным образом не изобретателям, а фабрикантам, которым первые принуждены, чаще всего за бесценок, уступать свое право. Эдиссоны составляют исключение среди изобретателей. бета) Патенты препятствуют распространению общеполезных изобретений, что задерживает успехи промышленности. гамма) Огромное количество патентов ставит в затруднение фабрикантов, которые удерживаются вводить улучшения опасением нарушить чье-либо исключительное право; в виду этого они являются тормозом для свободного развития промышленности. дельта) Благоприятное влияние исключительного права изобретателей не согласуется с высоким развитием промышленности в таких странах как Швейцария и Голландия, из которых первая до последнего времени, а вторая и ныне не установили исключительного права.

IV. Потребность в защите интересов изобретателей возбуждается тем важным значением, какое приобретают промышленные изобретения, как одно из орудий борьбы в экономическом строе, основанном на началах свободной конкуренции. Следовательно, история права изобретателей начинается с укрепления капиталистического хозяйства. Однако, по исключению, обеспечение интересов изобретателя путем предоставления ему исключительного права обнаруживается и ранее. В эпоху господства цеховой системы, строго запрещавшей отдельным членам цеха исключительное пользование каким-либо изобретением, короли, актом особой милости, освобождали того или другого новатора от общего запрета. Таким исключением создавалось для него привилегированное положение. Эти привилегии, исходившие от верховной власти, зависели от ее свободного усмотрения. Ненависть к монополиям и привилегиям, широко раздаваемым королями старого времени, распространилась и на привилегии изобретателей, пока постепенно не стало выясняться их отличие.

С падением цехового строя и укреплением нового экономического порядка, построенного на свободе труда и промыслов, промышленное изобретение, как продукт умственного труда, стало признаваться собственностью изобретателя. При общей свободе промыслов пришлось запретить всем, кроме изобретателя, применение данного изобретения. Затем право собственности превращается в исключительное право. Теперь это уже не акт милости, а общий закон, обеспечивающий заранее каждому изобретателю, при наличности установленных материальных и формальных условий, приобретение права.

Однако свобода промышленности усмотрела некоторое стеснение для себя от исключительных прав изобретателя. В 60-х годах, в эпоху расцвета либерально-экономического направления, во Франции (Шевалье), в Англии (Армстронг), в Германии (Бемерт) появляется сильное течение против прав изобретателя. Но оно скоро ослабевает, и в настоящее время все европейские государства, кроме Голландии издали особые на этот счет законы.

В России до XIX века выдавались отдельным лицам, по усмотрению высшей власти, привилегии. Такая привилегия, напр., была дана в 1752 году Ломоносову на делание разноцветных стекол, бисеру и стеклярусу. В1812 г. трудом Сперанского создан был закон о привилегиях, которые жаловались Высочайшей властью, однако без предварительного рассмотрения. В 1833 году появляется новый закон о привилегиях, которым введено было предварительное рассмотрение, возложенное на Министерство финансов, после чего привилегия шла через Государственный Совет на Высочайшее утверждение. В1870 г. изменен был этот порядок в том отношении, что привилегии стали выдаваться от имени министра финансов. Наконец, 20 мая1896 г. был издан ныне действующий закон о привилегиях на изобретения и усовершенствования, (дополненный законами 9 июня и 28 июня1912 г.).

V. Субъектом права на промышленное изобретение может быть и не изобретатель. Между ними нет непременной личной связи: не всегда изобретатель станет субъектом права на свое изобретение и не всегда субъект права на изобретение будет его изобретатель.

1. В обыкновенном течении дел, на которое рассчитан закон, субъектом права явится сам изобретатель (Уст. Пром. изд.1913 г., ст.70). Если идея изобретения появилась одновременно у нескольких, то право на это изобретение будет принадлежать только тому из них, кто первый сделал заявление. Если одновременно делается заявление несколькими об изобретении явно сходственном, то им предлагается войти в соглашение о получении патента на общее их имя, а если такое соглашение не состоится, то и право не возникает. Для приобретения исключительного права подданство не имеет значения и в большинстве случаев субъектами прав на изобретения у нас оказываются иностранцы.

2. Субъектами права на промышленное изобретение, согласно закону (ст.70), могут явиться правопреемники изобретателя, под именем которых следует понимать как наследников, получающих право в силу наследования, так и контрагентов, получающих право по договору. Преемство в праве, по закону возможно не только в отношении уже возникшего права, но и еще ожидаемого.

Закон (ст.70) вызывает большие сомнения, объявляя, что привилегии выдаются правопреемникам. Какое же право составляет предмет преемства до его возникновения, т.е. до выдачи патента? Очевидно, по наследованию или по договору от изобретателя переходит не право, еще не существующее, а его секрет. Перед учреждением, выдающим патенты, такой преемник является как изобретатель. По договору таким заявителем изобретения может оказаться и юридическое лицо.

VI. Для установления права, возникающего при наличности указанных в законе условий, определен порядок выдачи патента. В министерстве торговли, по отделу промышленности, организован комитет по техническим делам, при котором состоят эксперты. Желающий установить право на сделанное им изобретение подает прошение с полным описанием изобретения на русском языке, с приложением чертежей и моделей, и выяснением отличительных особенностей изобретения, составляющих его новизну (ст.73 и 75). Время подачи прошения удостоверяется охранительным свидетельством, которое обеспечивает первенство заявления и устанавливает момент возникновения права, в случае удовлетворения ходатайства просителя (ст.76 и 77). Постановление комитета имеет значение признания или отрицания наличности тех условий, с которыми закон связывает возникновение исключительного права. При благоприятном для просителя решении вопроса и по взносе им пошлины за первый год (ст.84) ему выдается патент, подписанный министром торговли (ст.91). О выданном патенте производится публикация, [кроме привилегий на изобретения, испрашиваемые правительственными учреждениями или отчуждаемые в пользу государства (ст.93)].

Порядок выдачи по разным законодательствам различен. По системе явочной (Франция) учреждение, выдающее патент, не входит в рассмотрение того, насколько данное изобретение ново, и выданный патент может быть оспариваем каждым заинтересованным лицом в судебном порядке. Противоположной является система предварительного исследования (С.-Американские Соединенные Штаты), по которой исследование новизны возлагается на административный орган, решение которого устраняет всякие споры. Система предварительного исследования в соединении с вызывным производством (Германия) заключается в том, что по определении наличности законных условий со стороны административного учреждения, богато обставленного юридическими и техническими силами (Patentamt), о предполагаемой выдаче патента публикуется, чтобы каждый заинтересованный мог в течение 8 недель остановить неправильную выдачу патента.

VII. Рассматривая действие выданного патента, видим, что он дает субъекту права ряд правомочий.

1. Субъекту права принадлежит прежде всего осуществление права, которое состоит (ст.94): a) в исключительной возможности приводить изобретение в исполнение, т.е. самому изготовлять новые блага и применять новые способы производства; b) в возможности снимать с некоторых лиц запрет, установленный его исключительным правом, за вознаграждение или безвозмездно, по соглашению или молчаливо, в пределах времени, места и количества изделий, каковым дозволением (лицензией) для лиц создается особое право; с) в возможности принимать меры к распространенно идеи изобретения путем печати, сообщений в обществах, производства публичных испытаний.

2. Субъекту открыта возможность расширения права. В пределах срока действия патента субъект права может просить о выдаче ему дополнительного патента на усовершенствование первоначального изобретения. Постороннее лицо до истечения года со времени публикации о выдаче первого патента вовсе, а по истечении этого года лишь по соглашению с субъектом права на первоначальное изобретение, может приводить в действие свое усовершенствование (ст.99 и 100).

3. Субъекту принадлежит распоряжение правом. Он может передавать свое право в полном его составе по возмездным или безмездным сделкам (ст.94 п.2). С формальной стороны отчуждение права должно быть доведено до сведения министерства торговли для публикация о переходе права (ст.92), но юридического значения этому моменту не присвоено.

Ст.94 п. 2 дозволяет отчуждать право на весь срок действия или на часть этого срока. Совершенно прав Катков, стр.191, что отчуждение права на срок юридически немыслимо: то, что отчуждено, не может само возвратиться к первому субъекту помимо воли второго. Возможно лишь срочное дозволение, лицензия, соединенное с сохранением права. Дело не в том, что такой сделки не знают дигесты (Пиленко, т.II, ст.47). — такой сделке противится понятие отчуждения права.

VIII. На случай нарушения права субъект его обладает достаточными средствами защиты. Нарушение права на промышленное изобретение состоит в том, что постороннее лицо применяет это изобретение с целью извлечения из него материальной для себя выгоды или с целью распространения самой идеи, не заручившись на то согласием управомоченного субъекта или выйдя за пределы данного дозволения. Таким нарушителем может оказаться даже действительный изобретатель, если та же идея явилась у другого лица, которое и успело приобрести исключительное право. Средства защиты нарушенного права двояки: 1) в гражданском порядке можно искать возмещения причиненных убытков (ст.94. п.3 Уст. Пром. по изд.1913 г. и ст.684 т.X ч.1), 2) в уголовном порядке можно подвергнуть виновного в заведомой контрафакции денежному штрафу в 100 — 300 рублей (Улож. Наказ. ст.1373).

IX. Прекращение права на промышленное изобретение может наступить по следующим причинам.

1. Действие патентного права срочно, потому что патенты даются на срок не свыше 15 лет, а если дело касается изобретения, уже патентованного в другом государстве, то не свыше срока, определенного за границей (ст.87). В виду этого истечение срока, указанного в патенте, прекращает право.

2. Предоставляя право на промышленное изобретение, государство затрачивает значительные суммы на организацию предварительного исследования. С целью возмещения расходов оно взимает особую пошлину, уплачиваемую изобретателем погодно в возрастающей прогрессии, от 15 р. до 400 р. Невнесение пошлины вперед за год прекращает право (ст.101 п. 2).

3. Запрещение всем и каждому применять патентованное изобретение соединяется несомненно с некоторым ущербом для промышленности, интересы которой отступают перед интересами изобретателя, взывающими к защите. Исключительное право теряет, однако, всякий общественный смысл, если изобретатель и сам не приводит в исполнение своего изобретения. Поэтому неприведение в действие изобретения в течение 5 лет со времени подписания патента прекращает право (ст.91, 96 и 101 п.3).

4. Хотя патент выдается по предварительному исследованию, но тем не менее возможно опровержение права в судебном порядке вследствие отсутствия наличия тех условий, в предположении которых закон обеспечивает изобретателю защиту его интересов. Оспаривание приобретенного права возможно со стороны каждого лица, в порядке гражданского судопроизводства в течение 2 лет со дня обнародования патента (ст.98 и 101 п.4).

Очевидно, мы имеем перед собою actio popularis. Иначе и быть не может. Для гражданского иска необходимо, чтобы истец имел сам оспариваемое право, а этого в данном случае не может быть, потому что у предъявляющего иск нет патента. Поэтому в основу иска ляжет не право, а интерес, которым может прикрыться каждый в качестве потребителя. По истечении двух лет законодатель (ст.98) допустил преследование в уголовном порядке, но, как справедливо указал Пиленко, т.I, ст.407, при этом «малости не заметил: позабыл, что в нашем уголовном уложении нет соответствующего наказания». Случаи, приводимые Катковым, стр.56, не относятся к делу.

§ 43. Право на фабричные рисунки и модели

I. Фабричным рисунком называется изображение на поверхности изделия сочетания цветов и узоров, напр., для материй, ковров, платков. Моделью же называется изображение формы изготовляемых изделий, как, напр., ваз, подсвечников, чернильниц и других вещей, в которых форма, удовлетворяя вкусу потребителей, приобретает особенную ценность. Законодательства, желая развить изящество в изделиях своей страны, надеются поощрить развитие вкуса в производителях, обеспечив эту ценность за ними посредством исключительного права.

В России закон о фабричных рисунках и моделях вышел 11 июля1864 г. и составляет ныне ст.147 — 156 Уст. Пром., изд.1913 г.

II. Исключительное право на рисунок или модель может возникнуть лишь при условии их новизны. Это условие нарушается, если рисунок или модель уже были в употреблении или были уже заявлены. Но новизна не исчезает, если заявляются рисунки и модели, воспроизводящие посредством тканья, набивки или живописи изделия ваятельного искусства, (ст. 151 прим. 3). Помещение отдельных частей художественного произведения в изделиях заводской, фабричной и ремесленной промышленности, не составляя нарушения авторского права художника (т.X, ч.1, ст.695.55, п.4), в то же время охраняет фабриканта, впервые использовавшего художественное произведение, против фабриканта подражателя.

III. Субъектом права на рисунки и модели является прежде всего изобретатель их, при чем не делается различия между русским подданным и иностранцем. Для изготовления рисунков и моделей на некоторых фабриках имеются особые рабочие — художники, которые называются рисовальщиками, орнаментовщиками. Хотя это они изобретают новые рисунки и модели, но, в виду договора, которым они предоставляют фабриканту свой труд, состоящий именно в этом изобретении, субъектами исключительного права становятся фабриканты (ст.147. прим. 2). Исключительное право способно менять своих субъектов вследствие преемства общего или частного.

IV. Порядок приобретения права состоит в подаче прошения в министерство торговли и промышленности по отделу промышленности. При прошении должно быть приложено два экземпляра рисунка или модели, из которых один остается на хранении в Москве в составе коллекции, подлежащей осмотру со стороны всякого желающего. Для рисунков и моделей нет учреждения, обязанного предварительно исследовать новизну. Для них установлена явочная система. [За явку взимается пошлина (Уст. Пошл., стт.372 и 373)]. Заявленные рисунки и модели закрепляют за просителем исключительное право, пока не будет доказано в судебном порядке, что в данном случае нет новизны (стр.151 и 156).

V. Действие права на фабричные рисунки и модели состоит: 1) в исключительной возможности осуществления права путем воспроизведения рисунка и модели в своих изделиях и снабжения последних знаком установленного министром торговли вида (ст.153), 2) в возможности распоряжения правом передачей его другим лицам по завещанию или по договору, с сообщением о состоявшемся переходе права отделу промышленности для отметки о том в книгах (ст.154).

VI. Прекращение права на фабричные рисунки и модели происходит по следующим основаниям: 1) за истечением срока, в виду того, что это право срочное, предоставляемое не более, как на 10 лет; 2) за опровержением права вследствие отсутствия признака новизны.

Отдел III. Торговые сделки

§ 44. Договоры между отсутствующими контрагентами

Литература: Евецкий, О договоре между отсутствующими («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1881, N 4); Цвингман, О влиянии техники на развитие договорного права («Ж. М. Ю» 1902, N 8); Катков, Заключение договоров при посредстве электричества («Ж. Спб. Юр. Общ. 1896, N 7»).

Заключение торговых сделок подчиняется положениям общей части обязательственного права, и за отсутствием у нас каких-либо специальных правил, к торговым сделкам применяются общие правила о составлении, форме, толковании договоров, о времени, месте и образе исполнения их, о способах обеспечения обязательств. Поэтому здесь следует обратить внимание только на заключение договора между отсутствующими контрагентами, как явление по преимуществу, хотя и не исключительно, торговое.

I. В противоположность сделкам, заключаемым в присутствие обоих контрагентов, которое допускает непосредственно изъявление и восприятие воли, возможны договоры между отсутствующими. Это последнее понятие, с юридической точки зрения, определяется не моментом пространственной разъединенности, а моментом разъединенности по времени изъявления воли. Если стороны поставлены в возможность обмениваться волеизъявлениями непосредственно одно после другого, то договора между отсутствующими контрагентами нет, как бы далеки ни были они друг от друга. При телефонном сношении договор, заключенный лицами, из которых одно в Петербурге, другое в Москве, будет договором между присутствующими. Если стороны поставлены или поставили себя в невозможность обмениваться волеизъявлениями непосредственно одна после другой, то договор между отсутствующими контрагентами налицо, как бы ни были близки они друг от друга. При сношении через городскую почту договор, заключенный лицами, живущими в одной и той же гостинице, будет договором между отсутствующими.

II. Договор открывается предложением, которое должно содержать: a) настолько полное указание всех существенных условий сделки, чтобы простого выражения согласия со стороны того, к кому предложение обращено, было достаточно для возникновения договора, в противном случае это будет вызов предложения, а не предложение; b) намерение предлагающего вступить в сделку, без чего предложение будет только сообщением; c) обращение к определенному лицу, иначе это будет только реклама.

Письмом 1 мая1893 г.Меммерт из Одессы обратился к Бродскому в Киев с просьбой «сообщить ему телеграммой, продана ли уже предложенная ему Бродским партия цыгейской метис и грометис шерсти 2.500 пудов, если не продана, назначить решительную цену и слово на 4 дня». На это от Бродского 5 мая была телеграмма: «согласен 4 дня 3.000 пудов прежней цены кондиции». Мая 8 Меммерт телеграфировал: «Вашу шерсть продал, приезжайте сделать условие». Когда 8 мая Бродский приехал в Одессу, то потребовал по 9 р. 50 к. за пуд, а не по 9 р. 25 к., как это сделано было прежде. Суд нашел, что предложение Меммерта, вызывающего еще на условия, не отвечало законным требованиям (реш. 4 деп. 1894, N 583. Добр.-Бер, II, N 23/159. Однако, если бы вопрос шел о полноте условий, то решение было бы верно, но дело шло только относительно цены, точно в предложении определенной ссылкой на прежнюю.

1. Изъявление воли, не усвоенное тем, к кому оно обращено, не имеет юридического значения. Поэтому предложение отправленное, но еще не полученное, может быть лишено силы новым изъявлением, если оно успеет достигнуть места назначения ранее или одновременно с первым. Напр., вслед за предложением, сделанным в письме, посылается телеграмма, в которой содержится отказ от предложенной сделки.

2. Предложение, полученное тем, кому было послано, связывает того, кем было послано. Договора еще нет, но заключение его зависит всецело от одной стороны, тогда как другая находится в ожидании решения, без права отступиться. Очевидно, такое тяжелое состояние не может долго продолжаться: предложение связывает до истечения срока, назначенного для ответа, а если такой срок не был назначен — до истечения времени, необходимого для получения ответа.

III. Предложению с одной стороны отвечает принятие с другой, которое представляет изъявление согласия заключить предложенную сделку на указанных условиях. Принятие, соединенное с изменением условий, следует рассматривать как новое предложение, еще ожидающее принятия. Ответ должен быть отправлен тем же способом, какой был избран при отправлены предложения, если в последнем не указан иной способ. Запоздавший не по вине отправителя ответ не обязателен уже для сделавшего предложение, но последний должен уведомить о происшедшем отправителя, который, считая сделку заключенной, начнет готовиться к исполнению.

Весьма неблагоразумно на предложение продать товар в таком-то количестве по такой-то цене вместо ответа выслать требуемый товар, потому что он всегда почти придет после того срока, до которого пославший предложение считает себя связанным.

Как и предложение, отправленный ответ, содержащий согласие или отказ, пока еще не получен, может быть обессилен новым изъявлением воли, если оно успеет достигнуть места назначения ранее или по крайней мере одновременно с первым.

VI. По вопросу о моменте совершения, договора, заключаемого между отсутствующими контрагентами, существуют две точки зрения.

1. По одному воззрению договор совершен, когда изъявлено согласие на предложение. Теоретическое основание этого воззрения состоит в том, что для совершения договора вообще требуется существование в известный момент времени согласной воли двух лиц.

Эта точка зрения встречает сочувствие в торговом мире, так как ускоряет наступление сделки. Она принята исп. торг. код. § N 54. Несостоятельность ее с теоретической стороны обнаруживается из того, что юридическое значение имеет не наличность воли, а ее выражение и восприятие. С практической стороны она оставляет открытым вопрос, какой именно момент нужно считать моментом изъявления согласия: субъективное ли состояние воли, отправление ли ответа, невозможность ли взятия назад согласия.

2. По другому воззрению, договор совершен, когда получен ответ, содержащий согласие на сделанное предложение. Теоретическое основание этого взгляда состоит в том, что для совершения договора вообще необходимо взаимное познание согласной воли обоих контрагентов.

Теория эта несколько отодвигает момент совершения договора, зато отличается большей последовательностью, а следовательно и практичностью. Она принята большинством законодательств, в том числе и германским (гражд. улож. § 130), отказавшимся от взгляда германского торгового уложения1861 г. § 321. Эта точка зрения поддерживается в литературе: Гольмстен, Очерки, стр. 127; Цитович, Учебник, стр.205; Нерсесов-Гусаков, стр.171. По-видимому, эта точка зрения и нашей судебной практики, которая взаимное согласие ст.1528 т. X ч.1. понимает в смысле взаимного познания воли: пока которая либо из сторон известия о согласии контрагента, не получила, договор должен считаться не заключенным. Но отсюда делается совершенно ложный вывод, а потому сторона, сделавшая предложение, как обязательством еще не связанная, может от предложения своего отказаться (реш. 4 деп. 1690, N 740, Добр.-Бер, II, N 232/160).

§ 45. Договор купли-продажи

Литература: Цитович, Учебник., стр.212 — 236; Пестржецкий, О договоре купли-продажи («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1873, N 6; 1874, N 1); Ефименко, Договор о купле-продаже по обычаям, преимущественно торговым («Юр. В.» 1879, N 12): 3мирлов, О договоре купли-продажи, запродажи, и поставки по нашим законам («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1882, N 3): Гиршбандт, Заметки и мысли о законе 9 февраля 1904 года («В. Пр. и Нот.» 1910, N 1); Бутовский, Продажа с рассрочкой платежа (Право, 1911, N 14); А. Б. К вопросу о продаже с рассрочкой платежа (Право, 1911, N 20); Рязановский, Кто является собственником имущества, проданного на основании закона 9 февраля 1904 года, продавец или покупщик («В. Пр. и Нот.» 1911, N 11); Левитский. К вопросу о купле-продаже движимого имущества в розницу с рассрочкой платежа. («В. Пр. и Нот.» 1911, N 42); [Ельяшевич, Купля-продажа в рассрочку (Вест. гражд. права, 1913, N 1); Винавер А. Купля-продажа с рассрочкой платежа (Вест. Пр. и Нот., 1913, N 15 и 16)].

1. Купля-продажа есть договор, в силу которого одна сторона обязывается передать другой вещь в собственность, а другая сторона уплатить за то известную сумму денег.

а. Купля-продажа — договор двусторонний: с точки зрения продавца вся сделка представляется продажей, т.е. обменом товара на деньги, с точки зрения покупщика — покупкой, т.е. обменом денег на товар.

Наше законодательство относит куплю-продажу не к договорам, а к способам приобретения права собственности, хотя покупку движимости называет и договором (ст.1490 и 1514). Исправляя взгляд закона, наша практика признает куплю-продажу односторонним договором, в котором есть только обязательство покупщика уплатить деньги за переданную вещь (реш. кас. деп.1867, N 72), хотя позднее признает и двусторонность (реш. кас. деп.1887, N 100). Купля-продажа движимости дополняется еще родственными договорами: поставкой и запродажей, которые, однако, в торговом праве могут быть изложены совместно, так как подчиняются общим правилами за исключением лишь того, что для поставки и запродажи обязательна письменная форма; тогда как купля-продажа может быть заключена и словесно.

b. Купля-продажа имеет своей целью приобретение прав собственности покупщиком.

с. Предметом купли-продажи является товар, в роли которого могут выступать только движимости. Так как цель договора — установление вещного права, то предметом сделки могут быть вещи и ценные бумаги, способные установить право собственности. Предметом купли-продажи (в широком смысле) может быть и вещь будущая, напр., ожидаемый улов рыбы, сбор хлопка, урожай овса. Соответственно применяются правила купли-продажи к возмездной уступке всяких вообще прав.

И в общежитии, и в нашем, законодательстве нередко неправильно словоупотребление, в роде покупки векселей, тогда как при такой покупке не может быть и речи о праве собственности, которое составляет цель купли-продажи.

d. Передаваемой в собственность вещи соответствует ее цена, выражаемая в деньгах. Цена должна быть определенной, или определимой при помощи экспертов, заведенного порядка, курса. Закон наш не требует, чтобы цена была справедливой, т.е. соответствующей меновой ценности предмета. Исключение составлют: 1) цена продаваемого за границей русского судна (т.XI ч.2 Уст. Конс., ст.57). 2) цена скупаемого у крестьян хлеба (Уст. Наказ. ст.180.4).

II. Обязанности продавца, вытекающие из купли-продажи, сводятся к следующему.

1. На его обязанности, согласно цели договора, лежит передача проданных вещей, с которой соединяется переход права собственности.

По мнению нашей практики, переход права собственности соединяется с передачей только тогда, когда предмет сделки определяется родом и качеством; когда же предметом сделки является вещь, определяемая индивидуальными признаками, право собственности переносится на покупщика в момент совершения сделки (реш. кас. деп.1880, N 94). Вопрос возник в 4 деп. Сената по поводу иска, предъявленного Мякишевым к конкурсу над Овсянниковым о выдаче ему товара (крупчатки и первача), по которому сделка состоялась до объявления продавца несостоятельным (Гребнер ч.II, N 78). Но это различие по предмету сделки не имеет значения, так как наше законодательство требует передачи во всяком случае (т.X, ч.1 ст.707, т.XI ч.2 Уст. Суд. Торг., ст.563, 568, 570, 581). Однако, противоположный взгляд прочно держится в нашей литературе: Васьковский, Учебник, в. 2, стр.138; Невзоров, Pericilum rci при купле-продаже («Юр. Лет.» 1892, кн. 7, стр.10); Трепицын, Traditio или nudum pactum («Ж. М. Ю.» 1901, NN 9 и 10), которые полагают, что право собственности всегда переходит в момент соглашения; Гольмстен («Ж. Соб. Юр. Общ;.» 1894, N 3, стр.15); Нерсесов, О бумагах же предъявителя, стр.139, которые, подобно приведенному решению, признают необходимость передачи при продаже вещей, определяемых родом, и отрицают ее необходимость при продаже вещей, определяемых видовыми признаками.

Передача состоит в представлении покупщику возможности владеть товаром. Эта цель достигается как действительным вручением вещей, так поступлением их в распоряжение покупщика (т.X. ч.1 ст.1510). В последнем случае передача вещей заменяется передачей распорядительных документов, как складочное свидетельство, дубликат накладной, коносамент.

Эта форма передачи, неправильно называемая символической, нередкое явление в торговом быту. Лагерквист продал 5 сентября1883 г. Кальбу 200 бочек голландской сажи, находившейся в складе Гернберга на Малой Охте в Петербурге. Продавец передал покупщику коносамент, по которому товар был доставлен в Петербург, и еще от себя фактуру на проданный товар, взамен чего получил вексель на 650 р. По возникшему спору о принадлежности сажи коммерческий суд признал, что передача коносамента и фактуры равносильна действительной передаче, а потому собственником сажи с этого момента мог считаться только Кальб (Вильсон, Судебная практика, N 127).

Когда в передачу товара вмешивается третье лицо, разъединяющее продавца и покупателя, напр., железная дорога, то момент, в который передача должна считаться состоявшеейся, определяется: 1) если сделка была заключена с доставкой, — вручением покупателю со стороны перевозчика, 2) если сделка заключена была без доставки, — то вручением вещей перевозчику со стороны продавца.

В связи с вопросом о передаче находится вопрос о риске гибели или повреждения, купленного товара, Так как с передачей соединяется переход права собственности, а гибель или повреждение вещи ложится на собственника (саsum sentit dominus), то следует признать, что до передачи риск по проданной вещи лежит на продавце, после передачи — на покупателе.

Гольметен, Очерки, стр.146, полагает, что и у нас действует положение римского права periculum ad emptorem respicit и ссылается при этом на положение нашего обычного права, что «товар идет за страх и риск покупщика». Но это положение, совершенно справедливое, не подтверждает взгляда Гольмстена. Оно означает только, что при участии перевозчика продавец, не обязавшийся доставкой, передал уже товар, а потому, как не собственник, не может нести риска. Одного мнения с Гольмстеном Нерсесов-Гусаков, стр.178.

2. На продавце лежит обязанность сдать товар в надлежащем месте. В торговом быту местом исполнения считается не частная квартира купца, а его торговое заведение, контора или склад. Будет ли это торговое заведение продавца или покупщика, зависит от условия о доставке. Вещи, определяемые индивидуально и не вызывающие перемещения их в торговое заведение, напр., пароход, запас дров, сдаются в месте их нахождения.

3. Сдача должна быть произведена в надлежащее время, каковым является прежде всего время условленное. От несвоевременной сдачи товара покупатель вправе отказаться, будет ли товар предлагаться продавцом до срока или после срока.

Конский заказал в1881 г. материи торговому дому Вильям Шульц и К° в Англии, с доставкой по очистке пошлиной к марту 1883 года. Товар доставлен был в августе1883 г., и Конский отказался принять запоздалый товар. Так как время сдачи было точно определено, то ссылка торгового дома на то, что заказанные материи были зимними и что такие материи по заведенному порядку доставляются лишь к началу зимнего сезона, не могла быть принята во внимание (реш. Спб. ком. суда 1887. Вильсон, N 131).

4. Товар должен быть сдан надлежащему лицу. Таким лицом является сам хозяин, а затем те лица вспомогательного персонала, которых сдающий вправе был признать, по роду их деятельности и их положению, уполномоченными на прием товара. Такое предположение совершенно неуместно в отношении дворника при сдаче хмеля на пивоваренный заводь, и уместно при сдаче привезенных для того же завода дров.

5. Сдаваемый товар должен иметь качества условленные, если они были определены заранее в договоре, и среднего уровня, если они не были предусмотрены соглашением. Условленные качества могут быть определены: a) при покупке по образцу соответствием сдаваемого товара тому образцу, который был заранее передан покупателю и побудил последнего вступить в сделку; b) при покупке с пробой предварительным испытанием части товара насколько он соответствует той цели, для которой приобретается; c) при покупке на пробу усмотрением покупщика, который, если купленная безусловно часть товара удовлетворила его цели, вправе или обязан потребовать еще того же товара в условленном количестве.

Об условленных качествах и образцах см. 1514, 1516, 1518, 1519, т.X. ч.1 и ст.698 Уст. Торг. XI ч.2.

Если качества товара не были определены договором, тем не менее достоинство должно быть среднее допустимое в торговле, продавец не освобождается от ответственности за недостатки товара, если он доставит предметы хотя и того же рода, но низшего достоинства.

6. На продавца, не доставившего своевременно товар, или доставившего товар несоответствующего качества, падает ответственность за неисправность. Неисправность продавца в доставлении надлежащего товара влечет для него обязанность вознаградить покупщика возмещением ему убытков в размере разницы между условленной ценностью, какая стояла на данный товар, в месте, назначенном для сдачи, во время, определенное для исполнения сделки. Продавец может отклонить от себя эту ответственность, лишь доказав, что неисправность произошла: a) по вине покупщики или b) без вины кого-либо из контрагентов.

Начала и размер ответственности за неисправность продавца можно видеть в реш. 4 деп.1884 и 1892 (Вильсон, NN 124 и 137).

III. Обязанности покупщика, вытекающие из договора, заключаются в следующем.

I. Как на продавце лежит сдача, так на покупщике лежит принятие товара. Принять товар должен покупщик при условии, если предлагаемое исполнение соответствует по времени, месту и качеству тому, которого он вправе был ожидать. Несоответствие должно быть доказываемо покупщиком. Относительно недостатков в качестве следует иметь в виду, что покупщик, по получении товара, обязан немедленно, насколько это возможно, осмотреть доставленный товар и, если он окажется несоответствующим условиям договора, тотчас же уведомить о том продавца. Принятие товара без такого заявления или упущение времени осмотра дает основание предположить, что товар одобрен.

Лепилье выслал из Бордо Петерсону в Петербург красное вино в бочках, которое прибыло на пароходе в июне1886 г. и было сложено в таможенных пакгаузах. Петерсон испробовал вино лишь в декабре и отказался от него, найдя, что оно по достоинству ниже русского вина соответствующей цены. Суд нашел, что Петерсон ничем не доказал, что он не мог испробовать и освидетельствовать вино тотчас по его прибытии. Поэтому он должен признаваться одобрившим и приявшим товар и обязан уплатить Лепилье взыскиваемые деньги (Вильсон, N 130, реш. спб. ком. суда1887 г.). [За необходимость, наряду с принятием, одобрения в той или другой форме ук. суд. деп.1902, N 366 (Дегтев, N 589)].

Непринятие своевременно товара дает право продавцу требовать вознаграждения за причиненные ему этим убытки, как хранение товара, порча его от излишней перевозки.

2. Второй обязанностью покупщика является платеж денег, составляющих цену товара. Сумма уплачиваемых денег должна соответствовать: a) цене условленной, а при отсутствии соглашения по этому вопросу b) цене рыночной по месту и времени совершения сделки.

Герке выписал от общества «Фарбверке» 15 кило антипирина, не условившись относительно цены. Товар был доставлен, а вместе с тем и счет по 53 р. 60 к. за кило. Герке товар принял, но денег не платил. Когда через несколько месяцев к нему предъявлен был иск, он предложил заплатить по 46 р., «согласно ныне существующей цене». Но суд, принимая в соображение, что, за отсутствием условленной, стороны обязаны подчиниться рыночной цене, и что рыночная цена в момент заключения сделки стояла приблизительно около цены, назначенной истцом, обязал Герке уплатить всю сумму сполна (реш. ком. суда 1889 Вильсон, Судебная практика, N 134).

Платеж должен быть производим только по доставке товара, но немедленно, если сделка не заключена в кредит. Если продажа совершена в кредит, то при досрочном платеже покупщик имеет, по обычаю, право на некоторую скидку с цены, называемую «рабат». Место платежа — контора продавца.

IV. В жизни нередко встречаются продажи движимых вещей в рассрочку, напр., мебели, швейных машин, пианино и т.п. Имея дело с малосостоятельным покупателем, продавец, обыкновенное торговое предприятие, выговаривает условие, по которому он получает право, при первой же просрочке покупателя потребовать вещь обратно, с сохранением за собой всех произведенных уже взносов. Закон 9 февраля 1904 года ставит своей задачей несколько упорядочить отношения между продавцом и покупателем при продаже в розницу с рассрочкой платежа (по изд.1914 г., ст.1527.6). Применение этого специального закона предполагает: а) что объектом продажи были машины, орудия, инструменты, предметы домашней обстановки или оборудования сельского хозяйства, мастерства или промысла (ценные бумаги закон не упоминает), b) что с субъективной стороны покупка этих объектов не составляет торговой сделки для покупщика.

Закон 1904 года имеет в виду только продажу с рассрочкой платежа, а не отдачу в пользование, т.наз. прокат вещей. [Не распространяется он и на продажу по долговым счетам, где недоплаченные суммы взыскиваются обыкновенным порядком, без права продавца требовать возвращения вещи].

1. Интересы покупщика охраняются законом в том отношении, что в случае невзноса покупщиком последовательно двух срочных платежей продавец может, если не желает ограничиться взысканием их, потребовать уничтожения договора, возвращения вещи и вознаграждения за время пользования. Зато все произведенные ранее платежи зачитываются в общую сумму требования.

2. Интересы продавца охраняются законом в том отношении, что до полной оплаты цены купленной в рассрочку вещи покупщик, под угрозой уголовной кары, не может закладывать, продавать приобретенную вещь. Совершенные им продажа или заклад признаются недействительными, если только интерес продавца не столкнется с интересом добросовестного приобретателя. Помимо того продавец имеет на проданную в рассрочку вещь привилегию, т.е. право преимущественного перед другими кредиторами удовлетворения из ценности вещи.

На основании исполнительного листа судебным приставом был описан в имении ответчика Владимира Ермолова нефтяной двигатель, проданный ему в рассрочку Эриком Эденбергом. Эденберг просил освободить двигатель от описи и продажи, как принадлежащий ему на праве собственности. Сенат с этим не согласился и признал, что собственником вещей, проданных с рассрочкой платежа, согласно ст.1527.1 — 1527.6 т. X, ч.I, является покупщик, а не продавец, за которым сохраняется лишь вещное право обеспечения неуплаченной еще ему части покупной цены (реш. кас. деп.1910, N 13). [В решении 1911, N 82 за продавцом до полной уплаты цены проданного в рассрочку имущества признается залоговое на него право]. Эти решения вызвали ряд критических заметок по поводу необеспеченности интересов бедных «околпаченных» фабрикантов. Но при этом забывается, что закон 1904 года и без того менее обеспечивает продавца, чем покупателя, хотя, по-видимому, издан для защиты покупщиков от профессионального продавца. Запрещение покупщику продавать и закладывать купленную вещь возбуждает в некоторых сомнение, право ли собственности изобретается покупщиком. Но, если бы право собственности оставалось за продавцом, то незачем было бы, в виду стт.1384, 1629, т, X, ч.I, запрещать продажу и залог (1509.3). [Сомнение усиливает и затрудняет теоретические объяснения ст.1527.4, предоставляющая продавцу право (какое?) при указанных выше условиях (невзнос двух срочных платежей) требовать возвращения ему имущества. См. обмен мнений по докладу Ельяшевича в Спб. Юр. Об-ве 12 декабря 1912 (Труды Спб. Юр. Об-ва, т.VI-ой)].

§ 46. Договор комиссии

Литература: Носенко, О договоре комиссии («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1879, NN 1, 2, 3, 4; 1882, NN 6, 8, 9); Садовский, Договор комиссии по действующим законодательствам и по нашей судебной практике («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1891, N 8); Миловидов, О договоре комиссии [Гейне, Договор комиссии (Ж. М. Ю, 1906, N 1]; Гиршбанд, Выступление комиссионера в качестве самостоятельного контрагента в договоре комиссии (Право, 1911, N 37); Вормс, Закон о договоре торговой комиссии 21 апреля 1910 («В. Пр. и Нот.» 1911, NN 17 и 18); [Гойхбарг, Торговая комиссия, 1914].

I. Договор комиссии состоит в том, что одно лицо комиссионер, за вознаграждение, обязывается по поручению другого лица, комитента, совершить известного рода торговые сделки за его счет, но от своего имени.

Несмотря на значительное развитие в России комиссионных операций, русское законодательство до последнего времени не имело постановлений относящихся к этому договору. В сенатском указе 14 марта1744 г. чувствуется уже это различие: «который его купцов не приказчик, но только комиссионер». Цеховой устав1799 г., видя в комиссионерах «тех купцов, кои правят делами разных купцов», исключает их, в виду самостоятельности их, из приказчичьего цеха. В действующем праве замечалось то смешение комиссионера с приказчиком (т.XI, ч.2, Уст. Торг. стт.36, 37, 38, 46), то отличие их друг от друга т.XI, ч.2, Уст. суд. торг. ст.36, п.4. стт.470 — 476). Практика наша признавала твердо отличительные особенности комиссионного договора (реш. кас. деп.1876, N 43, суд. деп.1902, N 2303). Только закон 21 апреля 1910 года о договоре торговой комиссии (Прод. 1912, Уст. Торг. ст.54.1 — 54.25), приняв указанное выше понятие о комиссионере, дал ряд статей, определяющих отношения вытекающие из этого договора.

а. На комиссионера возлагается заключение торговых сделок, представляющих интерес для комитента. Чаще всего это поручение — продать или купить, а также отправить товары (ст.54.1).

b. Сделки совершаются по поручению комитента, так что внутренняя сторона комиссионного отношения определяется доверенностью. Поэтому наш закон называет комитента препоручителем (ст.54.1).

с. Сделки совершаются за счет комитента, так как при этом имеются в виду исключительно его интересы (ст.54.1). Результат этих сделок составляет всецело выгоду или убыток комитента (ст.54.5).

d. Сделки совершаются от имени комиссионера, и в этом главный отличительный признак комиссионного отношения (ст.54.1). На внешней стороне, при совершении. порученной сделки, комиссионер выступает, как совершенно самостоятельный деятель (ст.54.2). Третьи лица обязываются по отношению к нему и приобретают права в отношении его. Им нет дела до того, кто и что скрывается за его спиной.

По этим признакам отличается комиссионер от иных деятелей, к помощи которых прибегает купец. От приказчика, комиссионер, при всем сходстве на внутренней стороне, отличается по внешнему моменту (признак d). Франц. торг. код. § 94, не отличает их, так же как и английская судебная практика. Зато новые законодательства строго отличают их, смотря по тому, от чьего имени совершаются сделки (герм. торг. улож. § 383, итал. торг. код. § 380). От маклера и агента, комиссионер отличается по юридическому характеру своих действий (признак а), так как эти деятели сами сделок не совершают.

II. Стремление к расширению района деятельности, обнаруживаемое торговыми предприятиями, придало особое экономическое значение комиссионному договору. В погоне за рынком было обнаружено, что содействие комиссионеров полезнее участия приказчиков. 1) Комиссионеры, как местные жители, лучше знакомы с условиями местного рынка, нежели командируемые приказчики. 2) Комиссионеры, как местные купцы, пользующиеся кредитом, могут рассчитывать на отсрочку по платежам за закупленный для комитента товар, на что не могут надеяться приказчики. 3) Комиссионеры, принимающие поручение наряду с собственной торговлей, согласятся на меньшее вознаграждение за свои услуги, нежели приказчик, нуждающийся в полном содержании. 4) Как самостоятельные купцы, действующие за собственный риск, комиссионеры не требуют того надзора, какой необходим в отношении приказчиков.

III. Для комиссионного договора законом не установлена форма сделки, а потому он может быть заключен и словесно, а следовательно и доказываем при посредстве свидетелей (Уст. Гражд. Суд. ст.409). По самому характеру договора комиссии он чаще всего заключается между отсутствующими контрагентами, а потому доказательством ему служат письма, телеграммы. Комиссионер, постоянно принимающий поручения, должен ответить на сделанное ему предложение, если он не согласен на условия комитента, иначе он будет признан принявшим поручение на предложенных условиях.

Сандэсское Общество поручило Рулину продажу в России стекол. Договор был заключен обменом письмами. Рулин первый предложил условия. Общество прислало согласие с изменением условий вознаграждения, что и должно рассматриваться как новое предложение. Рулин на него не ответил, а впоследствии во встречном иске против Общества настаивал на размере вознаграждения согласно его условиям, а не условиям Общества. Сенат его соображений не принял (реш. 4 деп.1878, N 574; Носенко, Сборник, т.V, N 115).

IV. Обязанности комиссионера представляются в следующем виде.

1. Основной его обязанностью следует признать сообразное с интересами комитента исполнение поручения. Он должен при выполнении поручения руководствоваться инструкциями комитента (ст.54.3). a) Если инструкции содержат указания безусловного характера, то он не должен уклоняться от них, даже руководствуясь выгодами комитента. Напр., присылка товара для продажи сопровождается точным указанием цены: комитент не желает цены ниже данной, из опасения убыточности, не желает и выше, из опасения создать препятствие для распространения товара. b) Однако чаще комитент полагается на комиссионера, который, зная лучше местные условия, сумеет с большей выгодой соблюсти интересы комитента. В этом случае комиссионер должен поступать по своему усмотрению. руководствуясь местными обычаями или биржевыми правилами (ст.54.3). Комитент нередко ограничивается указанием пределов, в которых предоставляет комиссионеру свободу действий. Эти пределы, когда они касаются цены, называются «лимитом».

Выполняя поручения согласно с оказанным ему доверием, комиссионер должен приложить всю заботливость, чтобы заключаемая сделка соответствовала интересам комитента, чтобы она была заключена на условиях, наиболее выгодных для комитента (ст.54.4). Если он может, он должен купить товар дешевле назначенной цены. Если он может, он должен продать товар дороже назначенной цены. В обоих случаях разность поступает в пользу комитента (ст.54.5). Комиссионер, продавший товар дешевле назначенной цены, обязан возместить комитенту разность, если только не докажет, что не было возможности продать товар по назначенной цене, причем продажа по низшей цене предупредила еще большие убытки, и что он не имел возможности испросить нового распоряжения комитента (ст.54.6). Комиссионер, купивший товар дороже назначенной ему цены, обязан принять разность на свой счет, если комитент не согласится на высшую цену: комитент предполагается согласившимся на высшую цену, если он не заявит комиссионеру немедленно по получении извещения о заключении договора, что он не согласен на новые условия (ст.54.10).

2. Комиссионер обязан давать необходимые сведения комитенту, как по запросу последнего, так и по собственной инициативе, насколько такие сведения имеют связь с выполнением данного ему поручения: Напр., комиссионер имеет сведения о значительном повышении спроса на присланный ему товар: приостановившись с продажей, он предложил комитенту выждать высоких цен.

3. На комиссионере лежит сохранение товаров, доставленных комитентом для продажи или приобретенных для комитента. Чтобы товар не подвергся порче, для него должно быть подыскано помещение, свое или наемное. Если, несмотря на принятия меры, товар грозит испортиться, он должен быть немедленно продан. Комиссионер вправе продать подверженный скорой порче товар и в том случае, если комитент, извещенный о необходимости продажи, медлит своим распоряжением (ст.54.7). Принимая от перевозчика доставленные ему комитентом товары, комиссионер обязан освидетельствовать состояние, в каком они прибыли. При обнаруженной порче он должен принять меры к охранению прав комитента, собрать доказательства относительно повреждения или недостачи товара и обо всем немедленно известить комитента (ст.54.11).

Бакинов выслал Кинлоху в Лондон партию дичи. Кинлох сложил товар в лондонских общественных ледниках и, в виду значительной платы за хранение в них, послал Бакинову уведомление о перенесении этого расхода за счет Бакинова. Последний отказал в требовании, а Кинлох оставил дичь на произвол судьбы, и товар сгнил. Сенат признал, что Кинлох, как комиссионер, не выполнил своей обязанности по хранению присланного товара (реш. 4 деп.1895, N 257, Гр. N 23).

Так как право собственности на лежащие у комиссионера товары принадлежит комитенту, то на него же падает риск гибели или повреждения их, происшедших случайно. Но бремя доказательства падает на комиссионера. Комиссионер отвечает за гибель или повреждение находящегося у него товара комитента, если не докажет, что гибель или повреждение произошли от обстоятельств, которые не могли быть предотвращены при соблюдении осмотрительности, свойственной заботливому хозяину (ст.54.12). Застрахование товара, хранимого или отправляемого за счет комитента, возможно для комиссионера только по приказу комитента. Но, конечно, если, вопреки распоряжению комитента, комиссионер не застраховал товаров, то происшедшие убытки падают на него.

Торговый дом в Реймсе «Луи Гей и К°» приобрел по заказу торгового дома в Москве «Х. и Л.Цургозен» шерстяную пряжу, которая при отправлении ее на пароходе, потерпевшем крушение, подмокла, Цургозен отказался принять подмоченный товар. Однако, 14 биржевых купцов удостоверили письменно, что по обычаю без письменного поручения заказанный товар отправляется комитенту на риск и страх заказчика (реш. 4 деп.1873, N 137; Носенко, Сборник, т.V, N 336).

4. Для комиссионера допустимо открытие кредита третьим лицам только при согласии на то комитента. Если по местным условиям трудно рассчитывать на сбыт товара за наличный, комиссионер обязан сообщить о том комитенту, который может изменить свои инструкции. Комиссионер, производящий платежи вперед или оказывающий кредит третьим лицам без разрешения комитента, признается совершившим такую сделку за свой риск и обязан возместить комитенту убытки (ст.54.13). Комиссионер может не стесняться поручением в том лишь случае, если он принял на себя перед комитентом поручительство за своего контрагента, так называемое del credere.

5. Комиссионеру нельзя вменить в обязанность открытие имени контрагента, потому что такое удовлетворение интереса комитента сопряжено с ущербом для интересов комиссионера: комитент, узнав имя контрагента, завяжет с ним непосредственные сношения, и комиссионер станет лишним. Новый закон не обязывает комиссионера открывать имя контрагента, но зато дает в этом случае комитенту право считать его уже не комиссионером, а самостоятельным продавцом или покупателем (ст.54.15). Это положение совершенно неправильно.

6. На комиссионере, как на лице, действующем в чужом интересе, лежит обязанность представления отчета.

Отчет должен содержать не только указание на все произведенные действия, но и доказательства их. Комитент, не возражавший против присланного ему отчета в течение месяцев, признается одобрившим действия комиссионера (ст.54.18).

Макаров, получив от Седова на комиссию лен и паклю в1879 г., поместил эти товары в нанятую им кладовую. Лен был продан в том же году и расчет с Седовым окончен. Пакля же осталась в кладовой еще 3 1/2 года, за что хозяин кладовой и потребовал от Макарова уплаты по 480 р. за год. Этот расход Макаров пожелал перенести на Седова на том основании, что такое продолжительное хранение пакли объясняется низким ее достоинством и высокой ценой, назначенной Седовым. В подтверждение правильности своих требований Макаров предъявил счет хозяина кладовой. Но Седов возражал, и суд согласился с ним, что истец ничем не доказал, что представленный им счет относится именно к пакле Седова (Вильсон, Судебная практика, N 159 спб. ком. суда реш. 1883).

7. Комитент вправе требовать уступки ему требований комиссионера к третьим лицам по заключенным за счет комитента сделкам, по которым комитент еще не получил того, что ему причитается. Это право сохраняется и в случае объявления комиссионера несостоятельным. Среди конкурсных кредиторов комитент выделяется тем, что a) право комиссионера в отношении третьего лица не входит в конкурсную массу, а переходит полностью к комитенту, и b) что платежи третьего лица по комиссионному поручению, поступающие после объявления несостоятельности комиссионера в конкурсную массу, передаются комитенту за вычетом лишь того, что следовало комиссионеру (ст.54.19, 54.21).

V. Обязанности комитента сводятся к следующему.

1. Так как комиссионер при заключении сделок руководился интересом комитента, хотя и выступал как самостоятельный контрагент, то комитент должен позаботиться о сложении обязательств, принятых комиссионером на себя перед третьими лицами. Если комиссионер продал товары, которых у него еще не было, комитент должен их своевременно доставить. Если комиссионер закупил товар, комитент обязан немедленно выслать следуемую за него сумму денег. Если комиссионер подыскал соответствующий пароход для перевозки товара комитента, последний должен позаботиться о доставке груза к пароходу.

Товар, отправленный комиссионеру, продолжает принадлежать комитенту до передачи его по продаже третьему лицу, потому что это только последнему кажется, что комиссионер продает сам свой товар, а в действительности он продает по поручению. Товар, купленный для комитента, становится с момента передачи его третьим лицом комиссионеру собственностью комитента (ст.54.17), так что, в случае объявления комиссионера несостоятельным, этот товар подлежит выделению из конкурсной массы в пользу комитента, а в случае несостоятельности комитента конкурсное управление, над имуществом его учрежденное, вправе вытребовать этот товар от комиссионера.

Трудно объяснить юридически, почему комитент становится собственником товара, купленного для него комиссионером и остающегося в распоряжении последнего. Право собственности не могло быть приобретено передачей, потому что у комитента нет владения и он не мог приобрести владение через представителя, потому что комиссионер действовал не как представитель. Права собственности не могло быть приобретено договором, потому что между комитентом и третьим лицом никакого договора не было.

2. В виду возмездности комиссионного договора вознаграждение комиссионера составляет обязанность комитента. Это вознаграждение носит название «провизии» или «комиссии». Величина его определяется соглашением, а при отсутствии такового — местным обычаем и биржевыми правилами (ст.54.16). Размер его, различный по роду торговли и месту, определяется обыкновенно известным процентом с операционной суммы. a) При поручении продать процент исчисляется с цены, действительно вырученной, а не с назначенной комитентом: если вырученная цена ниже назначенной, — комитенту не придется платить за неосуществленные расчеты; если вырученная цена выше назначенной, — у комиссионера не отнимается мотив сбыть товар с наибольшей выгодой для комитента. b) При поручении купить процент исчисляется с цены, назначенной комитентом, а не с заплаченной: если заплаченная цена выше назначенной, то она для комитента не обязательна; если заплаченная цена ниже назначенной, у комиссионера не отнимается интерес приобрести товар для комитента как можно дешевле. Право требовать вознаграждения комиссионер приобретает по выполнении поручения. Он не теряет этого права, если поручение осталось невыполненным по вине комитента, напр., третье лицо не приняло товар, присланный комитентом несогласно с образцом.

3. Комитент обязан возместить расходы, понесенные комиссионером при выполнении поручения. Таковы расходы по помещению, застрахованию товара, по уплате фрахта за перевозку, по просушке зерна, по упаковке товара, по очистке его от пошлин и т.п. Расходы подлежат возмещению лишь: a) насколько они соответствовали распоряжениям комитента, b) насколько они были необходимы для добросовестного выполнения поручения.

Конторович поручил торговому дому «Ферстер, Рутман и К° продать за границу 17 вагонов ячменя. Торговый дом принял поручение, рассчитывая продать ячмень в Любек с вывозом его из Петербурга на пароходе. Но ячмень был доставлен комиссионеру только 20 октября, тогда как 19 было последнее, закрывающее навигацию отправление пароходов из Петербурга. Ячмень пришлось переслать по железной дороге в Ревель, откуда уже на пароходе товар был отправлен в Любек. Излишние расходы, вызванные запоздалой доставкой товара комиссионеру, должны быть отнесены за счет комитента (реш. 4 деп.1893, Вильсон, Судебная Практика, N 157).

VI. Остается рассмотреть особые права комиссионера.

1. Сюда относится право выступить самостоятельной стороной перед комитентом. При поручении продать или купить товар комиссионер может сам приобрести его для себя или продать от себя, без приискивания третьих лиц. Такое превращение комиссионера в контрагента возбуждает большие сомнения как с теоретической, так и с практической стороны. В пользу права комиссионера выступить самостоятельным контрагентом говорит то соображение, что при возможности скрывать от комитента имя контрагента, комиссионер всегда может подставить себя самого на место третьего лица. Против этого права говорят доводы юридический и экономический. С юридической точки зрения, нет соответствия между предложением комиссионного поручения и принятием продажи или покупки. С экономической точки зрения, невозможно требовать от лица, покупающего для себя или продающего от себя, чтобы он имел в виду «наиболее выгодные» для его контрагента условия сделки. [Положительный довод дается тем обстоятельством, что при комиссионной покупке или продаже товаров, векселей и других ценных бумаг, их ценность определяется биржевыми и рыночными ценами, которые при организации соответствующих бирж официально удостоверяются].

Западные законодательства по этому вопросу расходятся. Во Франции и Англии комиссионер не может превратиться в самостоятельного контрагента; напротив, в Германии и Швейцарии (герм. торг. ул. § 400, швейц. обяз. пр. § 436). Наша практика (4 деп.1889, N 157) и раньше признавала, что комиссионер во всякое время имеет право стать самостоятельным покупщиком переданного ему для продажи товара. Новый закон разрешает этот вопрос в положительном смысле (ст.54.14).

По нашему закону, при поручении продажи или покупки товаров, имеющих биржевую или рыночную цену, комиссионер вправе сам приобрести или поставить товар по таковой цене, существовавшей в день отсылки комитенту извещения о приобретении или поставке товара, если комитент не сделал противных распоряжений. Если комиссионер, уведомляя комитента об исполнении поручения, не назовет лица, с которым заключен договор, то комитент имеет право считать комиссионера покупателем или продавцом. Таким образом, это будет самый частый случай, потому что называть контрагента не принято. Но если комиссионер превращается в продавца или покупателя, на каком основании может он требовать вознаграждения за свой труд в качестве комиссионера? Между тем закон прямо постановляет, что «при этом комиссионер не лишается права поставить комитенту в счет комиссионное вознаграждение» (ст.54.14). Еще большее затруднение возбуждает вопрос, как примирить такое выступление комиссионера в качестве продавца с положением закона, что находящиеся в распоряжении комиссионера товары, купленные за счет комитента, признаются собственностью последнего (ст.54.17).

2. В обеспечение сумм, причитающихся с комитента по исполнению поручения, комиссионер имеет право удержания на находящиеся в его руках товары и деньги комитента. Следовательно, он может a) не выдавать комитенту присланный или закупленный товар и b) вычитать из поступающих к комиссионеру за счет комитента денежных сумм. По поводу первого права закон постановляет, что комиссионер, при обращении им или другими лицами взыскания на находящиеся в его распоряжении товары комитента, пользуется преимуществом в удовлетворении из вырученной за товар суммы всех причитающихся ему платежей (ст.54.22). Это право преимущественного удовлетворения далеко не равносильно праву удержания и притом оно отступает перед правами других кредиторов, имеющих также право преимущественного удовлетворения, т.е. залогодержателями. По поводу второго права закон постановляет, что из денежных за счет комитента поступлений к комиссионеру последний может сам удерживать причитающейся ему с комитента платежи, как-то: комиссионное вознаграждение, расходы и выдачи комитенту, или за его счет произведенные по комиссионным отношениям (ст.54.21).

VII. Комиссионный договор находится в зависимости от смерти контрагентов. Но смерть комитента и комиссионера оказывает не одинаковое влияние.

1. В случае смерти или лишения правоспособности комитента, комиссионер, при отсутствии противоположного соглашения, обязан продолжать свои действия по данному ему поручению до тех пор, пока от правопреемников или представителей комитента не поступит надлежащих указаний (ст.54.24).

2. В случае смерти или лишения правоспособности коммиссионера поручение теряет силу, если только правопреемники или представители комиссионера не продолжают вести его торговые дела. В последнем случае они обязаны продолжать действия по исполнению поручения, до тех пор, пока комитент не даст им надлежащих указаний (ст.54.25).

§ 47. Договор перевозки по железной дороге

Литература: Рабинович, Теория и практика железнодорожного права по перевозка грузов, багажа и пассажиров, 2 изд. 1898; Плавтов, Очерки русского железнодорожного права, 1902; Борзенко; Гражданские ограничения железнодорожных предприятий, 2 части, 1881 — 1883 («Врем. Дем. Лицея», т.27, 28, 32, 33); Змирлов, Ответственность железной дороги за просрочку в доставке груза («Ж. М. Ю.» 1899, N 2); Гордон, Принцип ответственности железных дорог за ущерб, причиненный при эксплуатации, 1887, [Фидлер, Несовершенства железнодорожного законодательства, 1913].

I. Договор железнодорожной перевозки есть договор, которым железнодорожный перевозчик обязывается за вознаграждение доставить принятый от отправителя груз своими средствами в другое место и сдать получателю.

Договор перевозки вообще есть сложное отношение. Здесь есть личный наем, насколько перемещение требует личных сил или услуг перевозчика; имущественный наем, насколько перемещение соединяется с пользованием чужими вещами, напр., вагонами; поклажа, насколько железнодорожный перевозчик обязывается к сохранению вверенного ему груза; поручение, насколько этот перевозчик выполняет возложенные на него отправителем задачи, напр., взыскивает наложенный платеж. Наше законодательство признает перевозку видом подряда (т.X ч.1 ст.1738 п.3). Кроме железнодорожной, в законодательстве русском уделяется внимание морской перевозке. Перевозка же по внутренним водяным сообщениям, рекам, озерам, каналам остается до сих пор совершенно ненормированной, если не считать уставов пароходных обществ и правил, на основании которых они производят свои операции.

а. Железнодорожная перевозка основывается на договоре, а потому к ней применимы общие положения о договоре.

Договорный характер железнодорожной перевозки возбуждает сомнения в виду ст.1 Общ. уст. рос. жел. дорог, по которой перевозка грузов составляет обязанность каждой открытой для товарного движения железной дороги, ст.2, по которой железная дорога имеет право отказать в принятии груза только в указанных законом случаях, между тем как всякий договор предполагает свободное соглашение. Договорный характер защищает Рабинович, Теория и практика, § 1, ему возражает Плавтов, Очерки, стр.1 — 6. Несомненно, что в настоящем случае, мы стоим на пороге гражданского и публичного прав: деятельность крупных предприятий постепенно утрачивает свой частно-правовой характер.

b. Перевозятся по железной дороге пассажиры, багаж, почта и грузы. Только груз имеет ближайшее соприкосновение с торговлей.

с. Перевозка производится своими средствами передвижения, принадлежащими железной дороге на праве собственности или по найму.

Если лицо принимает на себя доставку в другое место груза, не имея само средств передвижения, то оно будет не перевозчиком, а экспедитором. Таковы наши общества транспортирования кладей.

II. Железнодорожная перевозка по своему экономическому значению, представляет некоторые особенности, которые вызывают для нее отступления от общих правил о перевозке. Сооружения и эксплуатация железных дорог требуют затраты громадного капитала, что делает совершенно немыслимым поведение двух параллельных линий между одними и теми же пунктами. Поэтому железнодорожный путь бывает один, а следовательно создается такая монопольная сила, которая может диктовать какие ей угодно условия купцам, вынужденным силой конкуренции обращаться к ее услугам. Предоставляя одним грузоотправителям льготы перед другими, напр., во время доставки, железная дорога убила бы всякую возможность конкуренции; принимая одни грузы и отказывая другим, она определяла бы направление торговли и производства; заставляя всех себе подчиняться, она сложила бы с себя раз навсегда всякую ответственность за последствия перевозки и тем чрезмерно усилила бы рисковый элемент в торговой промышленности. Вот почему государство наложило свою властную руку на деятельность железных дорог.

III. Совершение договора почти не зависит от воли железной дороги: привезенный на стацию груз она обязана принять. Исключения в законе указаны (ст.2 Общ. уст. росс. ж. д., т.XII, ч.I). Груз может быть не принят: 1) если отправитель не соглашается подчиниться законным условиям перевозки, 2) если перевозка грузов приостановлена по распоряжению правительства вследствие чрезвычайного события или действием непреодолимой силы, 3) если перевозка предъявленного к отправке груза требует особо приспособленных перевозочных средств, которых железная дорога a) де имеет и b) иметь не обязана, 4) если на станции заполнены все назначенные для склада грузов сооружения и площади. Кроме того, для всех непрерывно связанных между собой железных дорог обязателен прием груза к перевозке прямым сообщением между всеми станциями, открытыми для приема и выдачи груза (стт.7, 8).

Форма договора — письменная. У нас принята система двух документов. a) Накладная выдается отправителем вместе с грузом. Она составляется самим отправителем, или, по его указанию, станцией отправления. Накладная может быть именной или на предъявителя. b) Дубликат накладной выдается железной дорогой отправителю и повторяет содержание первого документа, но дубликат не является копией накладной, так как различие в подписях означает различие волеизъявлений. Однако письменная форма не является сущностью сделки, а только средством доказывания, допускающим и другие доказательства, только не свидетельские показания (стт.54 — 58, 62). [Как акты домашние, эти документы могут быть опровергаемы, в случае неправильности помещенных сведений, всякими иными письменными документами (реш. гр. деп.1903. N 82)].

В речной перевозке у нас принята система одного документа, условия договора определяются квитанцией, выдаваемой отправителю пароходной конторой.

Момент совершения договора — это принятие груза к отправке, удостоверяемое наложением штемпеля станции отправления на накладной, с указанием дня, месяца и года.

Штемпель налагается на накладную, a) если груз принят к отправке без обождания в складе — немедленно вслед за окончанием сдачи товара, следующего по накладной, b) если груз принят к перевозке с обожданием в складе — при наступлении очереди отправки (ст.61). Значит до этого момента ввезенный на станцию груз находится под действием общих правил т.X ч.1 а не специальных железнодорожных правил.

[Однако дубликат накладной, выдаваемый железной дорогой, не является только копией договора, заключенного между ней и отправителем. В руках отправителя дубликат является и распорядительной бумагой: именной по именным накладным и предъявительской по таким же накладным (ст.78, 78.1-3).

Свободная циркуляция дубликатов затрудняется для держателей требованием практики доказывать достоверность содержания документа (р. гр. деп.1901, N 33; 1902 N 80 и 1904, N 106). Критика «боевой» практики Сената дана Поповым, Распределение доказательств между сторонами в гражд. процессе, стр.354 — 379].

IV. Обязанности железной дороги по перевозке груза определены законом в следующем виде.

1. Основной целью перевозки, перемещением, вызывается своевременная отправка груза со станции отправления. Устраняя всякие предпочтения одних отправителей в ущерб другим, закон обязывает железную дорогу отправлять грузы с соблюдением порядка очередей (ст.51). Очередь соблюдается в отношении не всех грузов, а в отношении каждой из (пяти) категорий грузов, различаемых по их свойствам. Нарушение очереди влечет для железной дороги обязанность уплатить отправителю законную неустойку, определяемую посуточно (ст. 101).

Отправителю предоставлена законная возможность следить за своей очередью. Для очередных грузов на станции имеются книги очередей, куда вносятся последовательно принятые грузы, соответственно категории груза и направлению его. К обозрению этих книг отправитель должен быть допущен. (Собр. узак. и расп. прав. 1896, N 120, ст.1373). [При отыскании вознаграждения по 101 ст.отправитель должен доказать не только нарушение очереди, но и зависимость от этого опоздания груза (реш. гр. деп.1902, N 15 и 16)].

2. Так же строго регулируется своевременная доставка груза к месту назначения. a) Грузы большой скорости, отправляясь через сутки после наложения на накладную штемпеля, должны пробегать по 300 верст в первые двое суток и по 400 в дальнейшие. b) Грузы малой скорости, отправляясь через двое суток после наложения на накладную штемпеля, должны пробегать по 150 верст в сутки при повагонной грузке и 120 при попудной.

Согласно ст.53, сроки доставки определяются съездами представителей железных дорог с утверждения Совета по железнодорожным делам при М.п. сообщ. Ныне действующие сроки: Собр. узак. и расп. прав. 1896, N 71, ст.1008, N 120, ст.1373, [Особую группу составляют грузы внеочередные (п.1 и 2 ст.51 и Сборник тарифов N 789 п.1)].

Течение этих сроков может подвергнуться перерыву: a) вследствие остановки движения, происшедшей от несчастного случая с поездом, порчи пути от снежного заноса, от атмосферных явлений, чрезвычайного накопления по линии груженных вагонов, b) на время исполнения таможенных или полицейских обрядностей, c) в силу особых условий движения, установленных министерским распоряжением. О всяком перерыве железная дорога вывешивает объявление у кассы, уведомляет дороги, связанные с ней прямым сообщением. Сведения о происшедших случаях перерыва публикуются, после проверки, министерством путей сообщения.

Правила перерыва сроков, согласно ст.53, устанавливаются тем же порядком, как и сроки. Ныне действующие правила: Собр. узак. и расп. прав. 1887, N 94. Министерство путей сообщения помещает свои публикации в Правительственном Вестнике.

Никаких соглашений с отправителями относительно сложения с себя железной дорогой законной ответственности не допускается (ст.6). Поэтому железная дорога освобождается от лежащей на ней за просрочку ответственности только тогда, если докажет, что она приняла все меры, которые лежат на обязанности «исправного возчика» (ст.110). Просрочка влечет для железной дороги обязанность уплатить отправителю законную неустойку, в размере 5% фрахта в сутки, в общем не свыше всей фрахтовой суммы, но тем самым освобождает от обязанности возместить, по общегражданским законам, весь ущерб, причиненный просрочкой.

Железные дороги проявили склонность в оправдание просрочки ссылаться на публикации министерства путей сообщения, печатаемые в «Правительственном Вестнике» о случаях приостановки движения грузов по железным дорогам. Сенат признал, что такие публикации представляют собой прямое удостоверение министерства, как самого факта перерыва, последовавшего по независящим от дороги причинам, так и того обстоятельства, что, за принятием железной дорогой всех обязательных для нее мер для восстановления прерванного движения, происшедшая приостановка не может быть вменена ей в вину (реш гр. деп.1902, N 30), или иначе такие публикации должны быть почитаемы предустановленными доказательствами вполне достаточными для освобождения дороги от ответственности, пока истец не выставил основательных опровержений, доказывающих, что просрочка в действительности обусловливалась иными причинами (реш. гр. деп.1910, N 5). В этом отношении Сенат пошел слишком далеко, так как он не допускает опровержения факта, установленного министерством напр., при публикации о приостановке, о заносе, нельзя доказывать свидетелями, что во время передвижения груза, снега вовсе не было. [Критика сенатской практики дана Рабиновичем, Право, 1902 N 7 и N 44].

3. С момента приема груза на железной дороге лежит обязанность сохранения его.

При приеме груза дорога должна освидетельствовать его внешнее состояние. Если груз предъявлен к отправке без соблюдения надлежащих мер предосторожности относительно упаковки то железная дорога вправе отказаться от приема груза или потребовать занесения этого обстоятельства в накладную (ст.63). Повреждения, происшедшие от упаковки, не ставятся в вину дороги лишь тогда, если ее недостатки не могли быть замечены по наружному виду (ст.65). [Проверка же действительного состояния упакованного груза и его точного веса необязательна для дорог].

От приема и до сдачи груз находится на ответственности железной дороги. За это время груз может подвергнуться утрате, или повреждению.

Утратой называется невозможность выдачи груза получателю. Утрата бывает полной или частичной. Повреждением называется такое изменение груза, при котором он перестает соответствовать своему назначению. Потеря нескольких мешков овса есть частичная утрата, потеря части машины — есть повреждение. Груз может считаться утраченным, если станция назначения не выдаст по востребованию груз в течение 30 дней (ст.103).

Утрата и повреждение груза лежат по закону на ответственности железной дороги, от которой она не может освободиться особым соглашением с отправителем (ст.6). Железнодорожная ответственность представляет значительные особенности по сравнению с общегражданской. Железная дорога отвечает не в силу доказанной ее виновности, а в силу недоказанности с ее стороны обстоятельств, ее оправдывающих. Железная дорога не может освободиться от ответственности тем только, что сошлется на отсутствие с ее стороны вины; не освобождает ее и то, если она докажет, что вела себя как «исправный возчик». Освобождение от ответственности имеет место только в тех случаях (ст.102), когда утрата или повреждение произошли: a) по вине самого отправителя, напр. порча нарзанной воды при пересылке ее зимой без кошмы в ящиках. b) вследствие свойств груза, напр., при перевозке животных; не выдерживающих этого способа перемещения, или вследствие раструски, утечки, усушки груза в границах, однако, определенного в установленном порядке размера; c) от непреодолимой силы, под именем которой следует понимать такие события, действия которых нельзя было ни предупредить, ни предотвратить никакой предусмотрительностью и никакими затратами, напр., разрыв товарного поезда порывом урагана.

Тяжесть доказательств распределяется следующим образом. Доказывание факта утраты или повреждения лежит на грузохозяине, доказывание фактов, устраняющих ответственность за них, лежит на железной дороге. Если железная дорога не докажет факта, по закону ее оправдывающего, то она ответит и за случайность. Для обеспечения своего иска грузохозяин должен при приеме произвести проверку, и, в случае обнаружения утраты или повреждения, составить протокол, иначе его претензия погашается (ст.103). Для исков против железных дорог о вознаграждении за утраченный или поврежденный груз установлена краткая годовая давность (ст.135).

Ответственность за сохранность груза не прекращается с доставкой его в место назначения. Доставленный на станцию назначения груз должен быть храним бесплатно — малой скорости в течение 48, большой скорости в течение 24 часов. Если груз не будет взят в эти сроки, то по прошествии их железная дорога взимает с получателя «полежалое» в таксированном размере (ст.81).

4. На железной дороге лежит сдача груза, согласная с договорными и законными условиями.

а. Груз должен быть сдан надлежащему лицу. Таким лицом является получатель, которым может быть и сам отправитель, лично или через представителя, но может быть и постороннее лицо. Так как договор заключен с отправителем, то получателем будет тот, кого последний назначит. По дубликату накладной именной это — то лицо, к которому документ дошел установленным порядком, по дубликату накладной на предъявителя это — держатель документа (ст.78). Впрочем, обладатель дубликата может потребовать через станцию отправления, чтобы груз был выдан не тому лицу, которое указано на накладной (ст.78.1 по Прод. 1912). Выдача груза должна сопровождаться обменом документов: дубликата выдается дороге, накладная — получателю.

b. Сдача должна быть произведена в надлежащем месте. Грузы сдаются на станции назначения. Когда в накладной обозначен адрес получателя, железнодорожная станция обязана послать получателю письменное уведомление о прибытии груза. Лицо, имеющее право распоряжения грузом может требовать, чтобы груз был сдан ему обратно на станции отправления или же на промежуточной станции. Такое требование должно быть заявлено: 1) на станции отправления, 2) в письменной форме, 3) с приложением дубликата накладной (ст.78.2 по Прод. 1912).

с. Сдача должна быть произведена в надлежащее время. Сдача груза происходит в те дни и часы, когда станция должна быть открыта (ст.43). Грузы, не принятые в течение 30 дней со дня их прибытия, считаются невостребованными. По прошествии этого срока посылается отправителю уведомление о непринятом грузе и делается троекратная публикация. Если в течение 3 месяцев никто не явится за получением груза, последний продается с публичного торга (ст.90), а вырученная сумма, за вычетом того, что следует дороге, получает особое назначение (ст.40).

5. На железную дорогу может быть возложено поручение взыскать с получателя наложенный платеж за доставленный груз (ст.74). Железная дорога не вправе сдать груз, не получив предварительного платежа, иначе сама отвечает в этой сумме перед отправителем. Взысканные суммы должны быть немедленно выданы отправителю под страхом неустойки (ст.75). За исполнение этого поручения железная дорога получает особое вознаграждение.

V. Права железной дороги по перевозке грузов состоят в следующем:

1. Перевозка — договор возмездный, и потому железная дорога имеет право на провозную плату, называемую фрахтом. Размер этой платы определяется в точности законом (тарифами), не оставляющим места для соглашений контрагентов ни в сторону повышения, ни в сторону понижения (ст.71). Кроме платы за провоз, могут быть и иные дополнительные сборы: за наложенный платеж, за нагрузку, за упаковку, за полежалое и др. И эти сборы все таксированы. Платежи, по усмотрению отправителя, могут быть произведены при передаче груза для перевозки или же при сдаче груза. Железная дорога вправе требовать платы вперед только тогда: a) если груз подтвержден скорой порче, b) если он малоценен, c) если он дурно упакован (ст.67), потому что во всех этих случаях груз своей ценностью недостаточно обеспечивает претензии дороги.

Вследствие неправильного исчисления станцией отправления провозной платы и дополнительных сборов могут оказаться недоборы или переборы. Недоборы взыскиваются с отправителя или получателя, а переборы — с железной дороги в течение годового срока в общем судебном порядке (ст.72, 73, 135). Так как тарифы устанавливаются в законном порядке, то никто не вправе отговариваться неведением их, а потому отправитель не может ссылаться, в ответ на требование уплатить недобор, на заблуждение, в которое он был введен переговорами с железнодорожными агентами до отправления.

2. В обеспечение требований, принадлежащих железной дороге по договору перевозки, ей предоставлено законное право залога на груз (ст.85). Обеспечение это имеет силу до тех пор, пока груз находится в ведении железной дороги.

VI. Необходимость перемещения грузов на дальние расстояния, за пределы одной железнодорожной линии, вызывает часто перевозку прямым сообщением. Прямое сообщение связывает все дороги солидарностью, установленной по закону. Перевозки прямым сообщением в специальном смысле нет, когда одна дорога пропускает через свою линию целый товарный поезд с паровозом и служащими другой дороги (ст.9. п.2). С другой стороны, в черту прямого сообщения могут быть включены, по особому, соглашению, и пароходные линии (ст.10). Договор заключается дорогой отправления, а выполняется окончательно дорогой назначения, сдающей груз,

С внешней стороны это усложнение перевозки возбуждает вопрос, кто является ответственным перед грузохозяином за утрату или повреждение груза. Закон предписывает ему выбор одной из следующих железных дорог: a) дороги отправления, ответственность которой вытекает из договора, заключенного с отправителем, b) дороги, виновной в причинении вреда, ответственность которой вытекает из совершенного ею правонарушения, c) дороги назначения, ответственность, которой основывается исключительно на законе, установившем ее для удобства грузохозяев (ст.99) [Привлечение всех или нескольких из дорог было бы нарушением ст.99 и 128 (реш. гр. деп. 1890, N 82 и 1902. N 58)].

Что касается внутренней стороны, то между дорогами, участвовавшими в прямом сообщении, возникают сложные расчеты. Когда возмещение вреда грузохозяину было произведено дорогой, причинившей этот вред, то этот убыток падает всецело на нее самое. Когда же вознаграждение было уплачено дорогой назначения или отправления, то она имеет право регресса к остальным соучастникам, причем если виновный будет обнаружен, то регресс на нем останавливается, если же это окажется невозможным, то уплаченная сумма разверстывается между всеми, кроме тех, которые докажут, что ущерб не был произведен на их линиях (ст.116). Провозная плата, полученная дорогой отправления или дорогой назначения, распределяется, соответственно длине линии, между соучастниками прямого сообщения.

[Прямое сообщение бывает смешанным, когда в нем принимают участие кроме железных дорог и другие транспортные предприятия (ст.10), отвечающие также солидарно, но по другим правилам. Истец и тут обязан выбрать или дорогу или другое транспортное предприятие (реш. гр. деп.1903, N 94).

Прямое сообщение международное регулируется «международной конвенцией о перевозке грузов», называемой Бернской конвенцией (соб. уз. и расп. прав. 1892, N 139, 149; 1896 N 24) и двумя дополнительными (соб. уз. 1901 N 83 и 1908 N 41)].

§ 48. Договор страхования

Литература: Манес, Основы страхового дела, 1909; Никольский, Основные вопросы страхования, 1895; Степанов, Опыт теории страхового договора, 1875; Ноткин, Страхование имуществ по русскому законодательству, 1888; Брандт, О страховом от огня договоре, («Ж. Гр. и Уг.» Пр. 1875, NN 3, 4); Лион, Договор страхования по русскому праву, 1892; Идельсон, Договор страхования по русскому праву (Зап.Харьк. Унив. 1903, кн. 1 — 3). [Германский закон 30 мая1908 г. о страховом договоре, пер. под ред. Шершеневича; Швейцарский союзный закон о страховом договоре (Ж. М. Ю., 1910, N 5); Луневский, Страхование от огня, 1902; Бернер, Страхование от огня в акционерных страховых предприятиях, 1913; Пресс, Страхование, 1914; Краснокутский, Систематический и синоптический свод полисных условий по страхованию от огня, 1914].

I. Под именем торгового страхования понимается договор, в силу которого одно лицо (страховщик), за определенное вознаграждение, обязывается возместить ущерб, какой может понести имущество другого лица (страхователя) от заранее предусмотренного несчастного события.

Таково в сущности определение, даваемое ст.2199 т.X ч.1. Действующее законодательство не содержит вовсе норм, регулирующих отношения по страхованию, если не считать, кроме указанной, еще ст.2200 т.X ч.1 Подробно нормировано лишь морское страхование (т.XI ч.2. Уст. Торг. стр.558 — 606). Зато многочисленные правила содержатся в акционерных уставах страховых обществ, имеющих в глазах практики силу закона. Новейшие уставы, однако, почти не содержат правил страхования, которые предоставлено утверждать министру внутренних дел. Но такие правила уже бесспорно могут иметь законную силу лишь при условии соответствия общим законам, хотя практика и здесь готова видеть специальные законы.

а. Торговое страхование есть договор, предполагающий соглашение двух лиц. По этому признаку торговое страхование отличается от самострахования, так как соглашение с самим собой не имеет юридического значения, и от принудительного страхования, так как принудительность устраняет свободу соглашения.

Самострахование имеет место в очень крупных предприятиях. Такому предприятию, как пароходство «Самолет», имеющему много пароходов, выгоднее отчислять часть доходов для пополнения случайных потерь в особый страховой капитал, нежели страховать все суда в частном обществе. Принудительное страхование основывается на законе и имеет характер взаимного губернского страхования, которому подлежат лица сельского состояния (т.XII, ч.1, изд. 1908, ст.129). Законом 1 июня 1910 года министру внутренних дел предоставлено в городских поселениях тех губерний, в которых действуют правила о губернском взаимном страховании, вводить обязательное взаимное страхование общественных и частных строений (по Прод. 1912, т.XII, ч.1, ст.124.1).

b) Как договор торговый, страхование предполагает определенное вознаграждение, которое носит здесь название страховой премии. По этому признаку торговое страхование отличается от взаимного страхования.

Взаимное страхование чуждо принципу возмездности. Лица, связанные взаимным страхованием, уплачивают лишь то, что пришлось возместить некоторым из них в виде понесенного ущерба, так что размер их взносов определяется не до, а после несчастного события. Если в виду технических удобств, взносы и производятся вперед, то остаток их зачисляется за счет членов или же поступает на образование особого капитала. — Но иногда общества взаимного страхования принимают на страх от посторонних лиц за премию, и тогда их операция принимает характер торгового страхования.

с. По своему содержанию договор торгового страхования состоит в возмещении ущерба, к которому обязывается страховщик в отношении имущества страхователя. По этому признаку торговое имущественное страхование отличается от личного страхования, которое имеет своим содержанием обеспечение материальных условий существования определенных лиц.

По своему существу эти два договора совершенно различны. Объединение их думают найти в том, что целью всякого страхования является отвращение невыгодных экономических последствий наступления известного события. альфа) Для страхования имущества это безусловно верно, но для страхования лиц это — элемент случайный: смерть лица, которая была бы выгодной для семьи, не препятствует страхованию на случай смерти. бета) Поэтому в страховании имущества исполнение обязательства со стороны страховщика зависит от наличности и размера понесенного ущерба, а в страховании лиц этой зависимости нет. гамма) Поэтому страхование имущества может быть заключено только под условием положительным, так как страхование лиц допускает безразлично то и другое, напр., выдача суммы денег, если женщина до известного возраста выйдет замуж, или если она не выйдет вовсе замуж до известного возраста.

d. Действительный ущерб может быть причинен только имуществу, в смысле совокупности прав и обязанностей, имеющих денежный интерес. Ущерб может состоять в утрате или повреждении ценностей, входящих в имущество. Но предметом страхования не могут быть выгоды, составляющие еще предмет надежд, но не прав. Страхование имущества не может иметь своей целью обогащения страхователя.

Застрахованы могут быть не только вещи, но и права требования, напр., взыскание по векселю. Недействительно, наоборот, страхование от убытков, какие может потерпеть завод вследствие промышленного застоя, известного на Западе под именем chomage.

е) Ожидаемый ущерб должен произойти от заранее предусмотренного события. Ущерб, происшедший от другого события, в договоре не указанного, не подлежит возмещению.

Опасности, угрожающие имуществу, многочисленны и разнообразны, напр.: пожар, наводнение, крушение, град. Если товар, лежащий в амбаре на берегу реки, застрахован от огня, то порча его весенним наводнением не обязывает страховщика возмещать ущерб.

II. Страхование имущества, обеспечивающее купца от последствий несчастных событий, слагает с него на страхователя страх за товары, хранимые и перевозимые. Этим страхование ослабляет рисковый элемент в торговой промышленности. А это дает возможность исключить из прибыли вознаграждения за риск, и следовательно, влечет за собой удешевление товаров. В этом заключается экономическое значение страхования. Так как страхование экономически достижимо только при объединении значительного количества частных хозяев, из страховых премий которых образуется капитал для покрытия ущерба, постигшего некоторых из них, то страховое дело находится всецело в руках акционерных товариществ.

III. Совершение договора обращает на себя внимание со стороны лиц, в нем участвующих, формы, момента заключения.

Страхователем является лицо, передающее лежащий на нем страх другому лицу, страховщику. Поэтому страхователем может быть только лицо заинтересованное в судьбе известных вещей, гибель которых способна повлечь для него имущественный ущерб. Такими заинтересованными лицами являются: a) собственник, на котором по общему началу лежит риск случайной гибели или повреждения вещей; b) пользовладелец, напр., парохода, утрачивающий свое право в случае несчастия с судном, если ценность его не успеет превратиться в деньги; c) наниматель, напр., магазина, отвечающий перед домовладельцем за пожар, произведенный по небрежности его служащими; d) залогодержатель, напр., фабрики, рискующий потерять всякую возможность осуществить свое право требования, если погибнет предмет обеспечения; е) поклажеприемщик, отвечающий особенно строго перед собственником за сохранность вверенных ему вещей.

Отсутствие интереса, составляющего необходимое условие рассматриваемой сделки, делает ничтожным двойное страхование. Под этим именем понимается тот случай, когда страхователь страхует одну и ту же вещь, на одно и то же время, у двух или более страховщиков, в сумме, превышающей действительную ценность предмета страхования. Второе страхование должно быть признано недействительным, полностью или в части по отсутствию у страхователя интереса. Поэтому второе страхование останется в силе: a) лишь тогда, когда первым договором имущество застраховано не в полной его ценности и b) лишь в пределах необеспеченной еще ценности.

В нашей практике обнаруживается иное отношение к двойному страхованию. Купец Кудряшов застраховал свои строения стоящие по оценке 25.000 р. во Взаимном земском страховании, а потом в С.-Петербургском страховом обществе. Вследствие пожара, истребившего некоторые из строений и повредившего другие, убыток оцененный в 15.000 р. был возмещен страхователю первым страховщиком в 12.023 р. Второй же страховщик совершенно уклонился от возмещения, усматривая в двойном страховании стремление Кудряшова обогатиться на счет чужой. Сенат признал, что каждый из двух страховщиков обязан к возмещению соразмерно участия в страховании, т.е. пропорционально, один в 4/7, другой в 3/7 (реш. гр. деп.1884, N 114). Это решение не вытекает ни из существа страхования, ни из устава страхового общества. В действительности второй страховщик обязан доплатить то, что оставалось незастрахованным по первому договору, а первый страховщик должен выполнить свое обязательство полностью.

Для договорного соглашения необходимо знание контрагентами условий сделки, а потому страхователь обязан доставить верные сведения о состоянии страхуемого имущества. Однако, умолчание или ложное заявление не имеют значения для силы сделки, если они клонятся не к увеличению, а к уменьшению риска страховщика.

Так как наше законодательство не устанавливает формы для страхового договора, то сделка может быть заключена и в словесной форме. В действительности страхование чаще всего происходит в письменной форме. Согласно юридической природе страхования, в договоре должны быть указаны: a) предмет страхования, b) срок страхования, c) грозящая опасность, d) страховая премия.

Берштейн, известив могилевского агента Общества «Русский Ллойд» Пайта об отправлении им из села Комарова, находящегося на Днестре, четырех галер, нагруженных 1.800 мешками пшеницы весом 12.000 пудов, телеграммой 1 октября 1882 года просил о принятии означенного товара на страх по 1 р. 10 к. за пуд. В ответ на это предложение агент Общества, телеграммой, отправленной того же 1 октября, уведомил Берштейна, что страхует товар по 1 р. за пуд и вышлет полис. На другой день две из галер затонули. Общество отказывалось возместить ущерб на том основании, что договор еще не был оформлен. Но ни Спб. ком. суд, ни Сенат с этим соображением не согласились, потому что законом форма не установлена (Вильсон. Судебная практика, N 206).

Самый порядок совершения договора, как он выработался на практике, заключается в следующем. Страховые общества распространяют в публике различными способами сведения о тех условиях на которых они готовы страховать имущество. Это еще не предложение, а только вызов предложений Желающий застраховаться подает правлению общества или его агенту письменное объявление, содержащее все сведения о страхуемом имуществе, необходимые для договора. Такое объявление подается на бланках, заготовленных самим обществом, и юридическое значение этих бланков состоит в том, что страхователь не отвечает за умолчание обстоятельств, в бланке пропущенных и, по-видимому, не интересующих страховщика. Это объявление есть предложение, исходящее от страхователя. Вместе с тем вносится страховая премия, в чем и выдается агентом расписка. Затем агент пересылает объявление правлению общества, от которого высылается полис, удостоверяющий заключение и условия договора. Из описания этого порядка можно было бы признать моментом совершения договора выдачу полиса, как ответ на предложение. Но уставы страховых обществ относят начало своей ответственности к внесению страховой премии при подаче объявления. Тем самым они признают страховых агентов приказчиками, а полисы не имеющими никакого юридического значения для определения момента совершения договора.

IV. Из страхового договора возникают следующие обязанности страхователя.

1. Хотя обыкновенно взимание страховой премии происходит при заключении сделки, но намеренное или случайное уклонение от этого не мешает признать договор совершенным. Уже из договора вытекает для страхователя обязанность уплатить премию. Премия определяется обыкновенно в виде процента с ценности страхуемого имущества, и размер ее различается в зависимости от степени риски, соединенного с вещами данного рода.

2. Страхователь не освобождается, перенесением страха на другое лицо, от обязанности заботиться о сохранении вещей. Поэтому при приближении угрожающего события, страхователь должен принять меры к предотвращению несчастия, напр., при надвигающемся наводнении вывезти вещи. Если несчастье наступило, он должен стараться ослабить вредные его последствия, напр., при появлении огня вызвать по телефону пожарную часть. Ни в каком случае страхователь не должен запирать своего помещения при приближении огня.

3. Так как страховщик вступил в сделку при условиях, бывших во время ее заключения, то страхователь обязан сообщить об изменениях, происшедших в застрахованном имуществе. Таковы случаи перевоза товара из одного склада в другой, уменьшение ценности имущества вследствие частичной его распродажи, гибели значительной части от другого несчастного события.

4. В виду личного характера страхового договора, который особенно подчеркивают страховые уставы, страхователь должен заявить о переходе имущества от одного лица к другому. От страховщика будет зависеть, сохранить ли силу договора за новым собственником или нет.

Лесопильный завод Гетце в Митаве был застрахован собственником его в Русском страховом от огня обществе с 11 июня1885 г. в сумме 19.217 р. После того, 18 июля, завод был продан Георгу Дуэ без уведомления о том правления страхового общества. Залогодержатели заявили свои требования на страховую сумму, считая ее обеспечением, заменяющим первоначальную ценность, т.е. завод. Но страховое общество отказалось от обязанности возместить ущерб, признав себя свободным, альфа) перед первоначальным собственником, Гетце, потому что он потерял страховой интерес, бета) перед новым собственником, Дуэ, потому что оно не состоит в договорном отношении к этому лицу, гамма) перед залогодержателями, потому что их право производно и, при недействительности первоначального права, не имеет основания (реш. гр. деп.1886, N 13).

5. С наступлением предусмотренного события страхователь обязан немедленно уведомить о несчастии страховщика, чтобы он мог тотчас определить размер понесенного ущерба. Согласно полисам, страхователь обязывается к такому уведомлению в течение не более 3 — 8 дней. Чтобы отклонить от себя всякие подозрения, страхователь должен оставить пострадавшее имущество в неприкосновенности, пока не прибудет на место события сам агент-оценщик.

6. На страхователе лежит обязанность доказать, что a) предусмотренное договором несчастье действительно произошло, b) что от него произошел понесенный страхователем ущерб, и c) что убытки соответствуют объявленной им величине.

Первый пункт не возбуждает обыкновенно трудности. Зато второй открывает широкое поле для пререканий. Если при спасении товара из горящей баржи был подмочен товар, то этот ущерб находится в непосредственной связи с предусмотренным несчастием. Но если расхищен товар из запертого амбара благодаря суматохе, происшедшей при пожаре, то ущерб не подлежит возмещению. В каждом отдельном случае приходится ставить вопрос о причинной связи. Доказывание величины ущерба было бы в высшей степени затруднительно, если бы при заключении договора не прибегали к оценке страхуемого имущества.

V. Обязанностью страховщика является возмещение ущерба, понесенного застрахованным имуществом. При установлении размера ущерба следует иметь в виду ценность какую имело имущество во время наступившего несчастья; в виду трудности выяснить эту ценность, приходится руководствоваться оценкой, выполненной во время заключения договора. Однако страховщик всегда вправе доказывать, что ценность в момент несчастия была ниже оценки, напр., вследствие вывоза товаров из застрахованной лавки.

Иногда страховщик, опасаясь злого намерения со стороны страхователя и во всяком случае, желая возбудить в нем интерес к охранению своего имущества, обязывается возместить не весь ущерб, а лишь известную часть, в виде 2/3 или 3/4 всей ценности. Эта часть действительной ценности предмета страхования носит название страховой суммы. Тогда страховщик производит пропорциональное возмещение.

Напр., пароход, стоящий 120.000 р., застрахован в 3/4 своей стоимости. Если пароход сгорел совершенно, то страховщик обязан выдать страхователю 90.000 р. Если же пароход потерпел повреждение, так что после несчастия его ценят в 40.000 р., то страховщик обязан выдать не 80.000 p., а только 60.000 р.

Размер понесенного ущерба определяется: или a) стоимостью издержек, потребных для того, чтобы потерпевшее имущество привести в то состояние, в каком оно было до несчастия, или b) вычетом из стоимости всего имущества стоимости оставшейся части. Это зависит от усмотрения страховщика.

При частичном повреждении застрахованного имущества возмещение может быть сделано страховщиком: или a) возвращением издержек на приведение имущества в прежнее состояние, или b) выдачей всей стоимости застрахованного имущества с сохранением в свою пользу остатков (абандона). Применение второго способа удовлетворения невозможно без согласия страхователя.

Возмещение вреда может состоять: или a) в платеже соответственной ущербу суммы денег, что составляет наиболее частый способ удовлетворения, или d) в передаче натурой предметов того же рода и качества, как погибшие или поврежденные. Это зависит от усмотрения страховщика,

Страховщик обязан возвратить страхователю те расходы, которые он понес по принятию мер спасения застрахованного имущества, напр., наем людей для отстаивания лавки от огня, для перевозки на берег товаров с горящей баржи.

Требование страхователя о возмещении ущерба подлежит действию давности. В виду того, что расчеты по страхованию должны быть произведены, пока еще не утрачена возможность определить действительные убытки, практика наших акционерных страховых обществ устанавливает, при помощи полисов, краткие сроки. Судебная практика не находит основания признавать недействительными соглашения, направленные к сокращению срока давности по страховым искам сравнительно с общим сроком.

VI. Если событие, предусмотренное в страховом договоре, вызвано умыслом страхователя, то страховщик освобождается от своей обязанности возмещения: поджигающий свой склад товаров с целью получить страховую сумму может надеяться только на то, что причина пожара останется невыясненной. Неосторожная вина самого страхователя или лиц, за которых он отвечает, как приказчики, не лишает его права на возмещение.

VII. Когда событие, предусмотренное в страховом договоре, было вызвано виной третьего лица, то возникает вопрос, не имеет ли страховщик, возместивший вред страхователю, право регресса к виновнику несчастья? Конечно, страхователь не лишен права на общих основаниях требовать возмещения ущерба от лица, причинившего ему вред, так что ему открывается выбор между страховщиком и виновным. Если страховщик возместил вред лишь частью, то в остальной части страхователь может искать удовлетворения с виновника. Что касается страховщика, то обоснование его права регресса, при молчании закона, представляется затруднительным. Оно может быть основано на предварительном или последующем согласии страхователя уступить свое право страховщику. Если такой уступки нет, то страховщик не может основываться на виновности третьего лица и на причиненный последним ущерб страховщику, потому что виной третьего лица нарушены интересы, не но субъективное право страховщика.

В лице страховщика право не возникает, потому что вред причинен не его имуществу. Однако во всех уставах страховых обществ содержится это положение, согласное с западными законодательствами, содержащими правила о страховании (герм. страх. закон § 67, итал. торг. код. § 438, исп. торг. код. § 437). В октябре1879 г. пароход купца Саксена «Теодор», имея на буксире судно «Николай», нагруженное 3.004 кулями овса, принадлежащими торговому дому Леон и К°, проходил по реке Неве. У Николаевского моста означенное судно ударилось о бык моста, получило течь и вскоре затонуло. Купец Леон обратился с иском к Саксену, как виновнику несчастия, с требованием вознаграждения за убытки в размере 12.616 р. 80 к. Саксен возражал, что в Российском обществе морского и речного страхования в пользу Леона записано 20.000 р. за погибший товар и потому он не вправе вдвойне вознаграждать свой ущерб. Сенат, рассматривая это дело, признал как право выбора со стороны страхователя, так и право регресса со стороны страховщика, хотя юридического основания ему не дал (реш. гр. деп.1883, N 87).

VIII. Договор страхования прекращается по следующим основаниям.

1. Так как страховой договор заключается на срок, определяемый временем, напр., на год или на рейс, напр., при перевозке скота по Волге пароходом, то истечение срока прекращает взаимные обязательства сторон.

2. При полном уничтожении застрахованного предмета исполнение договора возмещением ущерба прекращает силу договора и срока. При частичном же повреждении предмета страховщик не освобождается от принятой на себя обязанности возмещать ущерб, в течение определенного времени, так что страховщик может быть вынужден и ко вторичному возмещению, если предусмотренный несчастный случай повторится в пределах того же срока, а общая величина ущерба не выйдет за границы страховой суммы.

3. Договор страхования прекращается в случае гибели предмета застрахованного от иного события, чем то, которое было предусмотрено соглашением, напр., амбар, застрахованный от огня, разрушается наводнением.

4. Договор может прекратиться по вине страхователя, если его действия будут иметь своим последствием увеличение риска страховщика, напр., самовольная перевозка застрахованных товаров из каменного в деревянное помещение, или обнаруженная неточность сведений, данных при заключении договора.

§ 49. Поклажа в товарных складах

Литература: Шмотин. Товарные склады и варранты по русскому законодательству («Ж. Гр. и Уг. Пр.» 1878, N 4); Чупров, Товарные склады и их значение, 1882; Тур, О товарных складах, 1888; Антонович, Товарный кредит («Рус. Вест.» 1884, N 12); [Ададуров, Подтоварный кредит в коммерческих банках, 2 вып.1911, 1912. Тупиков, Ответственность холодных складов за утрату и повреждение принятого на хранение груза. («Вест. Прав. и Нот.» 1913, N 28)].

I. Товарный склад совершает договоры поклажи, в силу которых обязывается, за определенное вознаграждение, сохранять переданные ему складчиками товары.

Товарные склады, под именем доков, возникли в XVIII столетии в Лондоне. Из Англии они распространились по континенту Европы в течение XIX века. В России закон о товарных складах, известных более под именем элеваторов, появился 30 марта1888 г. (ныне стт.766 — 819 Уст. торг. изд.1903 г.). стт.799 и 804 подверглись изменению при издании Вексельного устава 27 мая 1902 года, а затем законом 17 июня 1910 года прибавлены были правила о соединении содержания товарных складов с другими портовыми и промышленными предприятиями (ст.820 — 845 по прод.1912 г.). [Этим же законом введены правила амбарной операции (прим. к ст.767 и приложение к нему ст.1 — 5 по сводному Прод.1912 г)].

а) Прием товара на хранение производят товарные склады, т.е. предприятия, которые обладают обширными помещениями, предназначенными для склада чужих товаров разного рода или одного вида (напр., зерна).

Учреждение товарных складов постановлено в зависимость от разрешения министра торговли и промышленности. Товарные склады могут быть учреждаемы земствами, городскими, биржевыми обществами, акционерными товариществами, отдельными лицами (ст.770), [обществами сельского хозяйства с разрешения министра торговли и промышленности по соглашению с главноуправляющим землеустройством и земледелием (прим. ст.770 по Прод. 1912)]. Железнодорожным предприятиям учреждение товарных складов разрешается лишь на основании особых условий, определяемых для каждого случая отдельно с Высочайшего соизволения, испрашиваемого через Совет министров (ст.771). Принадлежащие товарному складу недвижимости служат обеспечением по обязательствам склада (ст.773). Министерством Финансов разрешены сооружение и эксплуатация зернохранилищ Госуд. Банку и учреждениям мелкого кредита.

b) Совершаемая товарными складами сделка представляет собой поклажу, которая имеет своей основной целью хранение товаров, передаваемых им вкладчиками. Этой основной целью поклажа отличается от других договоров, как, напр., перевозка, комиссия, где обязанность хранения является одним из элементов, характеризующих, вместе, с другими, сущность отношения.

Основная операция не мешает складу, за особое вознаграждение принимать на себя поручения, как-то: выгрузку и нагрузку товаров, перевозку товаров с ближайшей железнодорожной станции или пароходной пристани, сортировку, просушку, укупорку и взвешивание товаров, поступивших в склад очистку пошлинами, страхование (ст.776). Соединение с содержанием товарных складов операций по страхованию, по перевозке, по комиссионным поручениям, по открытию кредита под товары, принятие на хранение, подчиняется действию общих законов, касающихся этих предприятий, а также специальным правилам, установленным по закону 17 июня 1910 года (по Прод. 1912, т.XI ч.2, Уст. Торг. ст.820 — 845). Правила о сделках товарных складов не распространяются на амбары и другие помещения, устраиваемые для хранения товаров без выдачи документов, специально установленных для товарных складов. Правила о торговой поклаже, вне товарных складов, содержатся в тех нормах т.X ч.(стт.2100 — 2124), которые регулируют и гражданскую поклажу. Для поклажи, имеющей торговый характер, существует только отступление в форме сделки: она может быть заключена словесно (2112 п.3), а не письменно, как это требуется для гражданской поклажи (ст.2111).

с) Предметом хранения в товарных складах являются товары, а не всякие вообще вещи. Эти товары поступают в склад или: 1) как партии товара, принадлежащие каждая отдельному хозяину или 2) как товары, подвергающиеся обезличению, т.е. смешению с однородными товарами других хозяев, причем склад обязывается выдавать не тот самый товар, который был принят им на хранение, а товар того же сорта (ст.816).

Договор поклажи, устанавливающий обязанность возвратить ту же вещь, невидимому, несовместим с возможностью обезличения хранимых вещей. Однако, если принять в соображение, что альфа) товарный склад не приобретает право собственности на обезличенные товары, что бета) право собственности остается за хозяевами товара, между которыми образуется общая собственность вследствие смешения, то следует придти к заключению, что рассматриваемая операция (ст.768 и ст.816) представляет не заем, а поклажу (ср. depositum irregulare римского права).

d) Как сделка торговая, поклажа в товарных складах предполагает вознаграждение.

Этот признак (ст.784), существенный для поклажи в товарных складах, организованных на началах торговых, может быть устранен в товарных складах, учреждаемых земствами или городами.

II. Товарные склады имеют большое экономическое значение. Они избавляют купцов от необходимости самим устраивать помещения для складов. Пользование товарными складами обходится дешевле устройства своих. Товарные склады снабжены приспособлениями, на которые не может рассчитывать частное помещение. Продажа и покупка товара, находящегося в складе, производятся, при оптовых сделках, без всякого перемещения. Вспомогательные операции складов, благодаря техническим усовершенствованиям, способствуют улучшению качеств товара. Наибольшего значения достигают товарные склады в деле торгового кредита. Доверие, которым пользуются такие учреждения, как товарные склады, побуждает как частных лиц, так и банки, оказывать охотно кредит обладателю находящихся в складе товаров. Выдаваемые складами документы, приспособленные намеренно к кредиту, снабженные вексельной силой, имеют значительное обращение в районе склада.

III. Подобно железным дорогам, товарные склады при совершении договора стеснены в свободе соглашения. Они обязаны принимать товары для хранения от всякого желающего поместить их (ст.775). Закон открывает им возможность отклонить прием только в случае переполнения склада. Такая же возможность должна быть дана и в тех случаях, когда складчик требует особых условий или когда товары нуждаются в таких приспособлениях для хранения, которых склад не имеет и иметь не обязан. Особенного внимания заслуживает форма договора. Товарные склады выдают в приеме товаров на хранение свидетельства простые и двойные. 1) Простое складочное свидетельство может быть составлено именное или на предъявителя (ст.807). 2) Двойное свидетельство состоит из двух частей, которые могут быть отделены одна от другой: a) складочного свидетельства, выражающего право собственности на сложенный в складе товар и b) закладного свидетельства (варрант), удостоверяющего за обладателем его закладное право на тот же товар (стт.787 и 791). Двойное свидетельство может быть только именным (ст.788, п.3). Каждая часть двойного свидетельства должна быть подписана заведующим складом,

По закону 17 июня 1910 года могут быть учреждаемы товарные склады, принимающие на хранение товары без выдачи складочного и закладного свидетельств. Принятие товара в складочное помещение удостоверяется квитанцией, которая должна иметь содержание, установленное законом для складочного свидетельства (по прод. 1912, Уст. Торг. ст.767, прим., прил. ст.1).

Товар может быть сдан товарному складу на хранение или на срок или бессрочно (ст.782).

Момент совершения договора поклажи может считаться не со времени соглашения, а с момента принятия, что именно и удостоверяется выдачей документов.

IV. Права складчика в отношении сданного на хранение товара сводятся к следующему.

1. Складчик, желающий разделить незаложенный товар на несколько партий, вправе требовать, чтобы товарный склад выдал ему, в обмен на первоначальные свидетельства, новые свидетельства на каждую партию отдельно (ст.792).

2. Складчик имеет право осматривать свои товары (ст.793), а когда его товары подвергнуты обезличению, то образцов (ст.818).

3. Складчик имеет право отчуждать принадлежащий ему товар. Для этого он должен совершить на складочном свидетельстве передаточную надпись, именную или бланковую, придерживаясь в отношении формы надписи правил, установленные для передачи векселей (ст.789).

4. Складчик имеет право заложить сложенный им в склад товар. a) Если он обладает двойным свидетельством, то складчик делает надпись на закладном документе, в которой означает имя кредитора и которая должна быть дословно повторена на складочном документе с нотариальным засвидетельствованием или внесением в реестр склада (ст.790), затем отрывает закладной документ от складочного и передает его кредитору. Установление залога не мешает складчику продать товар с передачей складочного документа, на котором приобретатель усмотрит обременение товара залогом. Он может также взять товар из склада во всякое время, оплатив предварительно обеспеченный залогом долг или держателю закладного документа или товарному складу (стт.791 и 797). b) Когда складчик обладает простым свидетельством, то надпись и вручение совершаются в отношении этого одного документа (ст.808), если он именной.

V. Права залогодержателя заключаются в следующем:

1. Как и вкладчик, залогодержатель вправе осматривать товар, обеспечивающий его требование (стт.793, 818).

2. Залогодержатель имеет вещное право на сложенный в складе товар, из ценности которого он и получает удовлетворение, если в срок не последует платеж. По истечении 8 дней со дня наступления срока залогодержатель вправе представить закладное свидетельство в управление склада с требованием продажи товара на удовлетворение долга (ст.799, ср. ст.809). Продажа производится управлением склада через биржевого маклера на бирже или с публичного торга, как захочет залогодержатель (ст.801). Из вырученной от продажи суммы удовлетворяется залогодержатель, а остаток сохраняется в пользу складчика (ст.802). Если через продажу товара не будет выручена вся сумма долга, то в недостающем залогодержатель сохраняет право личного требования к складчику (ст.804).

3. Залогодержатель может передать свое право требования вместе с вещным обеспечением другому лицу, посредством передачи по надписи, именной или бланковой, закладного свидетельства (стт.789 и 809). Между надписателями устанавливается солидарная ответственность. Если последний обладатель документа не получит в срок удовлетворения, то он совершает удостоверение этого обстоятельства путем протеста, обеспечивающего ему обратное требование к надписателям (ст.799). Если через продажу товара, когда она была потребована в течение 30 дней от просрочки, не будет выручена вся сумма долга, то обладатель опротестованного закладного свидетельства имеет право регресса в недовырученной сумме к любому из надписателей (ст.804).

VI. На сложенный товар имеются и права товарного склада.

1. Товарный склад имеет право на вознаграждение за хранение и другие операции по тарифу, который публикуется, смотря по месту нахождения склада, в столичных, губернских или местных ведомостях (ст.777). Право на плату за хранение и другие операции, произведенные по поручению товарохозяина, обеспечивается ценностью товара, находящегося в складе, на которую склад имеет преимущественное право (ст.784). Когда по требованию залогодержателя товар будет продан, то прежде всего из вырученной суммы удовлетворяются претензии склада (ст.802). Когда товар, отданный на срочное хранение, не будет в срок взят обратно, а отданный на бессрочное хранение — в течение 6 месяцев со дня сдачи, то склад по истечении 8 дней может распорядиться продажей товара, всего или части, для получения платы, причитающейся складу (ст.789).

Закон говорит о тарифах, определяющих вознаграждение за услуги товарных складов. Но размер этого вознаграждения определяется самими товарными складами, публикуется во всеобщее сведение и лишь сообщается министру торговли и промышленности. Сходство с железнодорожными тарифами довольно незначительное.

VII. Ответственность товарных складов за утрату и повреждение принятого на хранение товара имеет сходство с железнодорожной ответственностью. Товарный склад отвечает за сложенную у него партию товара, независимо от своей вины, если не докажет, что утрата и повреждение произошли: a) по причине недостатков в упаковке, которые не могли быть замечены по наружному виду при приеме товара; b) от свойств самого товара, если естественная убыль его, вследствие усушки или утечки, не превышает нормы; c) от непреодолимой силы, действие которой не могло быть предотвращено средствами склада (ст.779). За повреждение или утрату товара, принятого на хранение с обезличением, склады отвечают безусловно, каковы бы ни были причины несчастия (ст.817). Всякие предварительные соглашения, направленные к устранению или ослаблению ответственности товарного склада, признаются недействительными (ст.781).

Совершенно невозможно объяснить ту суровую ответственность, какую возлагает закон на склады за обезличенный товар. Если закон, основываясь на том, что склад обязан выдавать не тот самый товар, который был принят на хранение, а товар того же сорта, видит в сделке не поклажу, а заем, то этому противоречит квалификация сделки, как принятия на хранение. Если же это принятие на хранение «чужого» товара, то как же может отвечать склад за вред, причиненный действием непреодолимой силы?

§ 50. Биржевые сделки

Литература: Vander Borghht, Торговля и биржевая политика, 1905, стр.249-334; Нисселович, О биржах, 1879; Тигранов, Биржа, биржевая спекуляция и положительные законодательства, 1879; Бржеский, Биржа и биржевые посредники в Западной Европе («Счетоводство», 1888); Студентский, Биржа, спекуляция и игра, 1892; Судейкин, Биржа и биржевые спекуляции, 1892; Монигетти, Современная биржа, 1896; Невзоров, Русские биржи, 4 части, 1896-1900; Дмитриев, Биржа, биржевые посредники и биржевые операции, 1863; Малышев, О биржевых фондовых сделках («Ж. Гр. и Торг. Пр.» 1871, N 3); Гаттенберг, Законодательство и биржевая спекуляция (Прот. Харьк. унив. 1872, N 5); Радлов, Сделки на разность («Ж. Гр. и Уг. пр.» 1885, N 1); Туткевич, К вопросу о применении п.2, ст.2167, т.X, ч.I. 1888; Познер, Спекуляция и биржевая реформа («Рус. экон. обозр.» 1898, N 3); Цитович, Учебник торгового права, стр.239 — 255; Волков, Биржа (Словарь юрид. и Госуд. наук); Васильев, Биржевая спекуляция, 1912; [Штиллих, Биржа и ее деятельность, 1912; Филиппов, Биржа 1912; Лунский, Биржевые вычисления, 1913; Данилова, Отношение русского законодательства к срочным сделкам с ценными бумагами (Вест. Права,1914 г. NN 44 — 45).

I. Под именем биржи понимается правильное и постоянное собрание торговых деятелей в определенном месте для заключения торговых сделок, по которым исполнение предполагается в другом месте.

Таково именно значение этого слова в выражении «биржа многолюдна». Но тем же словом обозначают место, где происходят собрания (напр. «Московская биржа») и совокупность сделок, заключаемых в этом месте — в выражении «биржа тиха». Биржа как ярмарка и базар, имеет своей задачей сближение спроса и предложения. Но на базаре происходит сближение торговцев с потребителями, на бирже потребителям нет места. На ярмарке сделки не только заключаются, но и исполняются, на бирже только заключаются, а исполнение происходит вне биржи. Нельзя не обратить внимания на то, что значение бирж возрастает по мере того, как падает роль ярмарок и базаров. Это объясняется тем, что и ярмарки и базары дают периодическую встречу спроса с предложением, а современные условия требуют постоянного соприкосновения их, и этому отвечают для оптовой торговли биржи, для розничной — увеличение и размещение магазинов.

По предмету операций можно различать: a) товарные биржи, имеющие дело с товарной торговлей, и b) фондовые биржи, на которых производятся операции с ценными бумагами. В свою очередь и товарные биржи специализируются, напр., хлебные биржи.

В С.-Петербурге в1896 г. учреждена Калашниковская хлебная биржа, а в1900 г. фондовый отдел при С.-Петербургской бирже. В 1907 году учреждена в Петербурге биржа для фруктовой и яичной торговли. В большинстве русских бирж нет никакой специализации. [Общие и специальные биржи учреждены были по 1913 год в 81 городе Рос. Империи].

Хотя еще Петр Великий указывал на значение для купечества бирж, но возникновение их в России относится только в XIX веку, особенно ко второй его половине. И до сих пор русское законодательство не выработало общих норм, определяющих устройство и деятельность бирж. До сих пор имеются только местные уставы и правила (Уст. Торг., ст.657). В России биржам предоставлена некоторая автономия, если не считать фондового отдела С.-Петербургской биржи, который поставлен в значительную подчиненность от министерства финансов.

Типичными противоположностями в этом последнем отношении являются с одной стороны Лондонская биржа, основанная на началах полного самоуправления, а с другой — Парижская биржа, находящаяся в заведывании администрации.

Биржевое общество представляет собой всю совокупность постоянных посетителей биржи. Под именем постоянного посетителя понимается лицо, которое является на биржу для совершения торговых дел или биржевых сделок и делает известный взнос. На больших биржах биржевое общество образуется выбором некоторого числа посетителей (собрание гласных). Биржевым обществам предоставляется: постановлять приговоры о всем, что касается устройства и порядка биржевых собраний, удобства и правильности биржевых сделок, назначение часа открытия и закрытия биржи, назначение штрафа за несвоевременное нахождение на бирже (Уст. Торг. стт.658 и 659). Непосредственное заведывание делами биржи находится в руках биржевого комитета. На комитете лежит обязанность: 1) по наблюдению за порядком на бирже, 2) по составлению таблиц товарных цен и курса, вексельного и ценных бумаг, 3) по производству испытания желающим занять должность маклера, 4) по доставлению правительству сведений и заключений о делах, касающихся торговли.

До сих пор наши биржи пользуются привилегией: купец, находящийся на бирже во время собрания, не может быть взят под стражу, за исключением случая уголовного преступления, и не обязан являться по требованию судебных мест (Уст. Торг. ст.663).

II. При биржах состоит ряд установлений, содействующих основной цели биржевых собраний и операций.

1. Для посредничества при заключении биржевых сделок существуют биржевые маклеры.

2. Для совершения и засвидетельствования актов, для протеста векселей, при биржах состоят биржевые нотариусы.

3. Для продажи с аукциона товаров, по приговору суда или по желанию самих хозяев, при некоторых биржах имеются биржевые аукционисты.

4. Для отбора товара, отправляемого за границу, по желанию самого хозяина, эту техническую операцию выполняют присяжные браковщики.

5. Под надзор биржевого комитета поставлены биржевые артели, которые имеют целью производство, личным трудом участников, за общий их счет и с круговой их порукой, работ по уходу за товарами в местах их привоза, отпуска и хранения, а также отправление конторских служб и должностей и исполнение торговых поручений, учреждений и частных лиц.

6. В целях разрешения споров и недоразумений, возбуждаемых при исполнении биржевых сделок, особенно по вопросу о роде и качестве товаров, при биржах в последнее время учреждаются арбитражные комиссии. Такие комиссии организованы при Калашниковской хлебной бирже в Петрограде, а также при Московской и Одесской биржах. Арбитражная комиссия рассматривает споры и недоразумения, возникающие по торговым сделкам. Комиссия разбирает споры по существу дела, решения ее считаются окончательными и обжалованию не подлежат, если обе стороны предварительно изъявили на то свое согласие.

III. Чтобы ценная бумага могла стать объектом биржевой сделки, необходимо, чтобы она была допущена на биржу. Официальное допущение ценной бумаги к биржевым сделкам и к определению ее биржевого курса, называется биржевой котировкой. Ее необходимость вызывается все большей массой акций, облигаций и т.п. , выбрасываемых на рынок, среди которых публике трудно разобраться, и многие из которых лишь напрасно обременяют рынок.

На фондовом отделе Петроградской биржи допущение бумаг к котировке зависит от совета фондового отдела, который удовлетворяет ходатайства правлений обществ, если только общая сумма предлагаемой к котировке ценной бумаги не ниже 500 тысяч рублей и если бумага оплачена полностью,

С выпуском бумаг на Петроградскую биржу соединяется ответственность лиц вводящих на обращение на ней ценных бумаг (Уст. Торг., ст.657, прил. к прим. 1 по прод. 1912). Эти лица несут ответственность за убытки, обусловленные неверностью представленных при выпуске бумаги данных, необходимых для надлежащей оценки бумаги и финансового положения установления, выпустившего ценную бумагу. Ответственность определяется в размере разницы между ценой, уплаченной приобретателем ценной бумаги, и курсом, по которому бумага была затем продана или могла быть продана согласно последней до предъявления иска биржевой отметки. Этот иск погашается 3-летней давностью.

IV. Биржа, являясь сосредоточением спроса и предложения, представляет место совершения различных сделок. Однако нужно помнить, что на бирже сделки только заключаются, но никогда не исполняются: на бирже нет ни товара, ни денег. Кассовые сделки или сделки на наличные совершаются с целью действительно приобрести те товары или ценные бумаги, которые предлагаются здесь в огромном количестве. Это сделки с немедленным исполнением, хотя немедленность имеет здесь условное значение. Исполнение по такой сделке должно последовать, смотря по правилам биржи, в несколько дней по заключении. С точки зрения своей юридической природы такие сделки представляют собой договоры купли-продажи.

Следует, однако, иметь в виду, что кассовые сделки производятся по преимуществу на товарных биржах. Ценные же бумаги приобретаются, с целью твердого помещения капитала не на фондовой бирже, а в банкирских конторах, и не в массе, а в розницу.

V. Кассовым сделкам противополагаются срочные сделки, которые, по своей юридической природе, представляют поставки. Сроки исполнения не избираются произвольно, а подгоняются к последнему числу месяца (сделки per ultimo) или же к середине месяца (сделки per medio), смотря по правилам биржи. Установленность сроков по биржевым фондовым поставкам находит себе объяснение в стремлении избегнуть постоянного напряжения биржи, способного смущать расчеты. Исполнение сделок в установленные сроки называется ликвидацией. При срочной сделке одна сторона рассчитывает на повышение цен (a la hausse), другая — на понижение (a la laisse). Сторона обязавшаяся поставить, рассчитывает, что к моменту исполнения ей удастся добыть бумаги дешевле, нежели она обязалась продать, другая сторона рассчитывает, что в день исполнения цена бумаг будет выше, нежели та, по которой она обязалась принять. Обе стороны видят свою выгоду в разности, какая окажется в день исполнения между ценой условленной и действительной. Неудивительно, что исполнение сделки может произойти путем передачи одной этой разности.

Для срочных сделок главным объектом являются ценные бумаги. Товары мало пригодны для таких операций, хотя, несомненно, срочные сделки совершаются и с этим объектом. Из ценных бумаг особенно пригодны те, который способны к сильным колебаниям. Таковы акции, напр., у нас знаменитые «брянские» акции (брянского рельсо-прокатного металлургического завода), которые, при номинальной цене в 100 р., стоили в1898 г. — 481 р., в1903 г. — 119, или акции вагоностроительного завода «Феникс», которые в1897 г. стоили 603 р., а в 1901 — 45 p., при номинальной цене в 250 р. Государственные бумаги, как, напр., государственная 4% рента, менее приспособлены к биржевым операциям.

VI. Дальнейшим развитием срочных сделок являются сделки на разность. Если при срочных сделках исполнение производится нередко уплатой разности, то при сделках на разность стороны уже в момент заключения сделки имеют в виду разность между ценой условленной и курсовой. По своей природе такие сделки ничто иное, как пари, которое выигрывается теми, кто лучше осведомлен насчет положения рынка и обстоятельств, способных оказать на него влияние. При срочной сделке стороны имеют в виду в момент заключения сделки передать и принять ценные бумаги, хотя исполнение может выразиться в платеже и получении разности в цене. При сделке на разность стороны имеют в виду в момент заключения сделки не передачу и прием ценных бумаг, а только платеж и получение разности в цене. Провести, однако, границу между сделками срочными и на разность так же трудно, как проникнуть в истинные измерения сторон.

Так как ценные бумаги имеют только меновую ценность, то для имеющего право получить известное число бумаг безразлично получит ли он эти бумаги по условной цене и сейчас же продаст с барышом или же получит только этот барыш. Отсюда, незаметный переход от срочной сделки к сделке на разность. Последняя представляет то преимущество для малосостоятельного что она требует меньше капитала. Чтобы купить 100 акций по 280 р., нужно иметь наготове 28.000 р., а чтобы сыграть на разность достаточно иметь несколько тысяч для покрытия разницы в десятках рублей по каждой акции. Это влечет к бирже массу лиц, совершенно незнакомых с условиями рынка и потому всегда почти страдающих и наказанных за свою жажду быстрой наживы без всякого труда. Поэтому законодательства, относились сначала отрицательно к сделкам на разность, лишая их защиты так же, как и пари, и игру. В последнее время, однако, законодательства, под предлогом невозможности отличить сделку на разность от настоящей срочной сделки, отказываются от борьбы с биржевой спекуляцией и признают юридическую силу сделок на разность, Так именно отнеслись к вопросу австрийский закон 1875, французский закон 1885 и германский закон 1896. В России до1893 г. действовал п.2 ст.2167 т.X ч.1, который преграждал возможность срочной сделки, имеющей своим предметом акции. В этом году состоялась отмена этого постановления и введением нового ограничения для золотой валюты (т.X ч.1 ст.1401.1) снято прежнее запрещение. Однако, воспрещение совершать сделки по покупке и продаже на срок золотой валюты, тратт и тому подобных ценностей, писанных на золотую валюту (Улож, Наказ. ст.1174.5), получило, с момента перехода России к золотой валюте, совершенно неопределенный смысл.

VII. Усложнением срочных сделок, а иногда и сделок на разность, являются сделки с премией, которые имеют своей целью ограничить риск спекуляция для одной стороны, приобретающей это обеспечение за уплату премии. В противоположность сделкам с премиями, срочные сделки без премий получают название «твердых». Виды сделок с премией довольно различны по разным биржам.

1. Простая сделка с премией дает уплачивающему премию право к ликвидационному сроку или: a) потребовать от противной стороны исполнения по сделке или b) отступиться от сделки. Премия уплачивается или при заключении сделки или в день, назначенный для исполнения.

2. По сделке, называемой стеллаж, уплачивающий премию приобретает право, но в то же время и обязывается в определенный срок сдать бумаги в качестве продавца по условленной низшей цене, или же принять по условленной высшей цене, те же бумаги в качестве покупщика. В этой сделке расчеты одного из контрагентов, уплачивающего премию, строятся на ожидании сильного колебания курса в ту или другую сторону; второй контрагент, получающий премию, наоборот, все свои надежды возлагает на устойчивость курса.

3. Сделкой, называемой обоюдоострая сделка, уплачивающий безусловно премию приобретает право: a) поставить к сроку определенное число акций по высшей условленной цене, или b) потребовать к сроку определенное число акций по низшей условленной цене, или c) совсем отступиться от исполнения. В противоположность стеллажу, здесь премия уплачивается за возможное отступление от одного из двух действий, а не за самое право выбора. Это в сущности сочетание стеллажа и простой сделки с премией.

4. Сделка по востребованию состоит в том, что уплачивающий премию приобретает право требовать принятия другой стороной (или передачи, смотря по условию) в любой день до ликвидационного срока. Сделка исполняется не в тот день, когда заявлено было требование, но в ликвидационный срок по курсу дня заявления, расчет уплатившего заключается в том, чтобы выбрать день, когда благоприятный курс стоит на зените.

5. Сделка кратная дает уплатившему премию право к определенному сроку потребовать от другой стороны принятия (или передачи, смотря по условию) верх определенного твердо числа бумаг, еще некоторого количества, стоящего в кратном отношении к первому, вдвое, втрое, впятеро, по той же цене.

VIII. Указанные различные виды биржевых сделок все более утрачивают свое значение по мере того, как на бирже основную роль начинает играть масса бумаг. Зато все более выдвигается репорт. Репортом называется операция, когда одно лицо покупает на наличные известное количество ценных бумаг и одновременно продает те же бумаги тому же лицу по повышенной цене, на срок, обыкновенно непродолжительный. Тот, кто покупает, называется репортером, а продающий становится репортированным (reporte). Разница в цене составляет вознаграждение за пользование чужим капиталом. Функция, выполняемая репортом, двоякого рода.

1. Репорт является средством продлить биржевую спекуляцию, не оправдавшуюся в ближайший срок, но в верности которой спекулирующий уверен. С точки зрения такой цели репорта, последний носит название пролонгационной сделки.

2. Репорта представляет отличное средство помещения капитала на короткий срок, если этот капитал временно не находит прочего помещения. Выгода репорта для репортера очевидна: a) капитал не остается не использованным, b) краткосрочность сделки не связывает свободы действий капиталиста, c) полученные в руки бумаги служат верным обеспечением.

Со стороны результата получается впечатление как бы займа под залог. Но это только видимость, хотя ей поддаются и юристы, как, напр., Гольмстен, Очерки, стр. 111; в действительности здесь две сделки (Цитович, Учебник, стр.254), Залога нет, потому что нет никакого вещного права и объектом второй сделки при исполнении могут оказаться не те же самые вещи, что в первой. Сущность репорта, с юридической стороны, состоит в неразрывности обоих моментов сделки, покупки на наличные и продажи в кредит.

§ 51. Банковские сделки

Литература: Кауфман, Теория и практика банкового дела, 1873 — 1877; Ходский, Политическая экономия стр.236 — 297; Бишов, Краткий обзор истории и теории банков, 1887; Судейкин, Операции Государственного Банка, 1888, Дитович, Учебники торгового права, стр.256 — 291; Евзлин, Банки и банкирские конторы в России, 1904; Фиске, Современные банки, 1910; Утевский, Оздоровление онкольных операций (Вест. Пр. и Нот. 1912 N 44) Лупандин, Городские общественные банки (Вопросы Права, 1912, N 4), Каценеленбаум Коммерческие банки и их торгово-комиссионные операции, 1912; Эпштейн, Эмиссионные и кредитные банки, 1913; Данилов, Юридическая природа операции специального текущего счета.

I. Банки составляют предприятия, имеющие своей задачей посредничество в кредите. Их основной промысел состоит в отдаче в заем под проценты капитала, также занятого возмездно от лиц, располагающих свободными средствами. К этому присоединяется много и других операций, связанных с денежным и кредитным обращением. Эти кредитные предприятия образуют различные виды: 1) По субъекту предприятия различаются банки: a) государственные, b) общественные, c) частные. 2) По организации субъекта частные банкирские предприятия разделяются на a) банки, если кредитное учреждение организовано на акционерных началах и имеет утвержденный устав (т.XI ч.2, Уст. Кред., разд. X, ст.11) и b) банкирские конторы, принадлежащие единоличным предпринимателям и товариществам, простому или на вере (банкирский дом); банкирские заведения последнего рода подвергаются особому надзору со стороны министра финансов и некоторым ограничениям (Уст. Кред., разд. X. стт.174 — 177). 3) С точки зрения назначения, оказываемого кредита различаются: a) ипотечные и мелиоративные банки, оказывающие кредит собственникам недвижимостей, b) торгово-промышленные банки, оказывающее кредит торговым и промышленным предприятиям. 4) По сроку, на который оказывается кредит, различают: a) банки долгосрочного кредита, продолжительность которого обусловливается долгим периодом сельскохозяйственного оборота, и b) банки краткосрочного кредита, рассчитанного на быстрые обороты торговой промышленности.

Первым частным банком у нас явился в1864 г. С.-Петербургский частный коммерческий банк. В1872 г. издается уже закон о порядке учреждения и главных основаниях таких предприятий, а в1888 г. закон о порядке прекращения их действий.

II. Те сделки банка, в которых банк выступает в качестве должника, называются пассивными операциями.

1. На первом месте по значению стоит прием вкладов. Вклады разделяются на: a) вечные, b) срочные и c) бессрочные. Первые из них представляют, с юридической точки зрения, передачу известной суммы денег в собственность банка, с обязанностью последнего уплачивать передавшему проценты пожизненно (физическому лицу), или постоянно (юридическому лицу). Вклады второго и третьего рода, по своей юридической природе, представляют договор займа, основанный на личном кредите, каким пользуется банк в глазах общества. Вклады третьего рода принимают иногда вид вкладов на текущий счет или пассивного текущего счета, который также представляет собой заем со стороны банка у вкладчика. Юридической особенностью этого займа является то, что кредитор (вкладчик) вправе требовать данную им сумму не единовременно, а по частям, в каком угодно размере и в какое угодно время. Срочные вклады всегда процентные. Бессрочные вклады в настоящее время стремятся заменить процентность займа услугами со стороны банка, как, напр., производство платежей по чекам вкладчика. Вклады по востребованию, не отличаясь от бессрочных по юридической природе, отличаются с точки зрения банковой техники: обязанность платить не тотчас, а через несколько дней, дает банку возможность не держать наготове сумм, отказ в которых мог бы нарушить доверие к банку. Особую категорию составляют вклады на хранение, которые но своей юридической природе представляют договор поклажи ценных бумаг за вознаграждение банку.

2. Необходимые банку средства могут быть приобретены путем займа под залог принадлежащих банку ценностей, чаще всего ценных бумаг, а также складочных свидетельств.

3. Увеличение оборотного капитала достигается выпуском банковых билетов, по которым банк обязывается уплатить известную сумму денег предъявителю и по предъявлению.

В виду опасности, соединенной с этой эмиссионной операцией, она не дозволена нашим коммерческим банкам.

III. Большим разнообразием отличаются активные операции банка, в которых банк выступает в качестве кредитора.

1. Учет векселей заключается в том, что за переданный ему вексель банк уплачивает вексельную сумму с учетом за досрочное удовлетворение. Лицо, учитывающее вексель, называется дисконтантом. Учетный процент носит название дисконта, величина которого подвергается колебаниям вследствие различных обстоятельств, в особенности от прилива и отлива капиталов в банки. Поэтому в банках существуют учетные комитеты, периодически определяющие высоту дисконта для своего банка. Принимая вексель к учету, банк руководится доверием к вексельному должнику. Чем больше число лиц, обязанных по векселю, тем сильнее обосновано доверие банка. Сдерживая доверчивость банков, законодательство вмешивается в их практику и обязывает их принимать к учету векселя, имеющие не менее определенного числа вексельных должников. По нашему законодательству, в частных кредитных установлениях не допускается вовсе учет векселей с одной подписью, так называемых соло-векселей (т.ХI, ч.2, Уст. Кред., разд., X, ст.8). Закон требует, чтобы принимаемый к учету вексель имел, по крайней мере, две подписи (т.XI, ч.2, Уст. Кред., разд. X, ст.8, разд. XI, ст.62). Акцептованный переводный вексель не нуждается в посторонних участниках, потому что имеет две подписи: трассанта и акцента. Простой же вексель, имеющий только подпись векселедателя, требует, чтобы еще кто-нибудь поставил на нем свою подпись. Частные банки, как и Государственный, принимают к учету только те векселя, которые основаны на торговых сделках. Коммерческие банки не учитывают векселей, срок платежа по которым отстоит далеко от времени учета; у нас этот срок большей частью не превышает 9 месяцев для частных банков, а для государственного банка 6 месяцев. На Западе этот срок короче, обыкновенно не свыше 3 месяцев. Учетной операции, кроме векселей, подлежат и другие бумаги, напр., варранты, заемные письма.

2. Под именем ломбардной операции принимается отдача денег под залог движимости. Прежде в залог принимались только драгоценные вещи, потом слитки металла, ценные бумаги, а с устройством товарных складов и товары.

3. Важное значение в настоящее время приобретает специальный текущий счет, известный также под именем онкольной (on call) операции. Под обеспечение принятых ценных бумаг банк открывает собственнику их кредит, которым тот пользуется по мере надобности, в определенных пределах, с уплатой процентов лишь с действительно взятых сумм и со времени их взятия из банка. Текущая сумма долга, текущая ценность обеспечения долга и возможность прекращения отношения расчетом во всякое время по требованию того или другого контрагента — таковы характерные признаки специального текущего счета. В случае невозвращения взятых сумм банк сам продает или оставляет за собой ценные бумаги по ближайшему биржевому курсу.

В виду сомнений, возбужденных практикой банков, которые не признавали себя обязанными продавать немедленно находящиеся у них процентные бумаги по онкольному счету, Сенат разъяснил, что при неисполнении должником требования, вызванного понижением цен на бумаги, представленные им в обеспечение данной ему в заем суммы, и предъявленного ему кредитным установлением — немедленно уплатить долг или представить дополнительное обеспечение, кредитное установление обязано немедленно, т.е. в первый биржевой день, по истечении назначенного должнику срока, продать те бумаги или оставить их за собой по существующей в то время биржевой цене, если только оно не докажет, что оно не могло исполнить свою обязанность без ущерба для интересов обеих сторон (реш. кас. деп.1910 N 38)

IV. Помимо указанных операций, банк нередко принимает на себя оказание услуг, конечно за вознаграждение.

1. Банки принимают комиссионные поручения по покупке и продаже ценных бумаг, по оплате денежных документов, по взысканию по векселям (инкассо), по переводу денег из одного места в другое,

2. Банки принимают на себя реализацию займов государственных, общественных и частных (напр., облигаций акционерных товариществ). Содействие банков в этом деле обусловливается ближайшим соприкосновением их к кругу лиц, предъявляющих спрос на ценные бумаги.

3. Банки принимают участие в учредительстве новых, по преимуществу акционерных предприятий. Создавая новое крупное предприятие, банк приобретает в то же время и значительного клиента, не говоря уже о том, что банк может не мало заработать на выпускаемых от его имени акциях, если сумеет предварительно поднять их цену выше номинальной.

§ 52. Чеки

Литература: Берштейн, К вопросу о чеках («Ж. Спб. Юр. Общ.» 1895, XI); Катков, О чеках («Ж. Спб. Юр. Общ.» 1896, N 1), Студентский, О чеках («Ж. М. Ю.» 1898, NN 8 и 9); Каминка; Чек (Право, 1907, NN 40 и 41), он же, Германский закон о чеках, (Право, 1909, N 8); Антошин, Об уплате по поддельному чеку (Право, 1908, N 27); Обст, Чеки и чековое обращение, 1911. [Духан, Ответственность банка за случайную уплату по поддельному чеку (Право, 1913 N 38)].

I. Чек есть основное на договоре письменное поручение банку об уплате известной суммы денег предъявителю документа.

Чек развивался на почве пассивного текущего счета. Родиной чеков являются Бельгия и Голландия, страной наибольшего их развития Англия. Некоторые законодательства дают постановления о чеках, как, напр., французский закон1865 г., австрийский закон 3 апреля1906 г., германский закон 11 марта1908 г., но во многих странах чековое обращение пока не нормируется законом. В настоящее время намечается тенденция к международному объединению чекового законодательства и Голландия взяла на себя инициативу в этой работе. В России чеки остаются вне законодательного определения. [В проекте Гражд. Уложения, в кн. V, чекам уже отводится место (633-663), и предусматривается соответствие норм с возможным проектом международного объединения чекового права].

а. Чек есть поручение, даваемое банку его клиентом.

С первого взгляда обнаруживается сходство с переводным векселем. Но различие между ними довольно значительно: 1) вексель не может быть выдан на предъявителя, чек почти всегда на предъявителя; 2) вексель связывает своих надписателей собой солидарной ответственностью, совершенно чуждой чеку; 3) вексель, как орудие кредита, выдается на продолжительный срок не меньше месяца, чек, как исключительно орудие платежа выдается сроком на несколько дней; 4) вексель имеет широкое обращение, тогда как чек вращается только вблизи своего банка; 5) векселедатель отвечает по векселю, чекодатель по чеку не отвечает.

b. Чек основан на договоре. Без предварительного соглашения банк не может быть обязан исполнять предложения своего клиента. Такой самостоятельный (чековой) договор вытекает из обстановки дела, а чаще всего из выдачи банком клиенту чековой книжки с бланками чеков.

На этом договоре именно и основывается обязанность банка оплачивать чеки, а не на том обстоятельстве, что в банке есть вклад лица, выдающего чеки. Банк может быть должен, но своего долга он не обязан, без особого соглашения, погашать чеками. И, наоборот, банк может не иметь вклада клиента и тем не менее согласиться оплачивать его чеки в пределах открытого ему кредита (напр., по on-call-ной сделке).

с. Приказ имеет всегда письменную форму. Чек должен содержать указание на время выдачи, означение суммы, подпись выдавшего чек. Остальное находит себе место на бланках, заготовляемых банком. Чеки почти всегда выдаются на предъявителя, но ничто не мешает указать имя лица, имеющего получить по чеку.

b. Чековой договор может возникнуть между какими угодно лицами. Но в действительности такие обязательства принимает на себя только банк, потому что чековая операция требует особой техники, доступной только банку.

II. В настоящее время чеки приобрели огромное экономическое значение. Чеки восполняют денежное обращение. Количество требуемых денег уменьшается благодаря тому, что чеки покрывают много сделок, которые иначе потребовали бы массы денежных знаков. С частной точки зрения возможность погашения своих долгов при помощи чеков имеет то удобство, что устраняет необходимость держать дома денежные суммы, избавляет от пересчитывания денег, пересылки, освобождает от соединенного с этим риска. Благодаря этому все свободные суммы бегут из домашних касс в банковые, создавая тем огромные капиталы, способные служить источником производительного кредита.

III. Выдача чека создает отношение между чекодателем и чекодержателем, принимающим чек в погашение своего права требования к первому. Чекодержатель не обязан был принимать такого способа исполнения, но если даже он согласился принять чек, все же от этого не произошло никакой новации, и его право требования по первоначальному основанию остается в силе. Поэтому, если банк оплатил чек, право требования прекращается, если же удовлетворение не последовало, то обратное требование чекодержателя будет основываться не на чеке, а на прежнем праве требования.

Чекодержатель может воспользоваться чеком посредством предъявления его банку или передачи его другому лицу, простым вручением, если чек на предъявителя, надписью, если он именной. Если чекодержатель вовсе не воспользовался чеком, он не теряет этим права требования, послужившего поводом к выдаче чека, но он может встретить со стороны чекодателя возражение, что вследствие непредъявления чека он лишил, самого чекодателя возможности получить эту сумму (напр., в случае краха банкирской конторы). С другой стороны, если чекодержатель не получил платежа по чеку по вине чекодателя, напр., в случае выдачи последним чека на сумму, превышающую его вклад или кредит, то он может искать с чекодателя понесенных от этого убытков, напр., когда он благодаря этому остался без денег.

Воронцов-Вельяминов выдал Гордзялковскому чек на банкирскую контору Рабиновича в Бобруйске. Вследствие прекращения платежей со стороны конторы чек остался неоплаченным. Гордзялковский предъявил обратное требование к Воронцову-Вельяминову, который отказался удовлетворить это требование. Сенат высказал, что обратное требование чекодержателя по чеку от чекодателя может возникнуть только тогда, когда он, потребовав в условленный срок деньги с указанного ему текущего счета, таковых не получил» (реш. кас. деп. 1900 N 71). Между тем в настоящем случае Гордзялковский мог представить только квитанцию бобруйского агентства Виленского коммерческого банка в принятии чека инкассо. Сенат упустил из виду, что, если право требования, послужившее поводом к выдаче чека, с выдачей чека не прекратилось, то чекодержатель не обязан удостоверять предъявления чека, потому что он вправе был и не предъявлять его. Воронцов-Вельяминов должен был доказывать, что Гордзялковский, не предъявив в срок чека, причинил ему убытки.

IV. Отношение между чекодателем и банком основывается на их соглашении. Банк обязывается оплачивать чеки, выданные согласно договорным условиям. Если в основании договора лежит вклад, то банк может поставить условием, чтобы общая стоимость чеков была всегда ниже вклада на некоторую сумму, напр., рублей на 25 — 50. В пределах договорной суммы клиент банка может выдавать чеки в любом размере, если опять-таки соглашением не обусловлены круглые суммы или с исключением копеек. Банк, не оплативший чека, согласно с договорными условиями, отвечает чекодателю за все причиненные этим убытки.

Будет ли в основании договора вклад или специальный текущий счет, чекодатель не имеет права собственности на ту сумму, которой располагает. Отсюда следует, что клиент банка ни в каком случае не может нести риска за те суммы, какие находятся у банка на вкладе, потому что право собственности на переданные деньги переходит к банку, а клиент имеет только личное требование.

Киевский купец Моисей Гальперин предъявил к Киевскому частному коммерческому банку в1888 г. иск в размере 850 p., каковая сумма была списана с его счета банком вследствие оплаты чека с подложной подписью, на украденном у него бланке. Все внимание и суда и судебной палаты было обращено на то, насколько подделка подписи заметна, а следовательно, есть ли со стороны агентов банка упущение. Признав, что подпись была подделана весьма искусно, так что эксперты с трудом отличали ее от настоящей, суд и палата нашли, что упущения со стороны банка не было, а потому похищенная путем подложного чека сумма составляет убыток Гальперина. С этим взглядом согласился и Сенат (реш. кас. деп.1892, N 114. ср. 1912, N 45, а также реш. суд. деп. 1911. N 1022, Право, 1911, N 20), который высказал положение юридически совершенно недопустимое, будто бы банк уплачивает деньги по чекам на том лишь основании, что деньги вкладчиков находятся у него на текущем счету, т.е., в сущности, «по поручению вкладчика распоряжается его деньгами», и что будто бы «кассир, распоряжаясь деньгами хозяина, не может быть привлечен к ответственности за понесенный сим последним случайно убыток, если только кассир исполнял свои обязанности без всякого упущения». Здесь с юридической точки зрения, все неверно. Хозяином денег, лежащих в кассе банка может быть признан только банк. Кассиром вкладчика банк может быть назван только с экономической стороны. В действительности весь вопрос был неправильно поставлен. Если поручение по подложному чеку есть «случайный убыток», как это и признал Сенат, то он должен пасть на собственника денег, т.е. на банк. Банк может искать вознаграждения за понесенный убыток с своего клиента, если докажет, что убыток этот был причинен виной клиента, напр.. небиржевым хранением чековой книжки. Против этого клиент может защищаться указанием на упущение агентов банка, принявших к оплате чека с подписью, явно несходной с тем образцом, который имеется у банка.

V. Наконец, выдача чека создает отношение между чекодержателем и банком. В сущности, это отношение не имеет юридического характера, потому что их не связывает ни договор, ни законное предписание.

Чекодержатель должен предъявить чек в течение того, весьма непродолжительного срока, какой указан в самом чеке. Просроченный чек не будет оплачен банком, который в этом случае руководствуется договором с чекодателем. При исчислении срока предъявления не следует принимать в счет день выдачи, потому что чек мог быть выдан и после того времени, в течение которого банк открыт. Так как чек оплачивается немедленно по его предъявлении, то он не нуждается в акцепте.

Банк может уклониться от платежа по различным соображениям: в виду нарушения чекодателем условий договора, превышения суммой чека суммы вклада, просрочки в предъявлении, сомнения в подлинности чека и т.п. Если отказ банка неоснователен, не согласен с договором, то он отвечает перед чекодателем за причиненные ему убытки. Но банк свободен от всякой ответственности перед чекодержателем, с которым не состоит в каком-либо юридическом отношении. Даже, наоборот, банк отвечает перед чекодателем, если, вопреки сообщенной отмене предложения, удовлетворит чекодержателя.

Некоторые стараются обосновать право чекодержателя требовать от банка платежа по чеку. альфа) Говорить, что выдача чека переносит с чекодателя на чекодержателя право собственности на означенную в нем и хранимую банком сумму денег. Но мы уже убедились, что сам чекодатель никакого права собственности на вклад не имеет, а потому не может и передать его другому, бета) Утверждают, что в выдаче чека следует видеть цессию прав, принадлежащих чекодателю по отношению к банку, конечно, в пределах означенной в чеке суммы. Но чекодатель не уступает своих прав, потому что он сохраняет за собой возможность осуществить это право выдачей новых чеков. Притом цедент не отвечают за осуществимость переданного права, между тем, и теория и практика признают, что чекодержатель, не получивший удовлетворения от банка, вправе обратиться с требованием платежа к чекодателю. Сенат высказался против допустимости непосредственного иска к банку со стороны чекодержателя (кас. реш. 1905, N 63).

§ 53. Договор текущего счета

Литература: Студентский, Текущий счет и контокоррент «Ж. М. Ю. 1896, NN 8 и 9); Цитович, Учебник торгового права, ст.281-300); Барац, Текущий счет и контокоррент с точки зрения практики и обычая. («Счетоводство» 1888, стр.115); Ананьин, Необходимы ли в гражданском уложении постановления о контокоррентном договоре («В. Пр.» 1900, N 3); Каминка, Контокоррентный счет (Право, 1908, N 17).

I. Договор текущего счета (контокоррентный) является соглашением двух лиц о взаимном открытии кредита по сделкам, заключаемым друг с другом в течение условленного времени.

До настоящего времени контокоррентный договор остается под действием обычного права. Только итал. торгов. кодекс1882 г. решился подвергнуть его законной регламентации, а герм. торг. уложение дало по его поводу несколько статей. В России законодательство не касается контокоррентного договора, зато судебной практике приходится нередко с ним встречаться. Взгляд судебной практики на сущность контокоррента дан в кас. реш. 1907, N 18.

а. Контокоррентные отношения основываются на договоре, Это не есть особая форма счетоводства, как думали прежде, а особый договор, который вызвал необходимость особого счетоводства.

b. Цель договора — открытие кредита, которое состоит в том, что суммы, следуемые от одного контрагента другому по взаимным сделкам, не уплачиваются немедленно, а остаются в распоряжении обязанной стороны. На такую сумму возникает немедленно долг, который теряет свое прежнее основание. Расчет по каждой сделке заменяется балансированием к установленному сроку взаимных долгов.

с. В основании текущего счета должно лежать начало взаимности, — открытие кредита должно быть обоюдно. Каждый из контрагентов отказывается от немедленного требования по каждой совершенной сделке до общего расчета при наступлении срока.

Наша практика также признает начало взаимности характерным признаком контокоррентного договора (реш. 4 деп.1898, N 210; Носенко, Устав торговый, к ст.606 § 1). По этому признаку отличается рассматриваемый договор от иных отношений, носящих в практике то же название: 1) от пассивного текущего счета по вкладам и 2) от активного текущего счета (on call), где кредит открыт только с одной стороны.

d. Кредит открывается по заключенным друг с другом сделкам. От соглашения сторон зависит условиться, какие сделки, совершенные между ними, должны входить в текущий счет. Предположение должно быть на стороне всех торговых сделок, но не гражданских, так как контокоррентный договор по преимуществу торговый.

Если спор возникает по поводу торговой сделки, то должно быть доказано намерение сторон исключить ее из контокоррентного отношения; если дело идет о гражданской сделке, то следует доказать намерение подчинить ее контокорренту.

е. Такое отношение не может продолжаться бесконечно, необходимо установить срок для производства расчета. Чаще всего текущий счет закрывается по истечении года, но бывает нередко и 6-тимесячный срок.

Если бы стороны не условились относительно срока, то он должен предполагаться согласным с предыдущим, а если контрагенты впервые вступают в подобное отношение — то с обычным в торговом быту.

II. Большое число судебных процессов из-за контокоррента, свидетельствует, что этот договор приобрел не малое экономическое значение. Это значение заключается в том, что 1) суммы, которые должны бы перейти к другому лицу, остаются в распоряжении должника и дают ему возможность пустить их снова в обращение, не опасаясь взысканий; 2) сохраняются непроизводительные расходы на пересылку денежных сумм, а если пересылка заменяется трассированием векселей, то избегается потеря времени на их поверку и устраняется необходимость держать наготове суммы для платежа.

III. Следствием контокоррента является начало нераздельности, в силу которого каждая сделка, заключенная сторонами, является лишь объяснением отдельных статей счета, выраженных в денежных суммах. Сами же статьи, основанные на сделках, впадают в общее течение счета и сливаются с ним в одну массу. Этот результат наступает по всем сделкам, насколько нет противоположного соглашения относительно той или другой заключенной сделки. Нельзя оспаривать права каждой стороны до заключения сделки заявить, что она не согласна включить эту сделку в текущий счет, потому что контокоррентный договор не обязывает контрагентов заключать все необходимые им по торговле сделки непременно друг с другом.

С юридической стороны нераздельность счета объясняется новацией. Каждая сделка теряет свою индивидуальность, обезличивается, превращаясь в статью счета, выраженную цифрой. С новацией соединяется ряд последствий: 1) если обязательство, входя в текущий счет, теряет свою прежнюю юридическую природу, то присоединенные к нему обеспечения, неустойка, поручительство, отрываются от него и теряют силу; 2) если по какому-либо обязательству истекает давность ранее закрытия счета, то течение срока приостанавливается в виду обновления; 3) если включаемое обязательство гражданского характера, то в текущем счете оно заражается общим торговым духом; 4) если обязательство обновилось, то до заключения счета не может быть иска, на нем основанного.

IV. Если желание упростить отношения побуждает отказаться от немедленного требования, то опасение чрезмерно усложнить эти отношения вызывает периодический расчет. Необходимость такого расчета вызывается: 1) наступлением условленного срока, 2) смертью одного из контрагентов, 3) несостоятельностью одного из них.

Расчет совершается составлением счета одной стороной и отправлением его другой. Однако, такое одностороннее действие не обязательно для другого контрагента, оно имеет значение признания со стороны того, кто его составил. Другой контрагент может или принять или оспорить представленный ему счет.

Эстляндский купец Франц Зиберт и тульский купец Эмилий Вернекинг состояли в контокоррентном отношении с 1862 по1865 г. В феврале этого последнего года Зиберт, для определения своего положения по делам с Вернекингом, взял у него список со своего текущего у него счета. Этот счет был ему доставлен, за подписью бухгалтера, с остатком в пользу Вернекинга 10.000 р. Зиберт в письме к Вернекингу, выразил желание прекратить с ним контокоррентное отношение, прислал ему 3.960 р. 45 к., в какой сумме только и признавал себя должным. Предъявленный к нему со стороны Вернекинга иск в 10.000 р., основанный на присланном счете, окружным судом был отвергнут, но судебная палата признала, что контокоррентный счет, представленный стороной, которая вела текущий счет, не может не служить доказательством действительного положения счетов. Сенат отменил решение палаты, признав, что иск об остатке по текущему счету не может быть основан на одностороннем заявлении одного из контрагентов при оспаривании верности его со стороны другого (реш. кас. деп.1870 г. N 1012).

Расчет выражается в итоге, называемом сальдо (т.XI, ч.2, Уст. Торг. ст.680), который представляет собой долговое обязательство, обоснованное контокоррентным отношением за известный период. В нем сведены окончательно не только суммы обязательств, включенных в текущий счет, но и проценты, начисляемые отдельно по каждой сумме с момента ее включения. Расчет сам по себе имеет своей целью не прекращение, и только упрощение контокоррента, а потому обыкновенно сальдо заносится первой статьей на новый период текущего счета. Слияние в этой статье капитальной суммы и процентов не мешает новому начислению процентов на сальдо.

Такой именно взгляд проведен в реш. 4 деп. 1880 N 1261; Носенко, Сборник т.V, N 74.

§ 54. Издательский договор

Литература: Катков, Договор авторов с издателями и другими предпринимателями (Ж. Спб. Юр. Общ. 1898, N 1), Федоров, Курс торгового права, стр.827 — 843; Шершеневич, Авторское право на литературные произведения, 1891.

I. Издательский договор есть соглашение между издателем и автором, в силу которого первый приобретает право и принимает на себя обязанность размножить и распространить за свой счет литературное, художественное или музыкальное произведение второго.

Лучшие правила по издательскому договору содержатся в швейцарском обязательственном кодексе 1883 и в германском законе 19 июня 1901 года. Наше законодательство давало несколько разрозненных постановлений, при том в смешении с авторским правом. Закон 15 марта 1911 года об авторском праве отводит издательскому договору свое последнее, седьмое отделение (695.65 — 695.75 т.Х, ч.1 по прод.1912 г.)

а. Цель договора — размножение и распространение произведения.

Основным способом размножения является типографское тиснение. Менее важным способом воспроизведения служит литографирование. За то в художественной и музыкальной области выдвигаются ежедневно все новые средства.

Умножение числа экземпляров является условием распространения, которое, соответствуя имущественным интересам издателя, составляет его право, а соответствуя личным и имущественным авторским интересам, является одновременно его обязанностью.

b. Размножение и распространение совершаются за счет издателя, который принимает на себя риск издания: успех произведения даст ему барыши, неудача сопряжена с убытками для него.

По типографскому договору, напечатание производится за счет лица, сдавшего рукопись к набору, без всякого риска для типографии. Но типографское дело может быть соединено с издательским, и тогда возникает опасность их смешении в вопросе об издании.

с. В силу договора издатель приобретает право распространения лишь на время, определяемое известным сроком или распродажей одного или нескольких изданий. Этим временным характером отличается издательский договор от передачи по договору авторского права.

Предоставив издателю право распространять произведения на одном языке, автор не лишен права заключить новый договор с другим издателем о напечатании и распространении того же сочинения на ином языке (ст.695.75, п.1). Предоставляя издателю право печатать и распространять драматическое произведение, автор сохраняет за собой право разрешать публичное их представление (ст. 695.74).

II. На Западе экономическое значение издательского договора сознано лучше, чем в России, где авторы литературных произведений чаще всего сами издают их, с отдачей книгопродавцам на комиссию. Выпуск сочинений при помощи издателя представляет для автора те удобства: что: 1) снимает с него риск по успеху издания, 2) дает те средства издания, которыми сам автор редко располагает, 3) устраняет необходимость для автора иметь помещение для склада отпечатанных экземпляров, 4) дает возможность новому сочинению воспользоваться теми способами сообщения о его выходе, которые свойственны коммерческому предприятию и недоступны самому автору. С другой стороны издатель, затрачивая капитал на издание, рассчитывает на больший процент при распродаже, чем тот, на который он может надеяться при комиссионной продаже.

III. Относительно формы договора постановления нового закона отличаются большей ясностью, чем постановления старого: договор об уступке права на издание должен быть изложен на письме (ст.695.8). Это не значит, чтобы договор автора с издателем, заключенный словесно, признавался недействительным. Он только не может быть доказываем свидетельскими показаниями (уст. гр. суд. ст.409), но в подтверждение его может быть приводима переписка между контрагентами.

IV. Издательский договор создает для автора ряд обязанностей.

1. На авторе лежит обязанность своевременно доставить рукопись, если последняя не была передана при самом заключении договора. Умственный труд имеет свои особенности и срочность работы должна быть сообразована с совокупностью обстоятельств, обусловливающих производительность труда авторов, художников, композиторов.

Иллюстрации к печатающему в журнале роману должны быть доставляемы с большей точностью, нежели перевод стихами иностранного писателя, печатающегося собранием сочинений.

2. Автор обязан соблюсти объем сочинения, соответствующий приблизительно тому, который имели в виду стороны при заключении договора. С объемом издатель сообразует издержки, а также успех распространения. Слишком большое сочинение требует больших затрат при воспроизведении и труднее распространяется, чем небольшое. Но возможно, что издатель рассчитывал на объемистый роман или курс, а получил, вместо того, рассказ или конспект.

3. Немалое значение имеет количество экземпляров, какое обязан автор разрешить издателю размножением и распространением. Обыкновенно это предусматривается договором, но возможно и упущение. Средние нормы, принятые в книжной торговле, конечно, различаются по роду произведений; они больше для романса, нежели для оперы, они меньше для ученого исследования, чем для беллетристического произведения. Новый закон, ограждая автора от произвола издателя, устанавливает общую норму, независимо от рода произведения. За отсутствием соглашения относительно числа изданий или количества экземпляров, издатель литературного или художественного произведения имеет право на одно издание в количестве не свыше 1.200 экземпляров, издатель же нот — на одно издание в количестве не свыше 200 экземпляров (ст.695.69). Если договор относится не к первому изданию, то автор, предполагается, разрешает количество экземпляров, принятых при предыдущих изданиях.

По германскому закону (§ 5), при отсутствии иных указаний в договоре, издатель вправе отпечатать 1.000 оттисков, не считая добавочных (для пополнения дефектов) и бесплатных (для рассылки). По швейцарскому праву издатель сам определяет количество экземпляров, если договором таковое не установлено (§ 377).

4. Предоставляя издателю право распространения, автор обязывается воздержаться от распространения того же произведения путем собственного издания или передачи другому лицу прав по изданию. Заключение издательского договора не лишает автора принадлежащего ему исключительного права, но только стесняет в осуществлении его, подобно тому, как собственник дома стесняется арендой. Такое ограничение продолжается до условленного времени, и за упущением этого обстоятельства в договоре, до истечения 5 лет с момента совершения сделки (ст.695.71, п.2), если все издание не успело разойтись раньше. В последнем случае новый закон прямо разрешает автору предпринять новое издание, а чтобы не оставалось сомнений в том, что издание разошлось, закон дает автору право выкупить от издателя оставшиеся нераспроданными экземпляры по цене, назначенной для их продажи при выпуске издания в свет (ст.695.71, п.1). В нарушение интересов издателя закон дает право автору издать свое произведение, до истечения срока издательского договора, в полном собрании сочинений. В этом последнем случае требуется соблюдет лишь двух условий: a) со времени появления в свет произведений, предоставленных издателю, должно пройти не менее 3 лет, если это литературное произведение, и 10 лет, если это музыкальное или художественное произведение, и b) продажа этих произведений не должна производиться отдельно от полного собрания (ст.695.72).

В1880 г. составитель «Русской хрестоматии», с толкованиями П.Н.Полевой, уступил по нотариальному договору Цвылеву за 6.390 р. право на издание 1 и 2 части этого сочинения, причем Цвылев по договору мог воспользоваться своим правом не ранее 1 авг.1883 г. и вправе был уступить свои права другому лицу. В1882 г. Полевой уступил, также по нотариальному договору, то же сочинение уже в 3 частях, «в полную собственность» Полубояринову за 10.000 р. В1885 г. Цвылев уступает свои права Павленкову, который в судебном порядке требует уничтожения договора1882 г., как нарушающего его, издателя, права. Суды и Сенат признали, что договоры 1880 и 1882 гг. не стоят в юридическом противоречии, потому что первый из них имеет своим содержанием издательский договор, а второй — уступку исключительного права (реш. кас. деп.1892, N 107). Но когда Павленков приступил к изданию первой части хрестоматии, Полубояринов предъявил иск об отобрании у него непроданных еще книги о взыскании вознаграждения за причиненные убытки. Таковое требование было признано неосновательным.

Автор стеснен в отношении того произведения, распространение которого уступлено им издателю. Полная переделка своего сочинения, дающая возможность видеть в ней нечто новое, освобождает автора от обязанности воздерживаться с распространением. Такова, напр., переделка романа в драму (ст.695.75, п.2), совершенная переработка ученого исследования, делающая его как бы новым (ст.695.73). Дело суда, взвесив все обстоятельства дела, определить степень новизны спорного издания.

V. Обязанностям автора соответствуют обязанности издателя.

1. Взяв на себя обязательство издать произведение, издатель должен позаботиться о своевременности издания. Слишком большое промедление наносит ущерб автору, потому что с этим соединяется отсрочка вознаграждения, а если вознаграждение уплачено, то откладывается возможность повторения издания. По нашему закону, за отсутствием соглашения относительно срока издания, издатель обязан выпустить его в свет в соответствующий обстоятельствам срок и, во всяком случае, не позже 3 лет со дня заключения договора или получения произведения, если оно передано позже (ст.695.68).

2. Произведение должно быть издано в том самом виде, как оно передано автором или с теми изменениями, какие пожелает сделать автор. Точное воспроизведение — обязанность издателя. Издатель не вправе, без согласия автора, или его наследников, вносить какие-либо дополнения, сокращения и вообще изменения ни в самое произведение, ни в заглавие его, ни в обозначение на нем автора, за исключением лишь таких, вызываемых явной необходимостью, изменений, в согласии на которые автор не мог бы «по доброй совести» отказать (ст.695.70).

3. При воспроизведении сочинения механическими средствами тиснения издатель обязан позаботиться, чтобы внешняя форма соответствовала современному уровню типографского и издательского дела. Выпуск книги или нот, набранных неразборчивым шрифтом, на плохой бумаге, с массой опечаток, производя дурное впечатление на читателей, препятствует распространению сочинения. Это задевает не только интересы издателя, но и интересы автора, личные и имущественные. Наш закон возлагает на издателя обязанность издать произведение «в надлежащем виде» (ст.695.65).

4. Издатель обязан сообразоваться с тем, чтобы назначаемая им цена книги не препятствовала распространению книги. Может быть, для издателя выгоднее продать небольшое число экземпляров по дорогой цене, нежели большое количество по низкой. Но в этом случае интересы издателя способны стать в противоречие с интересами автора.

5. Издателю следует приложить все, свойственное торговым деятелям, старание для распространения литературного, музыкального или художественного произведения среди публики. Издатель обязан, как выражается наш закон, принять «все, обычно соблюдаемые меры» к распространению издания (ст.695.65). Он должен произвести обычные публикации, разослать даровые экземпляры, войти в комиссионные сношения с книгопродавцами различных городов, выставить новинку в окнах или витринах.

6. Что касается вознаграждения автора, то оно должно предполагаться, при молчании договора, хотя в практике нашего, мало еще развитого, издательского дела, встречаются нередко случаи, когда авторы не только не получают от издателей вознаграждения, но еще сами приплачивают в расходах по изданию. Если издатель обязался уплачивать вознаграждение с проданного экземпляра, то, по требованию автора, он обязан представить ему отчет о количестве проданных экземпляров.

7. Закон рассматривает издательский договор, как отношение, основанное всецело на доверии к личности издателя. Поэтому на издателе лежит обязанность личного исполнения заключенного договора. Переуступка приобретенного издателем права другому лицу допускается только с согласия автора или его правопреемников (ст.695.67).

VI. Издатель, охраняя свои права, приобретенные по договору, должен будет направить свою защиту или против посторонних лиц или против самого автора.

1. Защищаясь против посторонних лиц, издатель действует как представитель автора. Однако наш закон наделяет его самостоятельным иском (ст.695.66). Он может преследовать других издателей, не испрашивая на то разрешения автора. Но, конечно, и автор, оставаясь субъектом авторского права, не лишен возможности преследовать тех же правонарушителей.

2. Защищаясь против автора, издатель, как контрагент, мог бы предъявлять иск о неисполнении договора. Между тем наш закон ставит его в юридически невозможное положение: издатель пользуется для ограждения своих прав по издательскому договору в отношении автора авторским правом с теми лишь изъятиями, какие установлены в законе или договоре (ст.695.66). Следовательно, издатель становится субъектом авторского права, хотя никакого отчуждения этого права не было, хотя субъектом авторского права остается автор.

VII. Договор между автором и издателем прекращается по следующим основаниям:

1. Обязательственное отношение может быть прекращено по соглашению. Издатель потерял надежду на распродажу оставшихся на складе экземпляров, а в то же время предполагает, что измененное и приспособленное к условиям времени (напр., учебник) произведение способно иметь успех.

2. Прекращает это отношение и распродажа всех экземпляров. С продажей достигается цель договора. Если издательский договор заключен был на срок, то оставшиеся нераспроданными книги, ноты, рисунки мешают автору до этого момента издать свое сочинение самому или при помощи другого издателя. Закон дает ему право выкупить от издателя оставшиеся экземпляры (ст.695.71).

3. В случае гибели рукописи наступает невозможность исполнения. Если рукопись погибла до вручения ее издателю, автор, смотря по характеру труда, может быть или обязан к выполнению вновь сделанного или же совершенно освобожден от обязательства. Если рукопись погибла у издателя, то он обязывается уплатить условленное вознаграждение. В случае гибели по несчастному случаю склада заготовленного издания, издатель вправе и обязан повторить воспроизведение. Такую же невозможность закон видит и в том случае, когда обнаружатся уважительные обстоятельства, вынуждающие автора отказаться от опубликования своего произведения. По заявлению автора и под условием возмещения издателю издержек, понесенных им по изданию, договор прекращается (ст.695.68).

Конечно, в случае возражения со стороны издателя, суду придется определять наличность уважительных обстоятельств.

4. Договор по изданию прекращается, по заявлению автора, если издание произведения не последует в течение 3 лет со дня заключения договора или получения издателем произведения (ст.695.68).

Отдел IV. Вексельное право

§ 55. Общее понятие о векселе

Литература: Мейер, Очерк русского вексельного права, 1857; Миловидов, Вексельное право, 1876; Гурлинд, Юридический Лексикон, 1876; в.IV, стр.42 — 122; Цитович, Курс вексельного права, 1887; Барац, Курс вексельного права, 1893; Сорокин, Лекции по вексельному праву, 1896; Розенфельд Фрейберг, Очерки по вексельному праву, 1895; Федоров, Вексельное право, 1906; Катков, Общее учение о векселе, 1904; Каминка, Вопросы вексельного права в решениях правительствующего сената (Право, 1911, N 19); Гешен, Теория вексельных курсов, 1890; Брандт, Теория вексельного курса, 1892; Гэрцка, Вексельный курс и лаж, 1895; Тэри, Денежное обращение и эмиссионные банки. Вексельные курсы и учет; 1901: [Товстолес, К вопросу о денежности векселей (Ж. М. Ю. 1913 N 5)].

I. Вексель есть основанное на договоре и выраженное в письменной, строго определенной форме, одностороннее обязательство уплатить известную денежную сумму.

а. Вексель представляет собой одностороннее обязательство; обязанности векселедателя уплатить денежную сумму же соответствуют какие-либо обязанности векселедержателя, которой имеет только право. Если иногда говорят, что векселедержатель обязан протестовать вексель или предъявить его к принятию, то при этом имеют в виду не обязанности, а условия осуществления прав. Вексельное обязательство различается смотря по виду векселя.

1. Простой вексель представляет собой обыкновенное долговое обязательство, облеченное в вексельную форму. Участвуют в нем два лица: векселедатель, лицо обязанное по векселю, и векселедержатель, лицо, имеющее право по векселю.

2. Переводный вексель, иначе тратта, предъявляет собой условное обязательство, облеченное в вексельную форму, в силу которого одно лицо, векселедатель (трассант), обязывается уплатить денежную сумму векселедержателю, если платеж не будет произведен третьим лицом, плательщиком (трассатом). Следовательно, это обязательство с отрицательным условием. Технически оно выражается в форме поручения, даваемого векселедателем плательщику.

b. Вексель есть абстрактное обязательство. В противоположность сделкам, в которых обязательство одной стороны обусловливается соответствующим исполнением с другой стороны, напр., покупщик обязан платить потому, что получил от продавца вещь, должник по займу обязан платить потому, что получил от заимодавца деньги, — вексельное обязательство служит само себе основанием: платить нужно потому, что вексель выдан. Однако, эта отвлеченность от основания, повлекшего за собой выдачу векселя, не имеет силы против недобросовестного векселедержателя. Должник по векселю может возражать против предъявленного к нему требования со стороны первого приобретателя ссылкой на безденежность, которую, как обстоятельство вневексельное, он может доказывать всеми средствами, хотя бы и свидетелями.

с. Вексельное обязательство основано на договоре, который выражается в соглашении двух лиц выдать и принять вексель. Поэтому вексель, вышедший из рук лица, подписанного векселедателем против его воли, не может быть обращен против него первым приобретателем. То обстоятельство, что вексель находится в руках приобретателя, в связи с принципом, что недобросовестность никогда не предполагается, создает в его пользу законное предположение о состоявшейся правильно выдаче векселя.

Так и решается вопрос стт.15 и 89 Уст. Векс.: вексель для вступления в силу в отношении к первому приобретателю должен быть выдан ему векселедержателем. В ожидании купца, продававшего товар, покупщик заготовляет вексель, который и кладет в стол. До прихода купца с ним делается удар, и после его смерти судебный пристав находит вексель. Из него не вытекает никаких прав для продавца. То же самое начало проводит закон и в отношении надписателя, обязанности которого обусловливаются выдачей вексельного документа не помимо его воли (ст.24).

d. В вексельном обязательстве большое значение имеет форма. Она должна быть непременно письменной и притом с соблюдением всех тех указаний, которые законом точно перечисляются. Формальная сторона вексельного обязательства находит себе выражение в том, что все обстоятельства, имеющие значение для вексельного отношения должны быть указаны в документе, не могут быть принимаемы во внимание при обсуждении вексельного отношения.

е. Вексельное обязательство всегда имеет денежное содержание, потому что вексель выдвинут потребностью денежного обращения. Определенность денежной суммы в векселе устраняет возможность присоединения к главному обязательству процентов.

Только итальянский торговый кодекс (§ 333) допускает векселя с товарным содержанием (ordine in derrate). — По Уст. Векс, не имеют значения включенные в вексель условия о платеже процентов (ст.12). Только англ. право разрешает включить в вексель указание на проценты (§ 9, п.а).

II. Вексель в течение своего довольно продолжительного развития приобретал все большее экономическое значение. a) Первоначально, в период итальянский он являлся средством перевода денег, в настоящее же время эта его роль весьма ограничена. b) Позднее в период французский, вексель становится платежным средством, заменяющим другие способы погашения обязательств, так как надежные векселя обращаются в торговом мире, как денежные знаки. c) В новейшее время вексель стал одним из важнейших средств кредита, потому что, благодаря юридическим особенностям вексельного обращения, вексель создает твердую уверенность в получении своевременно удовлетворения. Эта уверенность основывается на абстрактности, на формальности векселя и ответственности надписателей.

Особенно важную роль, в качестве платежного средства, играют векселя в международной торговле. Взаимная задолженность стран, состоящих между собой в торговых сношениях, вызывает спрос на векселя, которыми, вместо денег, можно было бы покрыть долги по покупке, перевозке, комиссии и иным сделкам. В стране, более задолженной по таким сделкам, спрос на векселя превысит предложение, и их будут уступать только с премией. Следовательно, цена векселя, как платежного средства, может уклоняться от выраженной в нем денежной суммы, однако не дальше стоимости пересылки денег. Цена векселей иностранных, означенная в монетной единице известного государства, называется вексельным курсом.

В вексельном курсе различается: постоянная валюта, т.е. монета, ценность которой в векселе определяется, и переменная валюта, т.е. монета, в которой выражается эта ценность. Согласно распоряжению министра финансов1888 г., у нас при определении на бирже вексельного курса переменной валютой является русская монета, постоянной — иностранная монета. Поэтому вексельный курс на Берлин выражается 100 марок — 46 р. 06 к., на Париж 100 франков — 37 р. 20 к.

Колебания вексельного курса могут обусловливаться и другими причинами, кроме отношения спроса к предложению, и тогда уклонение цены векселя от вексельной суммы может превзойти стоимость пересылки денег. Напр., в начале1903 г., в виду венесуэльских событий, векселя на Каракас значительно упали в своей цене, так как поколебалась уверенность кредиторов в получении платежей.

III. Много споров возбуждала юридическая природа векселя. Во время господства римских воззрений, в итальянский период, вексель старались подвести под один из договоров, известных римскому праву. Особенно распространен был взгляд на вексель, как на emptio-venditio, т.е. на покупку наличными деньгами отсутствующей монеты. Во французский период, юристы, не сомневаясь в договорном характере векселя, предпочитали видеть в нем своеобразный вид договора.

В первой половине XIX века под влиянием немецкого ученого Эйнерта, выдвигается новый взгляд на вексель. Наблюдая платежную функцию векселей, Эйнерт пришел к заключению, что они представляют собой бумажные деньги. В обоих случаях одно основание — доверие к плательщику, купцу или государству. Однако, Эйнерт упустил из виду, что деньгами производится платеж независимо от согласия кредитора, а векселями — только с его согласия. Влияние Эйнерта сказалось в том, что, применительно к деньгам, обратили внимание на формальную сторону вексельного обязательства, а также подчеркнули его абстрактный характер.

Вопрос о юридической природе векселя вызвал появление многочисленных теорий, почти исключительно немецкого происхождения. Главным образом спор сосредоточился на том, представляет ли вексель договорное отношение или нет. Во главе сторонников первого воззрения стоял Тель, который считал вексель договорным обещанием, вне всякого основания, дать и взять вексель; вексельный договор и устанавливается, по его мнению, между: a) векселедателем и первым приобретателем, b) надписателем и векселедержателем, c) акцептантом и предъявителем. Защитники противоположного взгляда, с Кунтце во главе, отвергли договорный элемент, указывая на безучастность другой стороны. Обязательство создается односторонней волей должника, независимо от кредитора. С момента написания вексель есть вещь, воплощающая известную ценность и способная к обращению. Эта теория устраняет те стеснения для обращаемости векселей, какие ставит договорная теория, но она, в увлечении интересом оборотоспособности векселя, совершенно пренебрегает интересом самого векселедателя.

В соответствии с договорной теорией стоит ст.15 устава о векселях, в силу которой вексель для вступления его в силу в отношении к первому приобретателю, должен быть выдан ему векселедателем, и ст.27, гласящая, что выдачей векселя векселедатель принимает на себя ответственность за платеж по оному. Но креационной теории соответствует ст.24, на основании которой векселедержателю принадлежат все права, вытекающие из векселя, независимо от прав по оному предшественника, если он не знал, что вексель выбыл из владения последнего помимо его воли. В итоге можно сказать, что в основе нашего вексельного устава лежит договорная теория, которая уступает место креационной теории, насколько затрагивается интерес добросовестного векселедержателя и стоящего за ним оборота.

На почве этих двух крайних точек зрения создалась масса различных теорий. Дело дошло до теории олицетворения, по которой субъектом прав по векселю является не кто иной, как сам вексель.

§ 56. Историческое развитие векселя

Литература: Осипов, Вексель в его прошедшем и будущем, 1871; Табашников, Прошлое векселя, 1891; Цитович, К истории векселя, 1893 (рецензия); Табашников, По поводу прошлого векселя, 1893 (ответ); Федоров, История векселя, 1895; [Нолькен, Объединенные законодательства о векселях в применении в России 1913; Каминка, Вексельное объединение (Право, 1913 NN 33, 35, 36 и отдельно)].

I. Родина векселя — Италия. Исходным пунктом его развития являлась острая потребность в размене и переводе денег. В Италии в средние века обращалась масса различных монет. Причины этого явления заключались в том: a) что эта страна на небольшом пространстве соединяла ряд самостоятельных государств, из которых каждое чеканило свою монету, b) что в эту страну стекались отовсюду массами крестоносцы, богомольцы, студенты, приносившие с собой монеты самых отдаленных местностей. Поэтому в Италии, более чем где бы то ни было, встречались затруднения от разнообразия монетных систем. На почве удовлетворения потребности выйти из этих трудностей развился здесь богатый промысел менял (campsores). Эти менялы производили размен из рук в руки, без всякого кредитного момента (cambium manuale). Разменявший деньги вез их с собой в то место, где они ему были нужны для закупки товаров или для проживания.

Однако, возить, с собой значительные суммы было неудобно, да далеко и небезопасно в те времена, когда даже бароны не отказывали себе в удовольствии пограбить проезжавших. Тогда возникла мысль избежать перевозки денег тем, чтобы за переданную монету меняла не давал немедленно эквивалента, а лишь обещался дать его в условленное время в условленном месте. Это достигалось благодаря филиальным отделениям меняльных контор. Менялы, не имевшие отделений, но принужденные конкуренцией приспособиться к новой сделке, вошли друг с другом в сношения и согласились покрывать взаимно приказы, а потом периодически производить между собой расчеты. В новом виде размен изменял свой характер. За уплаченные деньги давалось обещание впоследствии уплатить эквивалент — момент обязательственный. Исполнение производилось в ином месте, чем заключение — момент пространственной разделенности сделки, — размен превратился в перевод (cambium trajectitium). В удостоверение права получить эквивалент выдавался документ, представляющий собой расписку, в которой указывалось на получение соответствующей ценности (валюты). Плательщиком оказывалось не то лицо, которое получило наличностью деньги и выдало эту расписку. Эта расписка и составляет первоначальный переводный вексель.

Особенное применение получил такой перевод на ярмарках, имевших такое крупное значение в экономической жизни средних веков. Купец отправлявшийся на ярмарку и не желавший везти с собой денег, должен был знать, может ли он действительно рассчитывать на обещанную в расписке сумму. Без уверенности в получении этих денег купец не мог закупать товаров. Поэтому, хотя по обычаю всех почти ярмарок, платежи производились в самые последние дни, купец немедленно по приезде на ярмарку отправлялся к своему плательщику и, предъявляя расписку, спрашивал, намерен ли тот платить ему. Получив торжественное, хотя и словесное, обещание платить по предъявленному векселю, купец успокаивался и принимался за свои торговые дела. В противном случае, если ему не удалось отыскать деньги иным путем, он принужден был признать свою поездку бесполезной. Так создался на ярмарках вексельный акцепт.

Можно себе представить, какие осложнения способен был произвести отказ платить со стороны лица, уже принявшего вексель. В надежде на платеж, купец совершил ряд сделок, которые должны остаться теперь непокрытыми. Ярмарка была сравнительно слишком коротка, а процесс того времени слишком продолжителен, чтобы купец, без риска прожиться, мог надеяться на судебную защиту своих интересов, при обыкновенном порядке. Но интересы купца оказались солидарными с интересами местных правителей, которые покровительствовали торговле и ярмаркам, как источнику своих доходов, Желая устранить возможные от уклонения в платеже затруднения, правители угрожают акцептантам: a) личным задержанием, b) ускоренным вексельным процессом, c) быстрым имущественным исполнением решения. Таким образом создалась формальная вексельная строгость (rigor cambialis)

В таком виде развился вексель в Италии и затем распространился по всей Европе благодаря итальянским же менялам, раскинувшим свою деятельность густой сетью контор по всем странам, особенно через посредство ярмарок, на которых банкирская часть почти всецело была в руках итальянцев.

Вексельная строгость оказалась настолько соблазнительной для простых долговых обязательств, что они стали прикрываться вексельной формой. Но, так как такое вексельное обязательство, получившее впоследствии название простого векселя, носило в себе ростовщический элемент, скрываемый в переводном векселе особой услугой, то ему пришлось выдержать сильную борьбу против церкви, которая, преследуя рост во всех его проявлениях, отвергала простые векселя. Против простых векселей, quae icca nominantur, направлена была булла папы Пия V super cambiis (1570 г.).

В этот первый, итальянский, период жизни векселя, его юридическое обращение определялось всецело почти нормами обычного права. Только в конце этого периода, в XVI веке, появляется первый вексельный устав Болоньи (1569 г.).

На происхождение векселя из размена указывают самые названия его на всех языках: lettera di cambio, Lettre de change, bill of exchange, Wechsel. — Может быть, зачатки векселя, обусловленные сходством причин, могут быть замечены и в других странах, но итальянский тип взял верх над остальными, и потому мы должны признать итальянское происхождение векселя, на котором лежит несомненно итальянский отпечаток. Противоположного взгляда Табашников, Прошлое векселя, стр.56 — 61. — Некоторые видные ученые, как Гольдшмит и Грюнгут отстаивают мнение, будто простые векселя более раннего происхождения, чем переводные, и основывают свой взгляд на том, что найденные простые векселя по датам относятся ко времени более раннему (XII в.), нежели самые старые известные экземпляры переводных векселей. Но такой случайный факт не в состоянии опрокинуть логического хода развития вексельного института.

II. С XVII века в истории векселя наступает второй период, французский, на долю которого выпало придать векселю обращаемость.

Уже ранее в вексельное отношение вмешалось четвертое лицо, предъявитель. Дело в том, что купец был заинтересован до поездки на ярмарку в том, чтобы знать, принимается ли вексель. Если нет, то незачем ездить и тратить время и деньги. В виду этого купец посылал вексель своему знакомому, живущему там же, где и плательщик, для предъявления векселя к принятию. В случае благоприятного ответа купец спокойно отправлялся в путь. Могло случиться, что по болезни или по иным причинам купцу нельзя было поехать на ярмарку. Не терять же ценность, содержащуюся в векселе? Возможно, что другое лицо, собирающееся на ту же ярмарку, охотно взяло бы этот вексель для себя. Возникает вполне естественная мысль, нельзя ли подставить вместо себя это другое лицо, получив у него ценность векселя? Ответом на этот вопрос явился индоссамент или передача вексельного права по надписи, на обороте документа (in dosso).

Против этого стремления поднялась оппозиция с двух сторон: a) от сторонников римского права, в уме которых подобная передача не мирилась с римским принципом индивидуальности обязательства, b) от банкиров, заменивших прежних менял, интересы которых не мирились с возможностью передачи векселей по надписи, чем устранялось несколько их участие в денежных оборотах. Однако, и то и другое противодействие векселю удалось преодолеть. Индоссамент был признан во Франции сначала законом1654 г., а потом торговым уставом1673 г. Несколько позднее он был принят в лучшем тогдашнем вексельном уставе, лейпцигском,1682 г. Всеобщее распространение приобрел он благодаря французскому торговому кодексу 1807 год.

Новые идеи медленно пробивают себе путь сквозь сложившиеся воззрения. Далеко еще было до признания передаваемости, как свойства векселя. Передача по надписи допускается французским кодексом, лишь при условии согласия векселедателя, выраженного предварительно в самом векселе словами «или кому он прикажет». Без этой прибавки не могло быть и речи о передачи векселя по надписи. Что касается ответственности надписателей, то каждый из них отвечал только перед тем, кому он сам передал. Дальнейшим шагом явилось допущение обратного требования к любому из надписателей, минуя предшественника, однако, с потерей регресса к пропущенным при этом надписателям.

III. С половины XIX века вексель вступает в третий, германский, период своего развития. Этот, период открывается изданием общегерманского вексельного устава 1847 года и характеризуется новым типом, который с того времени быстро вытесняет господствующий ранее французский тип. Особенности нового векселя сводятся к следующему: a) В противоположность французскому векселю, не потерявшему связи с распиской менялы и потому требующему указания, по какому основанию он выдан (валюта) — германский вексель является абстрактным обязательством, совершенно оторванным от своего основания. b) Согласно с подвижностью векселя в обороте, германский вексель предполагается обладающим свойством передаваемости, пока противное не установлено в нем волей векселедателя, тогда как во французском векселе передаваемость устанавливалась только волей векселедателя. c) В виду всеобщей реформы судебной, повлекшей за собой сокращение производства, и несоответствия между личным задержанием за долги и современным этическим мировоззрением, — формальная вексельная строгость должна была уступить место материальной вексельной строгости. В силу которой все, указанное в векселе, имеет силу достоверности, и все, не нашедшее себе места на векселе, не имеет значения для вексельного обязательства.

IV. Векселя проникли в Россию через посредство иностранных купцов. В конце XVII века запрещается принимать векселя при платеже таможенных пошлин, в1711 г. архангельскому вице-губернатору предписывается сообщать в Петербург о вексельном курсе.

В 1729 году появляется в России первый вексельный устав, иностранное, немецкое происхождение которого обнаруживается не только из рассказов о сочинении его лейпцигским профессором, но и из двойного текста закона, на русском и немецком языках. Этот устав делится на три части; 1) о векселях купеческих, 2) о векселях казенных и 3) вексельные образцы, точное соблюдение которых было обязательно. Главное внимание обращено в уставе на вексель переводный.

Просуществовав с лишним сто лет, этот устав уступил месту уставу о векселях 1832 года. Образцом для этого закона послужил вексель французского типа, господствовавшего в то время в Европе. Вексель предполагается непередаваемым; валюта составляет существенный элемент векселя, право регресс обусловлено порядком обращения; устанавливая сокращенный вексельный процессе и личное задержание, устав открывает в то же время доступ возражениям, не вытекающим из векселя. Некоторым отступлением от французского образца явилась система совместного изложения правил, относящихся к переводным и простым векселям.

Наконец, 27 мая 1902 года утвержден новый устав о векселях, являющийся ответом на ожидавшуюся в течение полувека реформу вексельного права. Со времени издания германского устава в наших законодательных сферах был поставлен вопрос о замене французского типа векселей более соответствующим времени германским. Это и сделано новым уставом о векселях, который, в общем, примыкает к германскому законодательству. Главное отступление заключается в системе изложения: в то время как германское право излагает сначала права о переводных векселях, а потом о простых, наш устав дает на первом месте положения о простых векселях, а на втором уже дополнительные о векселях переводных. Объясняется это тем что в России, как и в Северо-Американских Соединенных Штатах, во внутреннем обороте господствует почти исключительно простой вексель. Новый устав о векселях вступил в силу 1 января 1903 года повсеместно, за исключением Великого Княжества Финляндского и Царства Польского.

V. Начало XX века открыло новый период в развитии вексельного права — анациональный «чистого» вексельного права. Существующее многообразие вексельных законодательств, сведенное далее к двум основным типам французского и германского, ставит значительные препятствия свободному обращению векселя в международном кредитном обороте. Под влиянием долгих усилий деятелей науки и представителей торгово-промышленного мира Германия и Италия в 1908 году обратились к Голландии с просьбой взять на себя почин созыва международной конференции, для выработки единообразных норм вексельного права. Конференции состоялись в 1910 и 1912 гг., и конвенция об объединении была подписана 10/23 июня1912 г. представителями 29 держав, в том числе и России. Общие начала объединения изложены в конвенции и подробно развиты в приложенном к ней общем уставе о векселях переводных и простом. Законодательствам договаривающихся стран предоставлено одобрить конвенцию в отношении векселей переводных и простых или только переводных, без права, однако изменять редакцию одобряемых частей. Таким образом после ратификации национальные вексельные уставы должны будут дать рядом с собой место надгосударственному международному вексельному праву. Действующему ныне уставу о векселях изд. 1903 предстоит замена объединенным законом, но только в отношении переводных векселей (международных и внутренних), так как только при таком условии русская делегация согласилась примкнуть к конвенции, которая сохранила за Россией право издать постановления о простых векселях, применительно к нормам общего устава. Но и помимо этих урезок общего устава, на долю национальных уставов остается еще много работы по вопросам, незатронутым международной кодификацией. Сюда, напр., относятся вопросы о вексельной метке, недостатке подписи на векселе, форме поручительства, ярмарочном векселе, сроке предъявления векселя к платежу, определении праздничных дней и мн. других.

Дальнейшие изменения в международной кодификационной работе предполагается производить путем периодического созыва конференций через пять лет после ратификации общего устава. В виду несомненной реализации считавшегося прежде неосуществимым законодательного объединения, рождается мысль и о судебном объединении. На самой конференции она была высказана представителем Германии и формулирована в виде пожелания «установить и общий суд для общего права о векселе». См. статью бар. Б.Нольде, в. Вест. Гр. Права1914 г., N 2].

§ 57. Вексельная дееспособность

Литература: Федоров, Вексельное право, стр.128 — 152; Чирихин, О вексельной правоспособности, 1882.

I. Под именем вексельной дееспособности следует понимать способность обязываться по векселям посредством выдачи, передачи, принятия, поручительства или посредничества. Следовательно, вексельная дееспособность является специальной, по отношению к общегражданской дееспособности: можно быть граждански дееспособным и в то же время не обладать вексельной дееспособностью. Вексельная недееспособность не затрагивает, конечно, вексельной правоспособности: малолетний, в имуществе которого может оказаться немало векселей, сам не вправе выдать ни одного.

II. Первоначально, в России, выдача векселей, как и вообще все их обращение, не подвергалась никаким ограничениям со стороны личности обязывающихся по векселям. Но вскоре по издании устава 1729 года обнаруживается стремление ограничить вексельный оборот кругом участников купеческого сословия. Указами 1740 и 1761 гг. запрещается обзываться по векселям крестьянам, потому что это являлось средством закабаления их купцами, а при императоре Павле I (1800) это запрещение коснулось дворян, потому что личное задержание, соединенное с векселями, «несовместно» с дворянским достоинством. Таким образом в течение первой половины XIX столетия вексель был исключительным достоянием торгующего класса. Закон 3 декабря 1862 года вывел его из этого тесного круга и сделал общим достоянием всех, коим по закону дозволено вступать в долговые обязательства; исключения были установлены для лиц духовных, женщин и отчасти крестьян. При составлении последнего вексельного устава возник спор об ограничении вексельных должников кругом торгующих, с одной стороны, и об уничтожении указанных исключений — с другой. Примирение состоялось на почве сохранения положений и действующего права. После издания вексельного устава указ 5 октября 1906 года устранил ограничение вексельной дееспособности для крестьян.

Попытка стеснить вексельную дееспособность оправдывалась тем, альфа) будто бы пользование вексельной формой кредита имело своим последствием задолженность дворянского класса, развитие ростовщичества. Такие аргументы мало говорят в пользу социальной проницательности их авторов. И то и другое явление имеют гораздо более глубокие корни в общественной жизни и даже полное отсутствие векселей не устранило бы их действия. Ростовщичество процветает в крестьянском быту без всякого участия векселей. бета) Распространение векселей, не основанных на торговых сделках, отражается вредно, говорят, на народном хозяйстве и общественном кредите. Ни на то, ни на другое не могут оказывать влияние потребительные векселя, по сравнительной ничтожности их. Но векселя и неторговые могут быть связаны с целями производительными. На общественный кредит окажет самое дурное влияние неуверенность принимающего вексель, действительно ли последний имеет торговое обоснование. дельта) Влиянию векселей неторговых приписывают многочисленные банковые крахи, — забывая, что эти крахи вызываются чаще неумеренным предоставлением торгово-промышленного кредита.

III. По действующему праву (ст.2) обязывать векселями, как простыми, так и переводными, могут все лица, которым по закону дозволено вступать в долговые обязательства. Из этого общего правила допущен ряд исключений.

1. Лишены вексельной дееспособности лица духовного звания всех вероисповеданий.

Такое ограничение дееспособности установлено было в виду несовместимости с духовным званием личного задержания. Но тюремное заключение отменено в 1879 году и, казалось бы, нет никаких оснований сохранить указанное ограничение. — Это ограничение относится ко всем вероисповеданиям. В практике, однако, возникло сомнение относительно раввина. Сенат не признал в раввине духовного лица в виду ст.1083, т.XI. ч.I, обещавшей раввину за беспорочную службу почетные права купца первой гильдии (реш. 4 деп.1890, N 1869, Гребнер и Добровольский, N 706); ср. нынешний текст стт.1322 и 1325, по ред.1899 г. Но едва ли Сенат прав. Стт.1325 — 133, не называя раввина духовным лицом, возлагает на него обязанности по исполнению религиозных обрядов (ср. также Городовое положение ст.95, прим. 2) [Против толкования Сената Нолькен, Устав о векселях, стр.15, прим. 10]. Следует полагать, что такое сомнение не может касаться мусульманского духовенства.

2. До закона 12 марта1914 г. были лишены вексельной дееспособности замужние женщины, за исключением тех, которые производят торговлю от собственного своего имени. Векселя, выдаваемые замужними женщинами, получали силу лишь при условии согласия мужа. [Ныне это ограничение отпало и в соответствии с законом 12 марта1914 г. изменена по прод.1914 г. ст.2 Уст. Векс.].

Это ограничение совершенно не согласуется с системой имущественной раздельности, признанной нашим законодательством (т.X. ч.I, ст.114). Появление его в уставе1832 г. может быть объяснено, с одной стороны, заимствованием, без всякой критики, от франкского права, а с другой — нежеланием подвергать замужних женщин (без согласия мужа) тюремному заключению. Второй мотив отпал с отменой личного задержания. Тем менее можно понять, для чего понадобилось сохранение случайной ошибки в новом законе, который должен бы отражать современность и целесообразность. Между тем это несчастное ограничение способно возбуждать не мало догматических затруднений, а) Прежде всего возбуждается вопрос, должно ли быть выражено это согласие мужа на самом векселе или же оно может быть удостоверяемо обстоятельствами, не нашедшими себе места в документе. Сенат признал, что согласие мужа может быть доказываемо свидетельскими показаниями (реш. кас. деп.1893, N 3), что совершенно не согласуется с характером векселя. Сенатом признано, что муж, учинив на переводном векселе своей жены подпись об акцепте, тем самым выразил согласие не только на надписание его женой векселя, но и на выдачу (реш. суд. деп.1900, N 609, Гребнер и Добровольский, N 677). Едва ли это исправление может быть принято и при уставе, который вводит материальную вексельную строгость, каковая требует, чтобы все обстоятельства, имеющие отношение к вексельному обязательству, были выражены в самом векселе. b) Далее возбуждается вопрос, должно ли согласие мужа быть дано при выдаче векселя или же допустимо и позднейшее согласие? Практика считает безразличным момент согласия мужа. Такова практика по этим вопросам, установившаяся до устава1902 г. c) Покрывает ли согласие мужа отсутствие условий общегражданский дееспособности? По мнению Сената, в случае выдачи замужней женщиной, прежде достижения совершеннолетия, векселя с подписью на нем мужа о согласии на то, вексель может быть признан недействительным лишь тогда, если со стороны ответчицы будут представлены доказательства, что попечителем при ней состояло постороннее лицо или что кто-либо из родителей управлял ее имуществом (реш. 4 деп.1884, N 747; Носенко, Устав о векселях к ст.6, § 9). d) Вполне ли векселедееспособна замужняя женщина, ведущая торговлю, или же и пределах своего промысла? Напр., может ли иметь силу вексель, выданный купчихой ювелиру за купленное для выходящей замуж дочери колье? Не зная мотивов, по которым признано необходимым ограничить вексельную дееспособность жены, трудно дать правильный ответ на этот вопрос.

3. Лишены вексельной дееспособности девицы, от родителей не отделенные, хотя и совершеннолетние, за исключением тех, которые производят торговлю от собственного своего имени. Векселя, выдаваемые такими девицами, получают силу лишь при условии согласия родителей.

И это ограничение должно быть признано крайне неудачным. Помимо вопросов о том, где и как должно быть выражено согласие родителей, в каких пределах расширяется дееспособность торгующих девиц, остается невыясненным вопрос, что следует понимать под девицами неотделенными. Если под неотделенными девицами понимать тех, которым из родительского имения не выделено еще никакой части (т.X, ч.I, ст.182), то, спрашивается, должны ли остаться навсегда недееспособными девицы, которым нечего выделить из родительского достояния, хотя бы они обладали своим крупным имуществом (так и понимает это постановление практика, см. Носенко, Сборник т.1, N 23). Имущественная неотделенность, в смысле имущественной невыделенности, совершенно не согласуется с той системой имущественной раздельности, которая признана нашим законодательством в отношениях между родителями и детьми (т.X, ч.I, ст.191 — 193). Можно было бы понимать под девицами неотделенными тех, которые живут при родителях (т.IX, стр.537 — 545), но обстоятельство это слишком случайно и изменчиво, чтобы на нем можно было строить выводы.

4. Лишены вексельной дееспособности крестьяне, не имеющие недвижимой собственности, если они не взяли промысловых свидетельств. Ограничение вексельной дееспособности не распространяется на крестьян: 1) которые имеют недвижимую собственность, дом, землю, хотя по выкупу надела; или 2) которые взяли на свое имя промысловое свидетельство.

Положение это представляется сомнительным. Указ 5 октября 1906 года, изданный в порядке ст.87, отменил ограничение, установленное для крестьян в ст.2 Уст. векс. Но Продолжений к Уст. векс. до сих пор не издано, очевидно потому, что указ еще не заменен законом, как это следовало бы по ст.87. По мнению Каминки, Устав о векселях, стр.63, и Нолькена, Устав о векселях, стр.5, действие этого пункта следует считать приостановленным, а не отмененным. Это, конечно, правильно, хотя юридически совсем неясно, но тут дело уже своеобразности русской конституции.

IV. Таким образом, сила векселя обусловливается a) гражданской дееспособностью и b) вексельной дееспособностью. Векселя, выданные лицами, не обладающими гражданской дееспособностью, напр., малолетними, сумасшедшими, будут ничтожны как обязательства. Векселя, выданные лицами, обладающими гражданской дееспособностью, но лишенными вексельной, будут ничтожны как векселя, но сохраняют юридическое значение, как гражданские долговые обязательства.

Этих начал наша практика всегда придерживалась: по отношению к крестьянам реш. кас. деп.1869, N 923, и 1874, N 729; по отношению к замужним женщинам реш. кас. деп.1875, N 394, и реш. 4 деп.1891. Вильсон, Судебная практика, N 7; по отношению к неотделенным девицам реш. 4 деп.1874, N 400, Носенко, Сборник, т.1, N 23. Надо полагать, что того же направления практика будет придерживаться и при новом уставе, хотя некоторая опасность заключается в ст.14 при толковании ее a contrario. Значение векселей, выданных членами купеческого семейства — см. т.IX, ст.538.

§ 58. Составление векселя

[Литература: Гордон, Составление и протест векселя, 1913].

I. Содержание векселя различается смотря по тому, имеется ли в виду составить простой или переводный вексель. Но тот и другой предполагают непременно письменную форму. Нет векселя-документа, нет и векселя-права. Установленная форма есть сущность вексельного (а не вообще) обязательства, как со стороны письма, так и со стороны содержания, и отсутствие ее не может быть восполнено ни свидетельскими показаниями, ни собственным признанием.

Содержание векселя должно отвечать тем существенным принадлежностям (реквизитам), которые указаны в законе.

К новому вексельному уставу, как и к старому, приложены образцы содержания векселей. Так как на практике возникали сомнения по поводу их значения и высказывалось мнение будто при составлении векселей нельзя отступать от образцов, новый устав о векселях спешит заявить (ст.1), что предлагаемые формы только «примерные» и даны лишь «для облегчения» при написании векселей.

II. Для простого векселя, или векселя, в собственном смысле слова, законом указаны следующие реквизиты.

В нашем быту, как уже было упомянуто, простой вексель заменил собой заемное письмо и потому получил такое выдающееся значение, какого он не имеет на Западе по сравнению с переводным векселем. Причины тому — преимущества простого векселя перед заемным письмом; a) вексель есть чисто домашний акт, тогда как заемное письмо нуждается в нотариальной явке, под опасением потери законной неустойки и устранения при конкурсе перед другими обязательствами (т.X, ч.1, стт.2036 и 2039); b) при передаче векселя надписатели все отвечают перед векселедателем за осуществимость права, тогда как при передаче заемного письма передавший отвечает только за действительность переданного права, но не за его осуществимость (реш. кас. деп.1880, N 38); c) векселедержатель не может встретить возражений, не относящихся к нему лично, а к кому-либо из надписателей, тогда как обладатель заемнаго письма должен быть всегда готов отражать возражения, относящиеся к одному из тех лиц, от которых дошло к нему заемное письмо.

1. Чтобы с первого взгляда узнать в документе вексель, необходима вексельная метка, т.е. наименование документа векселем. [Метка противополагается тексту и помещается над ним]. В этой метке выражается согласие должника подчиниться действию вексельного права.

Такой же реквизит установлен германским вексельным уставом § 4 и итальянским торговым кодексом § 251, п.2. Он чужд французскому и английскому праву. Наша практика при действии старого устава отрицала вексельную силу за обязательством, не обозначенным как вексель (реш. кас. деп.1890, N 67). [Судебный деп. Пр. Сената в решении1914 г. N 958 признал, на основании сопоставления п.п.2 и 3 ст.3, Уст. Векс., что при составлении векселя недостаточно одного наименования акта «векселем», но необходимо еще заявление векселедателя в тексте векселя, что он обязуется платежом «по векселю» (Данилова,1914 г., N 30)].

2. Вексель должен указать на имена участников. В простом векселе таких участников два: векселедатель и векселедержатель.

a) Личность векселедателя должна быть выражена в документе посредством подписи, выражающей его волю обязаться (ст.3, п.7). Подпись может отвечать или фамилии или фирме. При составлении векселя векселедатель может быть заменен представителем, причем необходимо, чтобы это обстоятельство было очевидно из самого векселя. В случае неграмотности или иной причины, препятствующей векселедателю самому подписаться, подпись делается, по его просьбе, другим лицом под условием нотариального засвидетельствования (ст.9). Вексель может быть подписан и несколькими векселедателями, однако, без всякого дробления между ними вексельной суммы (ст.10).

Закон допускает назначение векселедателем в простом векселе особого плательщика для учинения платежа по векселю (ст.8). Сами составители нового устава предвидели, что в этом виде вексель легко может быть принят за переводный. И действительно, если этот плательщик не есть только кассир векселедателя, то нельзя отличить такой вексель от тратты.

b) Вексель должен содержать указание на имя векселедержателя, обозначая его фамилией или фирмой. Закон называет его первым приобретателем (ст.3 п.4), очевидно в отличие от последующих векселедержателей. На первых приобретателей может быть и несколько, если вексель выдается не одному, а нескольким лицам совместно, без дробления суммы (ст.10).

Всеми своими постановлениями новый устав, как и старый, устраняет возможность составления векселей на предъявителя., которые не допускаются и западными законодательствами, за исключением английского (§ 7). Проводя последовательно эту мысль, новый устав не допускает, как это делает старый, означения первым векселедержателем в простом векселе самого векселедержателя.

3. Вексель есть денежное обязательство и потому в нем должна быть указана денежная сумма.

Сумма векселя должна быть обозначена прописью, причем не воспрещается означить ее, сверх того, для наглядности, и цифрами. Конечно, при несогласии этих двух способов означения, предпочтение должно быть отдано прописному. Если сумма векселя означена прописью несколько раз, но не в одинаковом размере, предпочтение отдается наименьшей сумме (ст.4).

4. В векселе должно быть указано место составления (ст.3, п.1). Для простого векселя этот реквизит имеет двоякое значение: a) при действии в пределах России нескольких вексельных уставов место составления определяет форму векселя (ст.83); b) при неозначении в векселе места платежа, место составления определяет, где должен быть произведен платеж (ст.7).

Трудно понять, почему местом платежа по векселю, по которому таковое не указано, решено считать место составления векселя, а не место жительства векселедателей. Возможно, что вексель составляется в дороге, наскоро, — при чем же тут место составления?

5. Вексель должен содержать также и время составления, означенное годом, месяцем и числом (ст.3, п.1). Это указание имеет двоякое значение: a) по этому моменту определяется, обладал ли векселедатель гражданской и вексельной дееспособностью; b) этот момент является исходным при определении срока платежа по векселям, в которых этот срок назначен во столько-то от составления (ст.5, п.2).

6. К существенному содержанию векселя относится время платежа, для определения которого существуют различные способы.

Новый вексельный устав исключил один из способов означения срока платежа, известных старому уставу (ст.61), а именно по обычаю. Такой способ имел бы смысл, если бы действительно срок стоял в зависимости от местных обычаев. Но закон сам определял этот срок (15 дней по предъявлении), чем уничтожалось всякое значение обычая. Зато новый устав вводит разновидность ярмарочного векселя (ст.5, п.6).

Казань, 1 сентября 1910 года.                    Вексель на 500 рублей.

 

Через три месяца от сего числа  по  сему  векселю  обязан  я  заплатить

торговому дому Пельц и К° в Москве пятьсот рублей.

 

Казанский купец Петр Амосов.

Образец простого векселя

А. Время платежа может быть обусловлено определенным сроком, который указывается или: a) календарным днем, напр., 1 сент. 1913 года, или же b) во столько-то времени от составления (векселя а dato), напр., через три месяца от сего.

В. Время платежа может быть поставлено в зависимость от предъявления, причем срок обусловливается или:

a) предъявлением или b) истечением известного времени от предъявления (векселя a viso). Для векселей этого рода допускается назначение в тексте векселя особого срока, до истечения которого вексель должен быть предъявлен к платежу в первом случае, к отметке для предъявления во втором (ст.6).

С. В России довольно распространен способ определения времени платежа в связи с какой-нибудь ярмаркой почему такого рода векселя и называются ярмарочными векселями. В этих векселях срок платежа назначается или: a) на такой-то ярмарке или b) на такой-то ярмарке по предъявлению.

Если в векселе указана не только ярмарка, но и срок платежа, то такой вексель не признается ярмарочным (ст.5), потому что определение срока устраняет обусловленность ярмаркой. Второй вид ярмарочного векселя, составляющий особенность русского законодательства, вызван желанием дать векселедержателю возможность потребовать платежа до окончания ярмарки, если бы явилось опасение, что должник может сбежать, не расплатившись.

7. Вексельное обязательство должно быть написано на гербовой бумаге установленного образца и соответствующего по сумме векселя достоинства.

Этот реквизит содержался и в старом вексельном уставе. Можно было думать, что он не перейдет в новый закон, потому что: альфа) он не находит себе подобного постановления в западных законодательствах, бета) он не соответствует русскому законодательству, которое в иных случаях нарушения гербового устава грозит усиленным штрафом, но не выражает недействительностью самых актов. Исключение этого реквизита и предполагалось. Но министерство финансов настояло на его сохранении в виду того, что штраф — недостаточная угроза для соблюдения интересов риска, так как до суда и протеста доходит не более 1% всех составляемых векселей — Вексельный налог взимается в размере 15 коп. с каждых 100 руб. суммы векселя, считая неполные сотни за полные (т.V, Устав Герб. ст.46), и в размере 10 коп. для векселей менее 50 р. Существует 25 разборов вексельной бумаги применительно к разным суммам векселей.

III. Для векселя переводного или тратты законом указаны следующие реквизиты.

1. Тратта должна иметь вексельную метку, выражаемую словами «вексель» или «тратта».

Тратта, предназначенная к более широкому обращению по пространству и по кругу участвующих лиц, нередко составляется в России не на русском языке. Тогда метка должна быть означена соответственным выражением того языка, на котором написана тратта (ст. 9, п.2): Wechsel по-немецки, lettre de change по-французски, lettera di cambio по-итальянски, bill of exchange по-английски.

2.Тратта должна указать на имена участников, которых здесь три.

a) Личность трассанта должна быть выражена в документе подписью, которая указывает или на фамилию или на фирму (ст.86, п.9). Тратта может быть подписана несколькими трассантами (ст.10); представителем трассанта другим лицом по просьбе трассанта, неспособного по безграмотности или по иной причине подписать (с нотариальным засвидетельствованием, ст.9).

b) Тратта должна содержать указание на имя первого приобретателя ее (ст.86, п.5). Таких первых приобретателей может быть несколько, если тратта выдается на имя нескольких лиц совместно без дробления вексельной суммы (ст.10). Трассант вправе назначить самого себя первым приобретателем (ст.87, п.1), если для платежа указано другое место (distantia loci). Простой вексель собственному приказу не допускается.

c) В тратте должен быть указан плательщик по векселю трассат (ст.86, п.3). Он обозначается фамилией или фирмой. Трассатов может быть указано несколько (ст.87, п.2). Трассатом трассант может назначить самого себя (ст.87, п.1).

Непонятно, почему новый устав допустил (ст.87, п.1) возможность трассанту назначить самого себя трассатом. С какой бы теоретической точки зрения ни смотреть на тратту, раздельность двух этих лиц составляет ее существенный момент. Трассант, назначивший себя же трассатом, с этого времени и безусловно обязан совершенно так, как и по простому векселю. Акцепт уже излишен. Спрашивается, чем же отличается такая тратта от простого векселя?

3. Тратта есть обязательство денежное и потому в ней должна быть указана денежная сумма (ст. 86, п. 6) прописью непременно, а цифрами сверх того, по желанию, причем предпочтение всегда будет отдано сумме, означенной прописью, а если есть несоответствие между означенными несколько раз прописью, то наименьшей по размеру (ст.4).

4. В тратте должно быть указано место составления ее (ст.86, п.1). Этот реквизит соответствует потребности знать, согласны ли содержание и форма тратты предписаниям закона, действующего на месте ее составления.

┌───────────────────────────────────────────────────────────────────────┐
│Казань, 1 сентября1910 г.           Вексель на 500 рублей.             │
│                                                                       │
│                                                                       │
│Через три месяца от сего числа по сему векселю заплатите торговому дому│
│Пельц и К° в Москве пятьсот рублей.                                    │
│                                                                       │
│                                                                       │
│Ивану Залесову                       Казанский купец Петр Амосов       │
│                                                                       │
│                                                                       │
│в Москве.                                                              │
└───────────────────────────────────────────────────────────────────────┘

Образец переводного векселя

5. Тратта должна указать на время составления, означаемое годом, месяцем, числом. Это указание имеет двоякое значение: а) по этому моменту определяется, обладал ли трассант необходимою дееспособностью и b) этот момент является исходным при определении срока платежа по векселям a dato.

6. В тратте должно быть обозначено время платежа, которое может быть сделано различными способами.

А. Время платежа может быть обусловлено определенным сроком, который указывается или: а) календарным днем или b) во столько-то времени от составления (а dato).

В. Время платежа может быть поставлено в зависимость от предъявления, причем срок обусловливается или: а) предъявленном или b) истечением такового времени от его предъявления (a viso).

С. Могут быть ярмарочным тратты, причем срок платежа определяется или: a) просто на такой-то ярмарке или b) на такой-то ярмарке по предъявлению.

7. Означение места платежа составляет реквизит тратты, чуждый простому векселю (ст.86, п.8). Если для тратты не назначено особое место платежа, отдельное от местожительства плательщика (домицилированные тратты), то последнее и принимается за место платежа (ст.87, п.4).

8. Тратта должна быть написана на установленной гербовой бумаге.

Векселя, написанные за границей и попавшие в обращение в Россию, подпадают вексельному налогу посредством взноса наличных денег в казначейство (т.V, Уст. Герб. ст.131) или накладыванием гербовых марок с засвидетельствованием у нотариуса (ст.130). Транзитные векселя, т.е. составленные за границей и подлежащие оплате вне России, облагаются сбором в половинном размере (1/32).

IV. Определяя точно содержание векселя, простого и переводного, с положительной стороны, закон определяет его и с отрицательной стороны.

1. В векселе не допускаются никакие оговорки о том, что обязательство платежа дается лишь условно (ст.11).

В отношении простого векселя это положение не возбуждает никакого сомнения, особенно когда по новому уставу вексель стал абстрактным обязательством. Поэтому указание в векселе, что векселедатель обязуется платить, если получит товары, не может иметь юридического значения. Сомнительнее вопрос в отношении тратты, которая по существу есть условное обязательство — трассант обязывается платить, если не заплатит трассат, и до установления этого условного факта к трассанту не может быть предъявлено требование. Устав о векселях избегает трудности, характеризуя простой вексель, как обязательство (ст.3, п.3), а тратту, как приказ (ст.86, п.4). Но выражение «приказ» не имеет никакой юридической определенности. Приказывать можно тогда, когда приказывающий трассант может воздействовать на волю трассата какими-либо угрозами, но так как этого нет, то и слово «приказ» неуместно. В действительности тратта в переводе на юридический язык читается так: по сему векселю обязуюсь уплатить такую то сумму денег, если в указанное время, в указанном месте «она не будет уплачена трассатом».

2. В векселе не допускается включение процентов и неустойки (ст.12).

3. В векселе не допускается оговорка об освобождении векселедержателя от соблюдения какого бы то ни было из поставленных в вексельном уставе правил (ст.12), напр., от протеста.

V. Последствием упущения какого-нибудь указания закона относительно положительной или отрицательной стороны содержания векселя является недействительность в первом случае вексельного обязательства; во втором дополнительного условия (ст.14 и 88, стт.11, 12).

Этим постановлением новый устав о векселях положил конец, надо надеяться, той судебной практике, которая, опираясь на неясный текст ст.4 старого устава, давала суду возможность в каждом отдельном случае оценивать значение опущения того или другого реквизита, чем совершенно уничтожалось все формальное значение векселя. Неозначение времени, места составления векселя, пропуск валюты, места платежа — все это могло быть, по усмотрению суда, признано существенным или маловажным. Однако, старые традиции держатся крепко. На рассмотрении наших судов был следующий вексель: «Я, нижеподписавшийся,1903 г., по сему векселю повинен заплатить предъявителю двести рублей сроком не ранее 29 июля текущего года . Павел Дмитриев, крестьянин Костромской губ. Чухломского уезда, Каликинской волости, дер. Воронина, Семену Матвееву Никону». Настоящей вексель, вопреки ст.5, не содержит в себе срока платежа, соответствующего одному из указанных в законе способов, потому что нельзя же слова «предъявителю» считать равнозначными с «по предъявлению». Вопреки той же статьи, допускающей указание срока, не позже которого вексель должен быть предъявлен, настоящий вексель содержит указание на срок, не ранее которого он должен быть предъявлен. Вопреки ст.3 п.4 настоящий вексель в своем содержании до подписи векселедателя не заключает имени первого приобретателя, а помещенное за подписью дополнение противоречит ст.13. Несмотря на такое явное нарушение реквизитов, Петроградский мировой съезд готов был признать в приведенном документе вексель. Только Сенат правильно остановил это направление, противное всему духу вексельного устава (1907, N 114).

[Возможны, однако, добавления к тексту векселя, которые имеют юридическую силу и не поражают вексель недействительностью.

Одесский коммерчески суд признал себе подсудным дело А.Шестопалова о взыскании с него т-м Шлиссельбургской мануфактуры по векселю 1000 руб. В частной на это определение жалобе ответчик объяснял, что указание в спорном векселе «юридическим местожительством» векселедателя г.Одессы представляется неправильным и что посему настоящий иск не подлежит ведению Одесского коммерческого суда. Судебный деп. Сената жалобу ответчика оставил без последствий, признав, что указание векселедателем юридическим местожительством г.Одессы не может быть отнесено к числу тех условий, которые, по силе ст.12 Уст. Векс., не могут быть включаемы в вексель, и находится в полном соответствии с общим правилом, выраженном в ст.227 Уст. гр. суд. и ст.155 Уст. суд. торг. и представляющим договаривающимся сторонам указать тот суд первой степени, которому они подчиняют могущие возникнуть между ними споры относительно исполнения этого договора (ук.1914 г. N 1455 — Данилова,1914 г, N 29). Точно также Судебный деп. признал, что помещение в векселе упоминания о получении валюты или оговорка, что деньги взяты под обеспечение не может почитаться дефектом, поражающим действительность акта, как векселя (ук.1914 г. N 553 — Данилова,1914 г., N 28; ук.1916 г. N 494 — «Вестн. Права»1916 г., N 10, стр.269)].

VI. С внешней стороны закон предъявляет требование, чтобы всякие поправки, представляющие существенные в содержании его изменения, были оговорены перед подписью векселедателя. В означении вексельной суммы изменений не допускается даже с оговоркой (ст.13).

[Судебный деп. Пр. Сената в решении1914 г. N 553 признал, что невыполнение требований ст.13 Уст. Векс, об оговорке поправок в содержании векселя должно почитаться дефектом, уничтожающим действительность акта, как векселя (Данилова,1914 г., N 27)].

§ 59. Индоссамент

Литература: Катков, Передача векселя по надписи, 1909.

I. Индоссаментом называется передача права, выраженного в векселе, другому лицу по надписи с ответственностью надписателя перед векселедержателем.

Индоссамент, иначе жиро, термин неизвестный новому уставу о векселях, но знакомый старому уставу и хорошо усвоенный нашей практикой.

а. Индоссамент, как передача вексельного права, существенно отличается от цессии, как передачи вообще гражданских прав. Это отличие заключается в том: 1) что надписатель отвечает не только за действительность, но и за осуществимость передаваемого права (ст.28), тогда как цедент отвечает только за действительность; 2) что против векселедержателя должник не может делать возражений, относящихся к кому-либо из надписателей (ст.24), тогда как против цессионара допустимы возражения, относящиеся к лицу цедента.

b. Передача имеет своим предметом право по векселю, т.е. право обязательственное, имеющее содержанием обязанность уплатить денежную сумму.

Но так как это право по векселю тесно связано с правом на вексель, то закон и говорит, что первый приобретатель векселя вправе передать его «в собственность» другому лицу (ст.17).

с. Передача производится по надписи, совершаемой на самом документе. Передача, производимая иным путем, по завещанию, не будет индоссаментом.

d. Индоссамент устанавливает ответственность надписателей перед векселедержателем, которая идет так далеко, что как векселедатель, так и каждый надписатель отвечают перед векселедержателем независимо от того, как дошел к нему вексель.

Для отношений между векселедателем и первым приобретателем, между надписателем и лицом, получившим от него, вексель, имеет значение, как вексель вышел из рук векселедателя или надписателя, но для отношения между векселедателем или надписателем с одной стороны и добросовестным векселедержателем с другой, этот вопрос не имеет значения, если они не связаны преемством.

II. Не мало сомнений возбуждает юридическая природа индоссамента. Среди французских юристов распространен взгляд на Индоссамент, как на поручительство: каждый из надписателей ручается за должника. Но поручительство есть дополнительное отношение, зависящее от главного, тогда как ответственность каждого надписателя совершенно самостоятельна. Признание одной передачи недействительной, напр., по сумасшествию надписателя, не освобождает от ответственности других — результат, необъяснимый с точки зрения поручительства.

Между германскими юристами распространен более верный взгляд на индоссамент, как на новую выдачу векселя. Лицо, имеющее надобность выдать вексель, по содержанию своему близко подходящий к векселю, которого держателем является он сам, вместо выдачи нового векселя, заменяет в принадлежащем ему векселе те части, которые подлежат изменению. Соответствие обнаруживается в сумме, сроке платежа, в лице плательщика (если это тратта). Несоответствие оказывается в лице векселедержателя. В такой замене, устраняющей необходимость выпуска новой ценной бумаги, проявляется юридическая экономия. К этому присоединяется то, что закон все вексельные обязательства воплощенные в одном и том же документе, соединяет общей юридической связью, которая заключается в том, что перед держателем векселя отвечают все подписавшие этот документ, хотя он и не состоит с ними в договорном отношении. Только с этой точки зрения на индоссамент, как на совокупность вексельных обязательств, можно объяснить самостоятельную ответственность каждого надписателя, независимую от его предшественника. Согласно с этим взглядом, моментом совершения вексельного договора между надписателем и принимающим от него вексель является вручение документа (стт.17, 23 и 24).

Эта теоретическая точка зрения имеет подтверждение и в самом законе: ответственность по векселю лежит на всех надписателях, «как если бы каждым из них выдано было самостоятельное на себя обязательство» (ст.28). Это было высказано и старым уставом: «как бы от каждого из них особый вексель был выдан» (ст.55).

III. Индоссамент создает весьма важные юридические последствия для участников.

1. Первый приобретатель со времени индоссамента становится, вместо кредитора, каким он был до сих пор, должником, которого обязательство в тратте условно — он отвечает, если от платежа уклонится трассат. Чем большее число раз индоссируется вексель, тем больше должников, ответственных перед векселедержателем.

2. Солидарная ответственность всем надписателей не зависит от недействительности какого-либо из вексельных обязательств. Из круга ответственных лиц выбывает одно лицо, чье обязательство недействительно, не освобождая «остальных (ст.24).

Иван Горожанкин за купленную им у Сергея Карпова, 19 лет, лошадь выдал ему вексель на 300 р., который Карпов по надписи передал купцу Сергею Сазонову, который в свою очередь, передал его по надписи Алексею Порфирьеву. Не получив удовлетворения от Горожанкина, Порфирьев обратился с требованием к Сазонову, который стал отрицать свою ответственность в виду того, что вексель дошел к нему по надписи от несовершеннолетнего лица, неспособного без согласия попечителя передавать векселя. Однако суд признал, что недействительность обязательства Карпова не имеет никакого влияния на ответственность Сазонова (ср. Носенко, Сборник, т.V, N 7).

3. Так как индоссамент есть выдача нового векселя, то передача векселя лицом, не обладающим вексельной дееспособностью, создает для него общегражданскую ответственность, т.е. только за действительность, но не за осуществимость права.

В конкурсное управление по делам Анны Тихоновой, объявленной несостоятельной должницей, Поплавский представил вексель, выданный полтавским купцом Каповским Анне Тихоновой и переданный последней Поплавскому. Так как вексель этот был передан Анной Тихоновой, не производившей торговли от своего имени, без согласия мужа, то надпись ее не была признана в силе вексельного обязательства, а лишь общегражданского, следовательно, ее ответственность может иметь место только тогда когда обнаружится, что переданный ею Поплавскому вексель Каповского недействителен. Вне этого она не может быть привлечена к ответственности (реш. кас. деп.1880, N 38).

4. Природа индоссамента проявляется и в том случае, когда вексель, пройдя через несколько рук, снова возвращается к одному из надписателей (ст.17). Это лицо не вправе предъявлять требования к надписателям, стоящим ниже его, потому что их ответственность перед ним, как надписателей, погашается их правом по отношению к нему, как векселедержателей (ст.34).

Вексель выданный от А первому приобретателю В, прошел через руки С, D, Е, F, оставивших на нем след в виде надписей, и находится в руках М. Если М. передает его D, то ответственными перед D будут, кроме А, еще В и С, но не Е и F. Если вексель перейдет к А, то вексель погашается (ст.17).

5. Для предоставления надписателю возможности выйти из вексельного отношения установлена в законе особая оговорка, включаемая в передаточную надпись, «без оборота на меня» (ст.21). По своей юридической природе безоборотная надпись выражает не индоссамент, а цессию. Поэтому такой надписатель, если не отвечает за осуществимость, то во всяком случае ответствен за действительность передаваемого права.

IV. В прежнее время, как мы видели из исторического развития, вексель мог быть передан, если в него была включена оговорка о готовности векселедателя платить не только векселедержателю, но и всякому, кому он прикажет. Передаваемость векселя не составляла его свойства и не предполагалась, пока не была явно установлена. В настоящее же время вексель предполагается передаваемым, пока особой оговоркой это свойство не устранено. По нашему законодательству передаваемость не может быть уничтожена оговоркой, потому что учиненная, вопреки воспрещению, передаточная надпись не имеет силы по отношению к тому, кем передача векселя воспрещена (ст. 22), и этим исчерпывается результат оговорки.

Старый вексельный устав стоял еще на исторической почве и оговорку о передаваемости относил к вексельным реквизитам, хотя наши суды, стараясь приспособить вексельное обращение в России к практике западно-европейской, настаивали на том, что упущение приказа не устраняет передаваемости. Выражения, исключающие на Западе передаваемость: nicht an Order, non a ordre, non all, ordine.

V. Так как индоссамент представляет выдачу нового векселя, то формальная сторона та же, что и при составлении векселя. Индоссамент совершается на самом векселе, посредством надписи. Самое место для надписи отведено на оборотной стороне, откуда самое название индоссамента. Однако, закон дозволяет делать первую именную надпись, полностью или отчасти, на лицевой стороне. Если оборотная сторона векселя будет исписана, то новые надписи продолжаются на добавочном (приклеенном) листе таким образом, чтобы первая из новых надписей начиналась в конце оборотной стороны векселя (ст.19).

Так как закон не предписывает писать текст векселя непременно по-русски, то и надписи могут быть произведены на разных языках. Только надпись должна быть сделана самим надписателем, а если он неграмотен, то с соблюдением тех условий, которые указаны законом для выдачи векселей (ст.9).

VI. Торговый оборот выработал два вида передаточной надписи.

1. Наиболее соответствующей сущности индоссамента является именная надпись, потому что она указывает на изменившееся при выдаче нового векселя обстоятельство, т.е. на лицо векселедержателя. При наличности нескольких передаточных надписей все они должны представлять непрерывный ряд, начинающийся надписью первого приобретателя и кончающейся именной или бланковой надписью. Векселедержатель не обязан удостоверяться в подлинности предшествующих надписей.

Закон (ст.18) не требует при именной надписи ничего, кроме указания на имя векселедержателя и подписи надписателя. Ни время, ни место совершения надписи не обязательны. Спрашивается, как же определить, обладал ли надписатель дееспособностью в момент совершения надписи, соответствует ли совершенная надпись законам того места, где она была произведена? Ведь все обстоятельства, имеющие значение для вексельного обязательства, должны быть указаны в самом векселе.

┌───────────────────────────────────────────────────────────────────────┐
│Вместо меня заплатите московскому купцу Петру Афанасьеву.              │
│Распорядит. торгового дома Пельц и К° Отто Пельц.                      │
│                                                                       │
│Вместо меня заплатите Семену Пантелееву.                               │
│Петр Афанасьев.                                                        │
│                                                                       │
│Вместо меня уплатите торговому дому Фарбер и К°                        │
│Семен Пантелеев.                                                       │
└───────────────────────────────────────────────────────────────────────┘

2. Аномальную форму индоссамента представляет бланковая надпись, которая состоит только из одной подписи надписателя, без указания имени нового векселедержателя, времени и места совершения надписи (ст.18). При совершении первой бланковой надписи вексель приобретает способность обращаться далее без всяких надписей, как бумага на предъявителя (ст.18). Лица, передавшие такой вексель без всякой надписи, стоят вне вексельного обязательства, а потому не отвечают перед векселедержателями в порядке вексельном. Каждый приобретатель векселей вправе обратить бланковую на нем надпись в именную обозначением следующего приобретателя векселя (ст.20).

Несомненно, допущение бланкового индоссамента находится в некотором противоречии с запрещением векселей на предъявителя. Но интересы оборота заставили допустить непоследовательность. Необходимость бланкового индоссамента обнаруживается и в случаях, напр., когда векселедержатель поручает своему доверенному расплатиться векселями за купленные товары, не зная еще, от кого последние будут приобретены, когда векселедержатель посылает вексель к учету, не зная будет ли вексель учтен этим лицом и банком.

┌───────────────────────────────────────────────────────────────────────┐
│Вместо меня заплатите московскому купцу Петру Афанасьеву.              │
│                                                                       │
│                                                                       │
│                                           Распорядитель торгового дома│
│                                                 Пельц и К° Отто Пельц.│
│                                                                       │
│                                                                       │
│                                                        Петр Афанасьев.│
│                                                                       │
│                                                                       │
│                                                       Семен Пантелеев.│
└───────────────────────────────────────────────────────────────────────┘

VII. Так как индоссамент представляет собой новую выдачу векселя, то способность к индоссаменту определяется теми же постановлениями, что и способность к выдаче векселя (ст.2). Однако, это положение относится только к настоящему индоссаменту, совершаемому посредством именной или бланковой надписи. Требование вексельной дееспособности излишне в отношении передачи векселя по безоборотной надписи и передачи без надписи векселя, имеющего бланковую надпись, — здесь достаточна наличность гражданской дееспособности.

VIII. Из самого существа индоссамента, как новой выдачи векселя, определяется время передачи. Начальный момент — тот, когда вексель попадает в руки первого приобретателя. Труднее вопрос о предельном моменте: возможна ли передача после срока платежа? Так как индоссамент есть выдача нового векселя, отличающаяся от старого только именем векселедержателя, то срок платежа остается в новом векселе тот же, что и в старом. Отсюда вытекает вывод, что индоссамент после срока платежа немыслим, как немыслимо установление обязательства с прошедшим сроком исполнения. По новому уставу, вексель, опротестованный или неопротестованный, может быть передаваем по надписям и после срока платежа, с тем однако, что надписатели, учинившие такую передачу, не подлежат обратной ответственности (ст.56), т.е. главному последствию индоссамента,

[Судебный деп. Сената признал в решении1915 г., N 3295, что для правильности передачи опротестованного векселя, в силу ст.56 Уст. Векс., необходимо, чтобы протестовавшим вексель держателем была сделана на векселе после протеста передаточная надпись, хотя бы он сам приобрел вексель по бланковой надписи (Данилова,1915 г., N 26)].

§ 60. Препоручительная передача

Литература: Вормс, Препоручительная надпись (В. Пр. и Нот. 1909, NN 29 и 31). [Бутовский, Что такое препоручительная надпись. (Право, 1913 N 23)].

I. В отличие от индоссамента, препоручительная передача имеет своего целью предоставить другому лицу осуществление права по векселю в интересе доверителя. Уполномоченный никаких прав на вексель не приобретает, — он действует от имени векселедержателя, давшего ему специальное полномочие.

II. Так как все обстоятельства, способные оказать влияние на вексельное отношение, должны найти себе место в самом векселе, то и вексельное полномочие производится особой на векселе надписью. Эта надпись должна содержать, a) полномочие, выражаемое словами «перепоручаю получить,» «доверяю получить», b) указание лица уполномоченного, c) подпись векселедержателя.

На векселе, выданном Буринским Петру Савину, последний сделал такую надпись: «По сему моему векселю доверяю получить личному почетному гражданину Александру Яковлевичу Копьеву. Петр Савин». Предъявленный на этом основании Копьевым иск к Буринскому спб. коммерческий суд в1886 г. отверг в виду того, что имеющаяся на означенном векселе передаточная надпись Савина не может быть признана правильной, так как она по своему содержанию не соответствует ни одному образцу полных или неполных передаточных надписей (Вильсон, Судебная практика, N 13). Между тем надпись совершенно правильная — препоручительная. Может быть, суд имел в виду, что Копьев, предъявляя иск на основании такого документа, как доверенный Савина, не представил доверенности на ведение дела. Но это совершенно другой вопрос, — вопрос процессуальной правоспособности.

III. Лицо, уполномоченное препоручительной надписью, вправе: 1) предъявить вексель к платежу, 2) взыскивать причитающиеся по векселю деньги, 3) передавать вексель другому лицу по препоручительной же надписи, 4) предпринимать все вообще действия, необходимые для охранения прав доверителя (ст.26). На индоссамент такая препоручительная передача не дает права уполномоченному, хотя бы он имел доверенность на выдачу векселей.

IV. Так как препоручительная передача не есть самостоятельное вексельное обязательство, как при индоссаменте, то препоручителем может быть и лицо, не обладающее вексельной дееспособностью. Передоверие также не требует вексельной дееспособности от уполномоченного, потому что он при этом не принимает на себя вексельной ответственности. Вопреки общегражданскому праву (т.X, ч.I, ст.2330), ни смерть препоручителя, ни ограничение его дееспособности, напр., объявление несостоятельным, не прекращают вексельного полномочия (ст.25).

§ 61. Принятие векселя

I. До предъявления переводного векселя трассату, последний может даже не знать о существовании обязательства, которое ему придется исполнять. Выдача тратты еще не связала его с обязательством. Этой цели приобщения трассата к вексельному отношению и служит принятие или акцепт. Принятие дает векселедержателю задолго до срока платежа основательную уверенность, что тратта будет уплачена, и создает новое ответственное перед ним лицо.

Так как векселедатель в простом векселе обязан безусловно, с момента выдачи, то простой вексель, понятно, не нуждается в принятии. |Из переводных векселей принятия не требуют и не допускают векселя со сроком по предъявлению, потому что предъявление к принятию сливалось бы с предъявлением к платежу.

II. Так как предъявление тратты к принятию вызывается интересами самого векселедержателя, то оно необязательно — это право, а не обязанность векселедержателя (ст.91). Непредъявление не составляет упущения со стороны векселедержателя, которое могло бы вредно отразиться на его правах. Необходимость предъявления существует только для векселей, писанных со сроком во столько-то по предъявлении, но не для привлечения трассата к весельному обязательству, а для определения срока платежа. В векселях, писанных со сроком по предъявлении, предъявление к принятию сливается с предъявлением к платежу.

По старому уставу, предъявление переводного векселя к принятию было обязательно для векселедержателя (ст.31), но так как закон не установил никакой санкции этой обязанности, то она и не имела никакого юридического значения.

III. Предъявление тратты к акцепту возможно тотчас после выдачи, однако, ярмарочная тратта может быть предъявлена не ранее открытия той ярмарки, которую обусловлен срок платежа (ст.92, п.2). Предельное время предъявления к принятию, казалось бы, должно быть срок платежа, так как с этого момента предъявление к акцепту сливается с требованием платежа. Но по новому уставу (ст.98) акцепт возможен и после срока платежа, притом с теми же последствиями, как если бы тратта была принята до срока платежа.

Место предъявления к принятию определяется местом, указанным при означении в тратте плательщика, а при отсутствии такого указания, — в означенном траттой месте платежа (ст.92, п.1). Конечно ярмарочный вексель предъявляется на самой ярмарке. Дело идет не о том, где тратта может быть принята, а где должно быть произведено предъявление к принятию. Трассат может принять где угодно, но непринятие им тратты вне указанного законом места не дает права протестовать.

Тратта может быть предъявлена как самому плательщику, так и его предъявителю, уполномоченному обязываться по векселям. С другой стороны, тратта может быть предъявлена не только векселедержателем, но вообще всяким, потому что трассат, принимая вексель, обязывается в отношении не предъявителя, а векселедержателя.

В виду этого тратты нередко составляются в нескольких образцах, из которых один посылается для акцепта, а другие пускаются в оборот. Чтобы каждый образец не был признан за самостоятельную тратту, необходимо означить на каждом образце, который он по счету: первый, второй (115). Отправивший один образец для предъявления к принятию, должен отметить на остальных образцах, у кого отправленный образец находится на хранении (ст.117). Имеющий в своих руках образец с указанием хранителя вправе потребовать от последнего выдачи ему акцептованного экземпляра, а в случае отказа протестовать (ст.118).

IV. В настоящее время форма акцепта обязательно письменная и притом на самом предъявленном документе. Согласие трассата принять выражается словами «принять», «акцептовать», но достаточно и одной подписи трассата, которая, очевидно, ничего другого означать не может, как принятие (ст.94). Тратта должна быть принята безусловно или вовсе не принята, потому что согласие трассата может относиться к тратте в том виде, в каком она пущена в обращение. Всякие условия, поставленные трассатом при принятии, напр., если он получит товар от трассанта, равносильны отказу в принятии (ст.95). Единственное ограничение, допускаемое в акцепте, это принятие тратты не в полной сумме. Трассат может также сделать дополнение указанием на место, где будет произведен платеж (ст.93).

Новый устав дает трассату право еще одного очень важного и совершенно неосновательного изменения содержания тратты: он может назначить от себя особого плательщика (ст.93). Но это равносильно отказу в акцепте. А между тем предъявитель не в праве протестовать.

Предъявитель не может оставаться долго в неведении относительно того, желает или нет трассат принять тратту. Поэтому закон дает трассату сроку для обдумывания 24 часа, после чего дальнейшее промедление уже признается отказом (ст.97).

V. Акцепт представляет собой вид вексельного обязательства. Юридические последствия акцепта те же, что и выдачи нового простого векселя. С момента акцепта трассат, превратившейся в акцептанта, становится обязанным перед векселедержателем совершенно самостоятельно. Трассат мог уклониться от принятия, ссылаясь на то, что у него нет основания акцептовать вексель трассанта, но акцептант уже не вправе ссылаться ни на какие основания — он сам обязался и безусловно. Единственное возможное с его стороны возражение, это возбуждение спора о подлоге подписи трассанта (но не надписателей). Так как акцепт представляет собой самостоятельное вексельное обязательство, то акцептирующий должен удовлетворить требованиям вексельной дееспособности (ст.2). В силу того же характера акцепта недостаточно совершения надписи, — необходима еще передача акцептованной тратты.

Трассат утративший акцепт на нескольких образцах одной и той же тратты, ответствует и по своим акцептам на образцах не возвращенных при платеже, если он не докажет, что обладатель принятого образца получил уже акцепт и на другом образце или знал об ошибке акцептанта (ст.116).

Увеличивая число лиц, ответственных по тратте, акцепт ничего не изменяет в положений трассата и надписателей, ответственность которых остается в зависимости от наступления условия, т.е. неплатежа акцептантом в назначенный срок.

IV. Большое значение для трассанта и надписателей имеет непринятие тратты, которое делает вероятным, что обстоятельство освобождающее их от ответственности, не наступит. Непринятием следует признавать: 1) прямой отказ по отсутствию, с точки зрения трассата, оснований к принятию; 2) условное принятие, которое может быть понято только как отказ в акцепте; 3) частичное принятие, которое составляет отказ в акцепте на остальную сумму; 4) невозможность отыскания трассата в указанном месте, которая внушает основательное опасение, что он не будет найден и к сроку платежа; 5) несостоятельность трассата, лишающая всякой надежды на получение платежа.

Вследствие непринятия тратты векселедержатель становится в трудное положение. Он взял тратту в надежде получить платеж в указанное время от трассата. Теперь эта надежда сильно поколебалась, но срок по обязательству не наступил. Он остается в состоянии неизвестности. Непринятый вексель встретит затруднения или вовсе остановится в своем обращении. Может быть два исхода из затруднительного положения векселедержателя: a) или предоставить ему требовать обеспечения от одного из ответственных перед ним лиц, трассанта или надписателя (система германская), b) или предоставить ему право требовать досрочного удовлетворения от одного из тех же лиц (система английская). Старый устав наш придерживался первой системы (ст.37), новый устав придерживается второй системы (ст.97).

Для приобретения права на досрочное удовлетворение, векселедержатель должен совершить протест в непринятии тратты (ст.97). На основании протеста векселедержатель вправе, не ожидая наступления срока платежа, потребовать от трассанта или кого-либо из надписателей удовлетворения (ст.100, п.1). Но так как в этом случае векселедержатель получает вексельную сумму ранее установленного срока и так как в современном экономическом быту капитал всегда приносит проценты, то лицо, производящее досрочное удовлетворение, вправе произвести учет оплачиваемой тратты из 6% годовых (ст.100, п.2). Само собой разумеется, что векселедержатель, допустивший акцепт уже после протеста, должен лишиться права на досрочное удовлетворение (ст.100, п.3).

§ 62. Платеж по векселю

[Литература: Кантер, К вопросу о праве вексельного должника оспаривать последнюю подпись (Вест. Пр. и Нот. 1913, N 35].

I. Должник по векселю обязан платить только правильному векселедержателю. Легитимация векселедержателя определяет условия, при которых лицо, имеющее в своих руках вексель, признается управомоченным на требование платежа. При этом имеется в виду право, дошедшее по самому векселю, а 1) не право на вексель, дошедшее по иному юридическому основанию, напр. по наследованию, и 2) не полномочие на получение по векселю, данное лицом, имеющим право по векселю.

Правильным векселедержателем признается владелец векселя, если он значится в векселе первым приобретателем (ст.23), которому он был выдан векселедателем (ст.15), разве бы оказалось, что выдачи на самом деле не было и он об этом знал (ст.16). Первый приобретатель не может требовать платежа, если вексель (или вексельный бланк) был украден или потерян.

Правильным векселедержателем признается владелец векселя, если к нему вексель перешел по передаточной надписи, но с тем, чтобы, при наличности нескольких передаточных надписей, все они имели непрерывный ряд, начинающийся надписью первого приобретателя и кончающийся именной или бланковой надписью (ст.23). Непрерывность надписей должна обнаруживаться из самого содержания надписей, а не из места на документе, где следуют надписи. Ряд надписей не прерывается: a) безоборотной надписью, b) бланковой надписью. Зачеркнутые надписи в счет не принимаются (ст.19) а потому, если какая-либо надпись окажется зачеркнутой, то правильным векселедержателем должен считаться тот, на имя которого указывает непосредственно предшествующая надпись. Основное условие легитимации векселедержателя заключается в добросовестности приобретения векселя, которая предполагается, пока не оказалось, что вексель выбыл из владения предшественника векселедержателя помимо его воли и векселедержатель об этом знал (ст.24).

II. Вексель, простой и переводный может и должен быть предъявлен к платежу в установленный срок. Он должен быль предъявлен в это именно время, несмотря ни на какие обстоятельства, способные в других случаях извинить кредитора. Вексель — обязательство строго формальное, точное соблюдение срока интересует кроме векселедержателя, и других лиц: к этому моменту держат наготове денежные суммы векселедатель и трассат, опасаясь влияния протеста на их кредит. Надписатели по прошествии срока платежа считают себя свободными от ожидаемого обратного взыскания. Запоздалое предъявление векселя к платежу способно запутать все эти правильные, с хозяйственной точки зрения, расчеты. Поэтому требуется точное соблюдение сроков при осуществлении прав по векселю.

Отсюда обнаруживается вся важность, какую имеет исчисление срока платежа по векселям.

1. Если вексель выдан с определенным календарным сроком, то срок платежа наступает в то число, которое указано.

Если срок платежа назначен без числа «в начале марта месяца», то срок наступает 1 марта; если срок назначен «в середине марта месяца», то срок наступает 15 марта; если срок назначен «в конце марта месяца», то срок наступает 31 марта (ст.5, в конце).

2. Если вексель выдан со сроком а dato, т.е., во сколько-то времени от составления, то исчисление срока производится по следующим правилам: a) при определении времени днями срок наступает в последней из назначенного числа дней, причем день составления в счет не полагается; b) при определении времени неделями — в тот день, который по названию соответствует дню написания векселя; c) при определении времени месяцами — в тот день срочного месяца, который по числу соответствует дню составления векселя, а за неимением такого числа в срочном месяце — в последний день этого месяца.

Примеры: a) вексель выдан сроком через сорок дней от сего и датирован 3 января; начиная счет с 4 января, мы находим, что 40 дней истечет 12 февраля, значит 12 февраля и есть день срочный; b) вексель выдан сроком через 6 недель от сего и датирован 3 января, а так как 3 января было в пятницу, то срочный день будет также в пятницу, а именно 14 февраля; c) вексель выдан сроком через три месяца и датирован 31 января: срочный день придется на 30 апреля.

3. Если вексель выдан со сроком «по предъявлении», то срок платежа наступает в день предъявления векселя к платежу.

Старый устав содержал весьма разумное правило, к сожалению, исключенное из нового устава: срок векселя, писанного по предъявлении, считался наступившим не в день предъявления, а в сутки после его предъявления к принятию (ст.57). Это устраняло страх за наличность кассы, которая может оказаться к концу делового дня ниже вексельной суммы, а взять денег с текущего счета в банке уже поздно. Недобросовестный кредитор может намеренно воспользоваться этой комбинацией, чтобы довести до протеста вексель вполне состоятельного должника.

Для векселей, писанных сроком по предъявлении, с присоединением еще особого срока, до истечения которого вексель должен был предъявлен к платежу (ст.6), срочный день наступает, если векселедержатель не предъявлял его в пределах данного ему времени, в последний день этого особого срока (ст.38, п.1).

Вексель выдан 3 января по предъявлении с особым сроком в 40 дней. Начиная с 4 января векселедержатель может каждый день воспользоваться своим правом. Но 12 февраля последний день его произвола.

4. Если вексель выдан со сроком a viso, т.е. во столько-то времени от предъявления, то срочный день определяется по тем же правилам, какие установлены для векселей а dato. Разница лишь та, что исходным моментом является не составление, а предъявление векселя.

Примеры: a) вексель выдан по предъявлении через десять дней, предъявление состоялось 6 февраля; начиная с 7 числа, десять дней истекает 16 февраля, — это и есть срочный день; b) вексель выдан по предъявлении через неделю, предъявление состоялось 5 февраля, в среду, — срочный день приходится в среду же 12 февраля; c) вексель выдан по предъявлении через месяц, предъявление состоялось 31 января, — срочный день приходится на 28 февраля.

Для векселей, писанных сроком во столько-то от предъявления, с присоединением еще особого срока, до истечения которого вексель должен быть предъявлен для отметки дня предъявления (ст.6), срочный день наступает в последний день, в соответствующий день недели, в соответствующее число месяца, считая от дня предъявления. Если вексель не был вовсе предъявлен в течение установленного времени, то исчисления срока производится с последнего дня, назначенного для предъявления времени (ст.38, п.2).

Выдан вексель 3 января по предъявлении в две недели, предъявить не позже трех месяцев. Вексель предъявлен и отмечен 1 марта в субботу — срочный день наступает в субботу 15 марта. Если вексель не был предъявлен в течение трех месяцев — срочный день наступает 17 апреля (9 апреля — две недели).

5. Если вексель выдан с ярмарочным сроком, то срочный день наступает, согласно исторической традиции, накануне дня, определенного для закрытия ярмарки, а если ярмарка однодневная, то в самый день ярмарки.

Вексель выдан сроком на Макарьевской ярмарке. Срочный день наступает 25 августа, в последний день официальной ярмарки.

6. Если вексель выдан «по предъявлении на ярмарке», то срочный день совпадает с днем предъявления.

По новому закону векселя сроком на определенный день, a dato и a viso могут быть предъявлены или в день наступления срока или в один из двух ближайших за тем дней (ст.4). Это традиционные дни для кредитора, взамен вероятно, традиционных дней для должника, ныне отмененных.

???. Ранее наступления срока платежа нет обязанности платить ни для векселедателя в простом векселе, ни для акцептанта в переводном. Но нет обязанности и для векселедержателя принимать платеж. По взаимному соглашению платеж, полный или частичный может состояться и раньше времени.

Новый устав и это называет досрочным платежом (ст.36), смешивая одним термином и одними статьями (ст.100) два таких различных представления: досрочный платеж, как последствие соглашения, и досрочный платеж, как последствие непринятия тратты.

IV. Для осуществления права, на денежную сумму, выраженную в обязательстве, необходимо предъявление векселя. Право на вексель связано тесно с документом, так что исполнение по векселю возможно только в обмен на документ (ст. 47). Тратта должна быть предъявлена трассату в срок платежа хотя бы она и не была принята им, если только векселедержатель не получил уже досрочного удовлетворения. Вексель должен быть предъявлен в торговом помещении, напр., в конторе векселедателя и трассата, а если такового не имеется, то в его квартире (ст.44). Вексель должен быть предъявлен правильным векселедержателем т.е. лицом, которому вексель был выдан, или к которому он дошел по непрерывному ряду надписей, или же вручением, если последняя надпись была бланковая.

Если вексель не был предъявлен к платежу, или хотя и был предъявлен, но предложенная сумма не была принята векселедержателем, то векселедатель (или трассат) имеет право, по истечении срока, установленного для учинения протеста, внести сумму в депозит суда (стт.48, 102 п.2).

V. В противоположность общему гражданского права, что частичное исполнение возможно лишь при согласии кредитора, векселедержатель не вправе отказаться от принятия уплаты части вексельной суммы (ст.47). Неудовлетворенный в остальной сумме, он только относительно ее и вправе обращаться к ответственным по векселю лицам.

VI. Материальная строгость векселя заключается в устранении влияния всех обстоятельств, которые не нашли себе места в самом векселе. Векселедержатель не должен бояться встретить возражения, которых он не в состоянии предусмотреть. Поэтому ответственное по векселю лицо, к которому обращено вексельное требование, может защищаться только такими возражениями, 1) которые вытекают из постановлений вексельного устава или 2) которые вытекают из непосредственных отношений должника к векселедержателю (ст.33). Возражения первого рода могут быть противопоставлены должником каждому на основании содержания векселя и согласно вексельному уставу, напр., вследствие прерванного ряда надписей. Возражения второго рода могут быть противопоставлены должником только данному векселедержателю на основание личных между ними отношений, хотя бы и не обнаруживающихся из содержания векселя, напр., вследствие условленной отсрочки, полученного платежа, заведомой безденежности.

Отсрочка могла быть дана в особом от векселя документе, — она обязательна для согласившегося на нее, но не для кого-либо другого. Векселедержатель мог получить платеж по другому образцу и вторично получить не вправе, хотя всякий другой векселедержатель другого образца может требовать платежа, который для должника окажется вторичным. — Спор о безденежности векселя допустим только против первого приобретателя, против же последующих приобретателей, к которым вексель перешел по правильной надписи, спор допустим тогда лишь, когда приобретший вексель знал при приобретении о его безденежности. Свидетельскими показаниями можно доказывать, что приобретатель знал о безденежности, но не самую безденежность (см. ук. Судебного деп. Сената1915 г. N 1790 — Данилова,1915 г., N 28).

VI?. Формальный характер вексельного обязательства требует, чтобы доказательство платежа основывалось на самом документе. Если бы вексельный должник произвел платеж, не отобрав самого векселя, он принужден был бы платить вторично добросовестному приобретателю уже оплаченного векселя, проще всего, конечно уничтожить оплаченный вексель, но в торговом быту необходимо сохранить его. Возможно надорвать документ и тем сделать его негодным к обращению. Но такой прием, практикующийся действительно, не преграждает споров о случайности надрыва, даже злонамеренности. Лучшим доказательством является расписка векселедержателя в получении платежа по векселю, который и переходит в руки оплатившего лица. Однако, при частичном платеже вексель остается на руках векселедержателя, с отметкой об уплате, но на этот раз не векселедержателя, а лица, которое произвело уплату (ст.47).

§ 63. Последствия неплатежа

[Литература: Григорьев, Вексельный протест в России, его недостатки и необходимость реформы. 1914].

I. Различны могут быть причины неплатежа: 1) Акцептант может отказаться платить, хотя бы он и принял; в таком же положении и векселедатель в простом векселе. 2) Векселедатель и акцептант соглашаются платить только частично. 3) Неплатеж наступает не вследствие отказа, а по невозможности платить, при объявлении векселедателя (в простом векселе), акцептанта (в тратте) несостоятельным должником. 4) Такая невозможность обнаруживается в случае смерти обязанного платить по векселю лица, когда нет никого из наследников, кто мог бы исполнить обязательство.

II. Неплатеж составляет весьма важное обстоятельство в вексельном отношении: им обусловливается ответственность лиц, участвующих в вексельном обязательстве. Официальное удостоверение обстоятельства, влияющего по закону на вексельное отношение составляет протест. Такими обстоятельствами являются: непринятие тратты и неплатеж как по простому, так и по переводному векселе (стт.47, 97, а также 38, п.2). Протест совершается нотариусом, которому векселедержатель представляет вексель в день, указанный законом для требования платежа. В тот же день нотариус, лично или письменно, предъявляет требование о платеже (о принятии) векселедателю или акцептанту. Если до 3 часов следующего для не состоится акцепт или не наступит платеж, нотариус производит у себя запись в реестре и делает отметку на векселе. Не позднее следующего за совершением протеста дня составляется и самый акт о протесте векселя. Этот акт, вместе с векселем, выдается лицу, по требованию которого совершен протест. Одновременно с совершением протеста в неплатеже нотариус обязан послать письменное о том извещение тем из ответственных по векселю лиц, адреса которых стали нотариусу известны.

Таков порядок протеста, установленный новым законом (стт.67 — 72, 111). Следует заметить, что, согласно ст.68, протест считается совершенным со времени учинения отметки на векселе о произведенной в реестре записи, но в действие протест вступает лишь по составлении акта протеста. Это, с юридической точки зрения, способно вызвать много недоразумений: если протест совершен, факт неплатежа официально удостоверен, то может ли несовершение акта о протесте повлиять уничтожающим образом на права, связанные с протестом?

III. Неплатеж, официально удостоверенный протестом, дает векселедержателю право регресса к надписателям в простом векселе, к надписателям и трассанту в переводном.

а. Порядок регресса в истории изменялся. 1) Первоначально обратное требование могло быть предъявлено к последнему надписателю, и только в случае неудовлетворения могло быть направлено к надписателю, выше стоящему, так что регресс шел последовательно, поднимаясь со ступени на ступень и не минуя ни одного надписателя. 2) Позднее была допущена возможность для векселедержателя, превращающегося в регредиента, выбрать наиболее надежного, по его мнению, надписателя и перескочив несколько ступеней, обратиться непосредственно к нему. Зато все надписатели, стоящие ниже избранного, освобождались от ответственности, так что регредиент, не получивший удовлетворения от избранного им надписателя, мог искать платежа только с надписателей, стоящих выше в ряду сделанных надписей. Этого порядка (per ordinem) придерживался наш вексельный устав 1832 года. Наконец, на последней стадии своего развития право регресса может быть осуществлено в отношении каждого из надписателей, независимо от порядка надписей, впредь до полного удовлетворения. Этот порядок (per saltum) принят уставом о векселях 1902 года.

b) Объем регресса не совпадает с первоначальным требованием (ст.50). Векселедержатель вправе требовать от лица, ответственного перед ним: 1) вексельную сумму; 2) проценты с вексельной суммы, из 6% годовых, за время от срока платежа по день удовлетворения; 3) сопряженные с протестом издержки, включая и издержки по извещению ответственных лиц (ст.72); 4) пеню в размере 1/4% с общей неуплаченной суммы.

Надписатель, оплативший вексель по требованию векселедержателя, превращается сам в регредиента. Ответственными перед ним являются надписатели, стоящие выше его, но не ниже, а также трассант в переводном векселе. Объем его требования определяется: 1) суммой обратного удовлетворения, 2) 6% годовых с той суммы, считая со дня оплаты по день удовлетворения, 3) пеней в размере 1/4% с общей суммы (ст.53).

Возрастание объема регрессной суммы способно заинтересовать ответственных по векселю лиц в скорейшем выкупе векселя, и закон дает им это право. Если регредиент вправе выбрать кого ему угодно из ответственных перед ним лиц, зато и каждое из этих лиц вправе предложить ему удовлетворение, от которого регредиент не может уклониться (ст.54). Если такое предложение последует от нескольких лиц, то преимущество дается тому из них, чей платеж освободил бы от ответственности наибольшее число обязанных по векселю лиц.

c) Формальная, сторона регресса ныне значительно упрощена. Достаточен один протест, совершенный против векселедателя и трассата. С неоплаченным векселем и актом протеста в руках регредиент может переходить от одного надписателя к другому, пока не получит удовлетворения. Теперь не требуется совершать протест против каждого надписателя, отказавшего в платеже. Надписатель, к которому предъявлено обратное требование, не обязан платить, не получив в обмен самый вексель, на котором он вправе зачеркнуть как собственную надпись, так и последующих, но не предшествующих, надписателей (ст.52).

IV. Не получив платежа по векселю в срок от векселедателя (в простом векселе) или акцептанта (в переводном), векселедержатель может найти осуществление права различными способами. 1) Он может обратиться к этому лицу с иском и взыскивать с него в судебном порядке то, что тот должен по принятому им на себя обязательству. 2) Он может, в силу вексельного преимущества, предпочесть обратиться к одному из ответственных, перед ним лиц. 3) Он может трассировать на одно из ответственных перед ним лиц переводный вексель, сумма которого равнялась бы сумме, на которую он имеет право по обратному требованию. В основание такого обратного векселя (римессы) ляжет акт протеста, о котором трассат будет, конечно, предуведомлен с целью побудить его к акцепту.

Согласно мотивам, приложенным к новому вексельному уставу, в нем обойден молчанием последний способ осуществления права в виду того, что римессы, известные уставу1832 г., почти не встречались в практике. Однако, ниоткуда не следует, чтобы выдача обратных векселей была воспрещена по новому закону.

V. Последствия, какие влечет за собой упущение протеста, могут быть различны. 1) В виду строго формального характера, неопротестованный вексель может быть лишен совершенно вексельной силы, с сохранением за ним значения общегражданского обязательства. Такова была точка зрения устава о векселях 1832 года (стт.94 и 95). 2) Неопротестованный вексель, не лишаясь совершенно вексельной силы и не превращаясь в общегражданское обязательство, может быть лишен только некоторых преимуществ, присвоенных векселю по сравнению с другими обязательствами. Такова точка зрения устава о векселях 1902 года.

По новому закону упущение протеста векселя влечет за собой: a) отпадение ответственности надписателей, но не векселедателя в простом векселе (ст.55) и не трассанта в переводном, если только тратта не была акцептована, потому что после принятия трассанта приравнивается к надписателям (ст.103, п.5); b) потерю права на проценты, начисляемые со дня просрочки, при сохранении права — со дня предъявления иска (ст.50); c) устранения обязательного обеспечения исков, в котором судья не в праве отказать, когда такое требование основывается на опротестованном векселе (стт.125 и 595 Уст. Гражд. Суд.); d) недопущение предварительного исполнения, обязательного для суда в случае, когда присуждено взыскание по опротестованному векселю (Уст. Гражд. Суд. по Прод. 1906, ст.138 и 737); е) отнесение конкурсной претензии, основанной на векселе, при несостоятельности должника, не к первому роду и второму разряду, куда попадают опротестованные векселя, а ко второму роду и третьему разряду (Уст. Суд. Торг. стт.488, 489 и 505).

§ 64. Посредничество

I. Трассант, трассируя переводный вексель, может усомниться, исполнит ли трассат данное ему предложение. Промежуток времени от выдачи тратты до срока платежа довольно велик, и к последнему моменту акцептант может оказаться несостоятельным. А может случиться, что он даже не найдет основания принять тратту. То же самое может произойти и в простом векселе: такое сомнение может возникнуть у каждого из надписателей по отношению к векселедателю. Между тем непринятие или неплатеж способны дурно отразиться на кредите ответственных лиц. Для устранения опасности в векселе назначаются особые лица, посредники, которым вексель должен быть предъявлен «на случай» затруднений, возможных с первоначальным плательщиком, векселедателем или трассатом. С другой стороны, непринятие или неплатеж могут наступить совершенно неожиданно, когда и не возникало никакого сомнения. Если в решительную минуту, когда готовится протест, угрожающий торговому кредиту, явится лицо, желающее вступиться «за честь» кого-либо из ответственных лиц и уплатить векселедержателю, — оно должно быть допущено к платежу, потому что у векселедержателя не может быть интереса уклоняться от удовлетворения. Подобное вмешательство постороннего лица по предварительному указанию или по собственному побуждению составляет посредничество.

II. Рассмотрим сначала посредничество в принятии, которое, очевидно, может относится только к траттам.

1. Если посредник был указан в самой тратте трассантом или кем-либо из надписателей, казалось бы, векселедержатель, приняв тратту с посредником «на случай», должен бы подчиниться этому вексельному условию и допустить такого посредника к принятию. Но новый устав решает вопрос иначе: векселедержатель волен обратиться к посреднику или уклониться от посредничества «на случай» в принятии (ст.106). Однако, обратившись к указанному посреднику, векселедержатель лишается права на досрочное удовлетворение (ст.108), которое составляет последствие непринятия. Посредничество есть тоже вексельное обязательство, и посредник должен обладать вексельной дееспособностью.

В данном вопросе новый вексельный устав отступил от лучших образцов законодательных, как германский вексельный устав § 59, итальянский торговый кодекс 6272, швейцарское обязательственное право § 777, и без всякого основания принял систему английскую.

2. Посредничество «за честь» в принятии должно иметь иное значение, чем посредничество «на случай». Этот посредник, заранее непредусмотренный, может быть, не внушает достаточного доверия. Было бы странно заставлять векселедержателя оказывать кредит человеку, которого он не желает иметь своим должником. Наш закон представляет усмотрению векселедержателя согласиться или нет на акцепт посредника, добровольно вступившего за честь кого-либо из ответственных лиц. Принятие «за честь» означается надписью на векселе с указанием лица, за честь которого тратта принята.

Таким образом, наш закон не делает различия между посредничеством «на случай» и посредничеством «за честь» в принятии (ст.106). Однако, когда сам трассат, отказавшейся акцептовать тратту от себя, предлагает свое посредничество за чью-либо честь, то векселедержатель не вправе отклонить это предложение. Это, вероятно, потому, что, принимая вексель, векселедержатель заранее согласился верить этому лицу, которое только выступает в иной роли. Это соображение верное, но его следовало бы иметь в виду и при обсуждении посредничества «на случай».

III. Иной характер носит посредничество в платеже. Здесь предлагается не обязательство, а исполнение. Векселедержатель, которого недоверие к исполнительности посредников могло быть оправдано, не имеет никакого основания уклоняться, когда ему предлагают вексельную сумму сполна.

1. При посредничестве «на случай» неплатеж в срок со стороны векселедателя в простом и акцептанта в переводном векселе обязывает векселедержателя предъявить вексель с актом протеста, в месте платежа, каждому из назначенных посредников. При упущении обращения к ним векселедержатель теряет право регресса (ст.63). Посредник, по оплате векселя, вступает в права векселедержателя (ст.64).

2. Посредничество «за честь» кого-либо из ответственных лиц, предлагаемое до или во время совершения или даже после, но только до составления акта протеста, должно быть принято векселедержателем (ст.66). Уклонение лишает последнего права регресса (ст.62), исполнение дает посреднику права векселедержателя (ст.64). Если платеж предлагается несколькими посредниками, то преимущество отдается тому из них, чей платеж освобождает от ответственности наибольшее число лиц (ст. 65).

Посредники не должны быть смешиваемы с поручителями по векселю. Составители нового устава обращают особенное внимание на то, что вексельное поручительство в его новой постановке (стт.57 — 59) есть обязательство не акцессорное, а самостоятельное. Но извращать безнаказанно природу института нельзя. В отделке составителей вексельное поручительство действительно не имеет акцессорного характера, но оно не имеет и характера поручительства. Вексельный поручитель ответствует точно так же, как и то лицо, за которое он поручился — таково основное положение которое сразу ставит вексельного поручителя на одну доску с солидарными векселедателями, предусмотренными ст.10, или солидарными надписателями (приобретателями), предусмотренными ст.17. Положение это и неверно, потому что, в силу стт.73 и 212, для поручителя установлена годичная давность, тогда как для векселедателя или трассата — пятилетняя.

§ 65. Прекращение вексельного требования

[Литература: Валицкий, О значении утраты векселя с точки зрения нашего вексельного и гражданского права (Ж. М. Ю. 1913, N 6)].

I. Вексельное обязательство обладает рядом особенных последствий, ему свойственных, которые в совокупности придают ему вексельную силу. В виду строго формального характера результатом упущения в порядке осуществления прав со стороны векселедержателя является потеря вексельной силы, заключающаяся в том, что от вексельного обязательства отпадают все или некоторые особенности. Такой результат наступает, напр., при передаче векселя лицом, не обладающим вексельной дееспособностью, вследствие упущения протеста, устранения посредника. Потеря вексельной силы не обусловлена виной векселедержателя, — она наступает, хотя бы упущение произошло под влиянием непреодолимой силы или вообще без его вины (ст. 35). Не следует забывать, что вексель есть воплощение ряда обязательств, — векселедателя, трассанта, надписателя, акцептанта, посредника, поручителя, — и каждое обязательство должно быть обсуждаемо отдельно с точки зрения вексельной его силы.

II. Так как осуществление прав по векселю непосредственно связано с обладанием документом, то утрата векселя должна повлечь за собой потерю вексельного требования. Документ сгорел, потонул или иначе погиб — вексельное требование потеряно. Но документ мог быть потерян или похищен, следовательно он существует, но только находится не в руках субъекта права. Здесь возникает трудная задача — предупредить, чтобы платеж не был произведен лицу, недобросовестно приобретшему утраченный вексель, и, с другой стороны, предоставить лицу, утратившему вексель, возможность получить платеж, несмотря на утрату векселя.

Утративший вексель может просить суд о воспрещении векселедателю, если утрачен простой вексель, трассату, если утрачен переводный, производить в срок платеж по такому векселю, Суд, а в крайнем случае сам председатель суда, признав представленные объяснения по поводу утраты правдоподобными, постановляет определение о приостановлении платежа в течение года, о чем и сообщается лицу, обязанному платить (ст.78). Это не мешает обязанному платежом лицу в срок платежа внести вексельную сумму в депозит суда, чтобы освободить себя от этого дела (ст.79). Если явится лицо, в чьих руках находится вексель, то, по его просьбе, суд назначает заявившему об утрате срок для предъявления иска об истребовании векселя, и, если в назначенный срок такого иска предъявлено не будет, суд отменяет определение о приостановлении платежа до истечения года (ст.80). Лицо, в чьих руках вексель, может предпочесть положение истца; и закон (ст.80) предоставляет ему эту возможность, хотя остается не вполне ясным содержание такого искового требования. Независимо от просьбы о воспрещении платежа, лицо, утратившее вексель, может просить суд о разрешении получить платеж по такому векселю, внесенный в депозит суда. Такая просьба может быть удовлетворена только под условием надежного обеспечения (ст.81).

В случае ложных показаний об утрате неоплаченного векселя виновные подвергаются уголовному взысканию (тюрьма от 1 до 8 месяцев). Представленное для получения платежа обеспечение подлежит отмене, если в течение 5 лет со времени срока платежа не будет вовсе предъявлено требования об уплате.

III. На вексельное требование так же разрушительно действует вексельная давность. При той строгости, которая присуща вексельному обязательству, невозможно допустить, чтобы лица, ответственные по векселю, находились в течение долгого времени под страхом вексельного требования. Общегражданский срок, 10-летний, представляется слишком продолжительным. Поэтому одни законодательства, сокращая срок давности для вексельного требования, оставляют в действии общий срок для того же обязательства, как гражданского, а не вексельного обязательства. Так поступал старый устав о векселях (ст.95). Другие законодательства устанавливают сокращенную давность для вексельного обязательства с устранением действия общего срока давности. Так поступает новый устав о векселях, заявляющий, что пропуск срока для предъявления иска к ответственным по векселю лицам сам собой освобождает от всякой ответственности по векселю тех из этих лиц, в отношении которых срок пропущен (ст.77).

Составители нового устава исходили из того взгляда, что «сроки для предъявления иска по вексельному требованию не подходят под понятие давности и не должны подчиняться правилам о давности, а суть такие сроки, истечением которых безусловно прекращается самое право». Вопрос о том, прекращает ли давность иск или же самое право, — вопрос спорный. Но отсюда еще не следует, чтобы установленные законом сроки не подходили под понятие о давности.

По новому вексельному уставу для вексельных требований определены различные сроки:

1. Самый краткий, 6-ти месячный срок, установлен для надписателя, обращающегося, по оплате им векселя, регрессивно к предшествующим надписателям (ст.74). Этот срок считается со дня оплаты векселя регредиантом.

2. Годичный срок установлен для исков векселедержателя к надписателям и поручителям в простом векселе (ст.73), а в переводном еще к трассанту (ст.113). Этот срок считается со дня учинения протеста в неплатеже.

3. По истечении трех лет со дня наступления срок платежа по векселю, предъявление исков между надписателями и к поручителям (ст.75), а в переводном векселе и к трассанту (ст.114), не допускается.

4. Срок пятилетний установлен для исков со стороны векселедержателя к векселедателю в простом векселе (ст.73), к акцептанту в переводном (ст.112). Срок исчисляется со дня срока платежа.

Течение всех указанных сроков ни в каком случае не приостанавливается. Оно прерывается только: 1) предъявлением иска по векселю, 2) требованием по векселю в конкурсном порядке, и 3) заявлением просьбы о привлечении ответственного по векселю лица (ст.76).

[В практике неоднократно возникал вопрос, прерывает ли течение вексельной давности заявление претензии по векселю в администрацию. Пр. Сенат за последние годы стал определенно на ту, совершенно правильную, точку зрения, что ни заявление претензии по векселям в администрацию, ни признание долга по векселю самим должникам или администрацией, не прерывает, по точному смыслу ст.76 Уст. Век. течения вексельных сроков (реш. 2 Общ. Собрания1914 г., N 5, — Данилова,1914 г., N 26 гр. касс. деп.1914 г., N 53, судебного деп.1915 г. NN 822 и 925 — Данилова,1915 г., N 30 и 31; иначе Судебн. деп.1904 г. N 2333 — Дегтев, N 70: ср. гр. касс. деп.1914 г. N 76.

Отдел V. Морское право

§ 66. Общее понятие о морском праве

Литература: Струкгов, Курс Морского законоведения 1896, Доливо-Добровольский, Закон и обычай в эволюции морского права («В. Пр.» 1902, N 2). Филиппов, Торговля мореплавание, в. I, 1906, (Федоров, Морское право, 1913].

I. Историческое развитие морского права представляется довольно медленным и связанным с техническими успехами кораблестроения и мореплавания. Достаточность небольших судов для прибрежного плавания создала товарищеское соединение между моряками, из которых одному вручалась роль капитана, для предоставления судна в пользование купца. Могло случиться и иначе: несколько купцов покупали совместно судно для отправки своих товаров, и один из них вел это судно в качестве капитана. Судохозяева, грузохозяева и даже капитан сосредоточиваются в одном лице. Наем судна задолго предшествовал фрахтовому договору. Открытие новых стран в XVI веке потребовало сооружения огромных судов, стоимость которых была по средствам лишь большим компаниям: капитан и матросы из хозяев превратились в наемных лиц. Вместе с тем наем такого судна для перевозки товаров оказался не по силам одному, а не всегда можно было найти товарищей. Кроме того, далекое плавание не позволяло самим грузохозяевам сопровождать свои товары. Явилась необходимость заменять себя особым уполномоченным (суперкарга), а потом вручать свой товар судохозяину, — фрахтовый договор сменил цертепартию. Риск перевозки, вышедшей из пределов прибрежного плавания, заставил переносить страх на других лиц, и тем открылась широкая сфера для применения страхования. Появилось морское страхование на акционерных началах.

Та же техника повлияла и на отношение между судохозяином и служащими на судне. Роли судохозяина и капитана разделились, когда стоимость судна стала значительно превышать те средства, какими располагал человек, имеющий за собой знание морского дела и опытность. Отдаленное плавание и масса неожиданностей, которыми богато морское плавание, принудили предоставить капитану такой объем полномочий, какого не имел ни один доверенный на суше. Сильное повреждение от бури или пиратов могло остановить корабль в каком-либо порте без всяких средств для исправления к дальнейшему плаванию. Судохозяин не мог помочь издалека своему кораблю. Сама необходимость заставила дать капитану в таком крайнем состоянии право заложить вверенное ему судно без согласия собственника. Появилась бодмерея.

Корабль в море, под управлением наемного капитана, без надзора хозяина, должен был отделится от остального хозяйственного имущества, которое, нельзя было привлекать к ответственности по операциям морским — образовалось понятие о fortune de mer.

Таковы юридические особенности, появившиеся в морском торговом плавании, создавшие особое торговое морское право. Многое со временем было заимствовано от него сухопутной торговлей (напр., в деле страхования), и, наоборот, многое стало терять свою особенность, благодаря опять-таки изменению техники (напр., в полномочии капитана).

II. Внешняя история морского права начинается сборниками морских обычаев, сложившихся частью в границах Средиземного моря, частью у северных берегов Европы. История морского законодательства открывается знаменитым Ordonnanse de la marine, 1681 года, область применения которого была много шире области его юридической силы, как закона. В XIX веке, при общей кодификации, морскому праву также было уделено внимание в торговых уложениях. Сходство постановлений по этим вопросам в различных европейских кодексах объясняется тем, a) что европейские страны долго жили под действием одного и того же обычного права, b) потом подчинились добровольно принципам французского законодательства и, наконец, c) намеренным сближением законодательных норм, потому что всякое уклонение от общепринятых начал в торговом мореплавании наверное обрекает работу законодателя на неудачу.

Хотя уже в договорах с греками встречаются зачатки морского права (I, 8 и II, 9), но оторванная потом от морских берегов, Россия не могла ни приобщиться к европейскому обычному праву, ни развить свое собственное. Ей удалось пробиться к морю тогда, когда на Западе период обычного права стал уступать место законодательному. При Петре I образцом могли служить только работы ближайших соседей. Устав об эверсах 1720 года, определявший весьма подробно отношения между судохозяином и грузохозяином, явно обнаруживает следы германо-голландского происхождения. Этому закону еще чужд фрахтовый договор, — он знает только наем судна. Изданный в 1724 году Морской торговый регламент и устав имеет чисто фискальное значение. Только во второй половине XVIII века, при сближении с Францией в царствование Екатерины II, появляется у нас Устав о купеческом водоходстве 1781 года. Это весьма точное воспроизведение изданного ровно за сто лет французского образца. Отвечавший своему времени, этот устав, представляющий ныне действующее законодательство, значительно уже отстал от движения морского законодательства на Западе за XIX столетие. Только некоторые его части подвергались позднейшему пересмотру, как морское страхование — в1846 г., корабельная регистрация — в1865 г. Но и это неспособно удовлетворить современным запросам. (В1909 г. Министерство торговли и промышленности выработало проект уложения о Торговом мореплавании, переработанный в новой редакции 1911 года, но в стадию законодательной обработки он еще не вступал).

III. Морское право, как специальное, имеет свою область применения. Положения морского права применяются в пределах моря, — на озера и реки его действие не распространяется.

Такова точка зрения всех законодательств; только итальянское решилось разорвать связь с историческими традициями и дать вместо морского, водное право, которому подчиняется плавание по морю и внутренним водам, озерам и рекам. Устав о купеческом водоходстве 1781 года рассчитан был на плавание по рекам, озерам и морям. Только при составлении Свода Законов действие этого пункта было ограничено морской торговлей.

Следовательно, нормы морского права неприменимы у нас к озерам, как бы ни были они велики. Это относится к озерам Ильменю, Чудскому, Ладожскому, хотя последнее тесно связано с морем. Но морское право должно быть распространено на Каспийское море.

С точки зрения физической географии, Каспийское море, отрезанное от океана, есть озеро, а не море. Но с точки зрения исторической и экономической Каспийское море рассматривалось всегда как море. Поэтому положения морского устава о перевозке, страховании, аварии применимы к отношениям, возникающим на почве плавания по каспийским водам.

С другой стороны следует заметить, что границы применения морского устава расширяются в том отношении, что ему подчиняются и устья рек, впадающих в открытые моря. У нас это обстоятельство имеет значение в виду таких больших рек, как Западная Двина, Нева, Днепр, открывающие доступ в свои устья крупным судам. Сделки, заключаемые во время стоянки этих судов в реках, подлежат действию норм морского устава.

Напр., в Неве у С.-Петербурга стоит пароход, отправляющийся в Шербург. Договоры о перевозке груза, принимаемого этим пароходом, страхование груза и самого парохода, наем капитана и матросов — все это совершается по морскому уставу.

Постановления второй книги Устава Торгового с 1909 года распространяются и на морские торговые суда под иностранным флагом, за исключением тех случаев, когда данное постановление, по прямому своему смыслу, может иметь применение только к судам, плавающим под русским флагом (ст.165,1 по свод. прод.1912 г.).

§ 67. Морские торговые деятели

Литература: Гольдмерштейн, Морское право России, Германии, Франции, Англии и Швеции, 1903; Барон Нольде, Об ограниченной ответственности судохозяев по уставу торговому (Ж. М. Ю. 1908., NN 7 и 8).

I. Судохозяин. Под этим именем понимается лицо, обладающее морским судном с целью производства промысла. Этот промысел может заключаться в перевозке товаров или пассажиров, в буксировании, в ловле рыб, тюленей, китов. Чаще всего судохозяин есть вместе с тем и собственник судна. Однако, нередки случаи, когда судохозяин нанимает судно, и признак, делающий его, а не собственника, судохозяином — это снаряжение судна, с материальной и личной стороны.

Вопрос о том, кто судохозяин, представляется весьма важным с точки зрения законодательства, дозволяющего только своим подданным быть судохозяевами. У нас право заниматься перевозкой на морских судах предоставляется как русским подданным, так и иностранцам (Уст. Торг. ст.164). Изъятие установлено лишь для каботажного судоходства, которое возможно лишь для русских подданных (ст.165). Под каботажем понимается перевозка из одного русского порта в другой, хотя бы и лежащий на другом море, напр., из Петербурга в Одессу (ст.165).

Как всякий хозяин торгового предприятия, судохозяин обязан отвечать за действия своего доверенного, капитана, всем своим имуществом и непосредственно. Однако, в виду невозможности для судохозяина следить за действиями капитана, исторически установилось ограничение этой ответственности пределами ценности судна, находящего в распоряжении капитана, и суммой фрахта за данный рейс (fortune de mer). Наше законодательство допускает такую ограниченную ответственность судохозяина, но не для всех вообще действий капитана, а только для действий, обнаруживающих его умысел или неосторожность. Следовательно, по сделкам, заключенным конторой или самим капитаном, судохозяин отвечает всем своим имуществом.

[Практика гр. касс. деп. и Судебного деп. Сената в отношении применимости ст.240 Уст. Торг. к сделкам, заключенным самим судохозяином, расходится. Гр. касс. деп. в решении1894 г. N 6, признал, что в таких случаях судохозяин отвечает всем своим имуществом. Судебный же деп. в решении1914 г. N 947 признал, что ст.240 имеет в виду вообще вред и убытки, причисленные капитаном при отправлении им служебных обязанностей, не делая исключений ни по отношению к предмету убытков, ни по отношению к категории действий или упущений капитана, ни по отношению к лицам, от его неправильных действий или упущений, вред и убыток потерпевшим. Субсидиарная ответственность судохозяина и прямая непосредственная и неограниченная ответственность капитана положительно предусмотрены в ст.240 также и в случаях неисполнения или ненадлежащего исполнения капитаном заключенного судохозяином или его агентами договора морской перевозки, а именно, в случаях повреждения или гибели груза последствие аварии по вине капитана (Данилова,1914 г., N 22; также1891 г. NN 1 — Добр.-Бер, II, N 422, ср. реш. гр. касс деп.1914 г. N 4)].

Льготная ответственность судохозяина выражается в его праве: уступить взыскателям судно и фрахт или предложить денежную сумму, равную стоимости судна и фрахта (ст.241).

Сверх того, ответственность судохозяина за такие действия капитана субсидиарна: судохозяин отвечает только в случае несостоятельности капитана, к которому прежде всего иск и должен быть предъявлен. Если же вред причинен посторонним лицам виной самого судохозяина, — то ответственность, притом неограниченная и непосредственная падает на судохозяина.

Для доставки в Керчь двух барж, принадлежащих Посохову, Общество Пароходства по Дону, Азовскому и Черному морям назначило пароход «Марусю». В виду уже крымских берегов, в 7 час. утра от сильного, посвежевшего ветра, с огромным волнением надорвало буксир. Направиться в пролив оказалось, невозможным, потому что от сильной качки трюмный груз дал движение и грозил пробить переборку. Капитан решил стать на якорь и через рупор передал на баржи свое распоряжение. Но на баржах, вследствие бури, поняли приказ отдать не якорь, а буксир: баржи расчалились и потерпели крушение. Было установлено, что такой пароход, как «Маруся», не в состоянии был выполнить данное ему назначение, особенно в осеннюю погоду, что капитан указывал на недостаточность одного буксира. Сенат признал, что при таких условиях иск мог быть предъявлен непосредственно к Обществу, минуя капитана (Вильсон, Судебная практика, N 204).

Ограниченная ответственность ценностью судна применяется, по закону, в отношении вознаграждения служащим на корабле, так что с гибелью последнего судохозяин освобождается от обязанности выдать заслуженную, но еще не полученную, плату матросам, капитану.

Это несправедливое постановление (стт.284 и 285) является отзвуком весьма отдаленного времени, а ныне совершенным анахронизмом.

II. Капитан. Капитаном называется то лицо, которому вверяется управление морским судном. Деятельность его носит двойственный характер: a) технический, как лица, обладающего специальными знаниями по судоводительству в море, b) юридический, как доверенного при совершении юридических сделок.

Техническая сторона деятельности капитана, от которой зависят не только имущественные интересы судохозяина и грузохозяев, но и жизнь всех находящихся на судне, стесняет свободу выбора капитана. Капитаном может быть только: a) русский подданный; b) достигший совершеннолетия; c) имеющий диплом на звание судоводителя и d) обладающий установленным плавательным цензом (по прод. 1912, стт.175 и 184).

Дипломы на звание судоводителя (капитана и штурмана) выдаются на основании испытания, которое производится в особых комиссиях, учреждаемых при мореходных учебных заведениях или в ближайших к ним портовых городах (Уст. Торг. ст.190 и 191).

Юридическая сторона деятельности капитана, заключающего сделки от имени судохозяина, составит его в положение приказчика. Отношение между судохозяином и капитаном определяется договором личного найма, совершаемым в письменной форме (ст.209), притом — в двух образцах (ст.214).

1. На капитане лежит обязанность составить команду вверенного ему судна. Капитан сам нанимает помощника, боцмана, плотника, кашевара и матросов в таком числе, в каком признает это нужным (ст.243). Следовательно, капитан отвечает перед судохозяином за достаточность и опытность своей команды, и, наоборот, с него слагается ответственность, если судохозяин сократит или изменит состав команды.

2. При отправлении судна капитан обязан произвести самый тщательный осмотр судна, вверенного его попечению (ст.216). Упущение в этом отношении создает для него, как специалиста, ответственность перед судохозяином. Под его же наблюдением производится нагрузка судна, и он обязан следить, не только за правильным распределением груза, но вместе с тем, чтобы, с одной стороны, судно не было перегружено, а с другой, чтобы оно не было лишено необходимого для равновесия балласта.

3. На обязанности капитана лежит ведение корабельных книг. Под наблюдением капитана ведется на русском языке судовой журнал или ежедневная запись всем происшествиям, случившимся с судном в море или в порте. Этот журнал служить часто единственным доказательством фактов, не имевших посторонних свидетелей (ст.168).

4. Капитану вменяется в строгую обязанность личное присутствие на судне при входе в гавань и выходе, при нагрузке и разгрузке. В момент крайней опасности от него требуется хладнокровие выше обычного уровня, свойственное морякам. Он должен оставаться все время на судне, пока спасаются другие, и самому сойти последним (ст.220). Если в минуту опасности капитан покинет судно, ему грозит тяжелое уголовное наказание (Улож. Наказ. стт.1225 — 1227).

5. В силу особых условий плавания на морских водах на морском торговом судне издавна установилась строгая дисциплина. Власть капитана над корабельной командой, в силу закона, конечно, а не договора, является весьма широкой и ранее 1904 года доходила до права телесного наказания.

6. В противоположность другим приказчикам, которых вознаграждение зависит от указания его в договоре, вознаграждение капитана предполагается само собой (Уст. Торг. ст.205) хотя бы оно и не было указано в договоре. Если размер его не определен соглашением, он определяется обычной высотой такой платы. Это вознаграждение может состоять или из определенного жалованья или из участия в прибыли.

III. Корабельная команда, Этим именем означается совокупность всех тех лиц, услуги которых необходимы для успешного плавания судна в море. В состав команды входят: помощник, боцман, машинист, кочегар, плотник, матросы. В состав команды не входят доктор, повар, лакей, обязанности которых не связаны непосредственно с движением судна.

На каждом судне, кроме капитана, должны быть помощники в определенном числе (ст.183), которые подчинены одному только капитану. На обязанности помощника лежит содействие капитану в его технической и юридической деятельности (ст.270).

Вследствие парового двигателя среди состава морского экипажа видное место заняли судовые механики, должности которых могут быть занимаемы только лицами, приобретшими дипломы на это звание (по прод. 1912 ст.195.1). Такие дипломы могут получить только русские подданные, достигшие совершеннолетия и выдержавшие специальное испытание (ст.195.2).

Матросы, которых закон наш называет водоходцами, нанимаются не иначе как по письменному договору, составляемому в двух образцах, с явкой нотариусу или маклеру (ст.243). Для каботажного плавания установлена упрощенная форма, — посредством выдачи расчетных листов (ст.248). Чтобы не задерживать отправление судна, закон дает капитану право вытребовать через полицию матроса, не являющегося в течение 3 суток по совершении договора, а с другой стороны, освобождает матроса от задержания по требованию кредиторов (стт.254 и 256). Вознаграждение матросам назначается: a) за время, b) или за целый рейс или c) в виде доли участия в прибыли. До окончания плавания матросы не вправе требовать платы. Зато, в интересах остающейся семьи, закон настаивает, чтобы при самом заключении договора матросу был выдан задаток (ст.247, п.2 и 252) в размере месячного жалованья, если плата определена по времени, и четверти, если плата определена за рейс. Полученная в задаток сумма пользуется той привилегией, что не подлежит взысканию кредиторов (ст.256). Право матроса на вознаграждение не теряется. Болезнь матроса, принужденного по этой причине остаться в каком-нибудь промежуточном порте, не лишает его права на плату. Только в случае своевольного оставления судна матрос теряет не только всю заработанную плату, но и все оставленное на корабле имущество, которое поступает в пользу судохозяина (ст.261). По окончании плавания матрос вправе требовать от капитана выдачи ему свидетельства в безупречном поведении и знании дела.

VI. Лоцманы. В море судно ведет капитан или штурман, а в особо опасных местах, в проливах, в устьях рек, как, напр., у нас в Еникольском проливе или при входе в устье Днепра, на помощь ему для проводки судов являются лоцманы. Лоцман, приглашаемый только для определенной задачи — провести судно по опасному месту, не входит в состав корабельной команды.

Приглашение лоцмана зависит от усмотрения капитана. Если он, понадеявшись на себя, посадил судно на мель или ударил о камень, то ответит за непринятие обычных мер предосторожности. Если же судно ведет лоцман, — с капитана слагается ответственность за избранный путь, но, однако, не за управление судном (ст.359). Он не отвечает даже за выбор лица (culpa in eligendo), потому что лоцманы образуют особые общества (стт.323 — 351), каждый член которого должен обладать знанием местности, и за вину каждого отвечает все общество лоцманов. Вознаграждение лоцманов производится по таксе (ст.312).

Право требовать удовлетворения за убытки, причиненные кораблю и грузу неумелым лоцманом, принадлежит только судохозяину и его представителю, капитану, но не грузохозяевам. Последние имеют ответственным перед собой лицом только судохозяина и капитана, которые не вправе ссылаться на вину лоцмана, — они могут лишь переложить убыток на лоцманское общество

Кошелева предъявила иск в 706 руб. 18 коп. Петербургско-Волжскому пароходству за гибель ее груза, взятого к доставке в С.Петербург. Ответчик предъявил отвод в виду того, что убыток причинен был присяжным лоцманом, принадлежащим к обществу, учрежденному для провода судов в порожистых и затруднительных местах реки Свири. Так как закон устанавливает ответственность лоцманского общества только перед судохозяином, то судохозяин, в данном случае пароходное общество учрежденное для водяного сообщения между Кронштадтом и верховьями Волги, продолжает нести ответственность перед грузохозяевами за доставку груза по назначению (реш. кас. деп. 1885, N 38). [2 Общее Собрание и Судебный деп. Сената также признали, что присутствие на судне лоцмана не освобождает судохозяина от ответственности, и только дает ему право, в случае вины лоцмана, обратиться с требованием о возмещении убытков к обществу лоцманов (реш. 2 Общ. Собр. 13 февр.1916 г. — «Вестн. права»,3916 г., N 14, стр.367, ук. Суд. деп.1895 г. N 67 — Добр.Бер, ??. N 67).]

Лоцман отвечает лишь за вред, причиненный той опасностью, в предупреждение которой он и был приглашен. Если же судно, которое он ведет, потерпит вред от несчастного случая, стоящего вне зависимости от знания лоцманом местности, то ответственность падает на капитана, остающегося в присутствии лоцмана распорядителем судна.

Датский купеческий пароход «Олаф», состоявший под командой капитана Юргенсона и с портовым лоцманом, столкнулся с броненосцем «Александр II» у С.-Петербурга. Было установлено, что причиной столкновения явилось то, что «Олаф» шел по фарватеру, приближаясь к паровому судну, полным ходом, тогда как по правилам обязан был убавить ход (Уст. торг. ст.391), и не держался в безопасном расстоянии от военного судна, как это требуется законом (ст.400). Так как столкновение произошло независимо от особенностей фарватера и за соблюдением всех правил, установленных на случай встречи судов, должен был иметь надзор сам капитан, то реш. 2 Общ. Собр. Сената удовлетворен иск морского ведомства в 3.410 руб. 85 к. к капитану Юргенсону за причиненные броненосцу повреждения (Вильсон, Судебная практика, N 218).

§ 68. Морские суда

Литература: Лыкошин, Больные вопроси торгового судоходства («Ж. М. Ю.» 1902, N 6).

1. Морские суда, служащие средством осуществления промысла судохозяина, отличаются от иных судов не размерами и не устройством, а только назначением. Морским судном должно быть признаваемо такое, которое предназначено для торгового мореплавания.

В средние века морские суда были принимаемы за недвижимость. Этот обычный взгляд встретил отпор со стороны французского морского устава 1681 года. С того времени все законодательства считают своим долгом указать, что морское судно есть движимость. Так поступает и наше законодательство (т.X. ч.I ст.401). Конечно, с точки зрения физической природы морское судно есть движимость. Но если принять во внимание: альфа) что морское судна рассматривается как продолжение отечественной (по флагу) территории, бета) что укрепление прав на морское судно совпадает с порядком прав укрепления на недвижимости (морская ипотека), окажется, что средневековый взгляд не был лишен оснований и что с юридической точки зрения морские суда ближе к недвижимостям, чем к движимостям.

Морское судно есть составная вещь. Вопрос о том, из каких частей образуется состав судна и каковы принадлежности этой вещи, имеет значение при переходе права собственности на судно, при страховании, при определении объема ответственности судохозяина ценностью судна. Следует предполагать, что все находящееся на судне и внесенное в его инвентарь, принадлежит к составу судна, — заинтересованный должен доказать противное. Судно становится самостоятельной вещью только с того момента, когда собраны все его составные части.

По домашнему акту Титов продал Соловьеву пароход, приобретенный первым от механика Аллей, от которого должен быть, по сборке, принят в будущую навигацию. Между тем до принятия парохода судебный пристав обратил взыскание на пароход этот по требованию взыскателей с имущества Титова. Соловьев утверждал, что право собственности принадлежит ему в силу договора купли-продажи. Противники же утверждали, что предметом купли-продажи может быть только наличное имущество (т.X. ч.1 ст.1384), а пароход еще не собран и потому мог быть предметом не купли-продажи, а только запродажи, если бы в данном случае была соблюдена форма, установленная законом для этого договора. Сенат признав совершенно неправильно, будто Титову уже принадлежало право собственности на непринятый еще пароход, решил дело в пользу кредиторов Титова (реш. кас. деп.1871, N 68). Непонятно, в каком порядке производил взыскание судебный пристав.

II. К принадлежностям морского судна относятся следующие корабельные документы (ст.166).

1. Корабельная крепость, которую обязан иметь судохозяин для каждого судна. Крепость есть акт, удостоверяющий право собственности на судно (ст.103). Он составляется при постройке судна и подписывается представителем завода, на котором строилось судно, с привлечением к подписи двух свидетелей. Следовательно это документ частного характера.

2. Патент на плавание под русским флагом, если только налицо все условия, выставляемые законом для приобретения этого права.

До недавнего времени наше законодательство было весьма снисходительно к приобретению права на русский флаг. Но по закону 6 июня 1904 года положение изменилось. Считается русским только такое торговое мореходное судно, которое принадлежит: 1) единоличному собственнику или общим хозяевам, если все они состоят в русском подданстве; 2) товариществам полному или на вере, если все товарищи, а в товариществе на вере, сверх того, и все вкладчики, состоят в русском подданстве; 3) акционерному товариществу, если все их акции или паи именные и принадлежат русским подданным, и притом правление предприятия находится в пределах России, а члены правления состоят в русском подданстве (Прод. 1912 т.XI, ч.2, Уст. Торг. ст.122.)

3. Судовая роль или список служащих на корабле с указанием условий договора найма, заключенного с каждым из них.

4. Мерительное свидетельство, удостоверяющее вместимость судна. Необходимость такого свидетельства оправдывается не только фискальными, но и частноправовыми интересами. При отдаче судна в наем невозможно ожидать, чтобы стороны производили каждый раз измерение, — от этого избавляет их мерительное свидетельство.

Измерение производится по системе Мурсома при портовых таможнях корабельными смотрителями (стт.108 — 321). Для согласования измерения русских судов с иностранными русское правительство заключило ряд конвенций с другими государствами о взаимном признании измерений.

5. Мореходное судно по построении должно быть свидетельствовано в отношении прочности и годности. Освидетельствование производится корабельными маклерами. Паровые котлы подвергаются предварительному испытанию. На основании осмотра и выдается удостоверение об освидетельствовании судна. На корме крупными буквами, светлой краской по темному полю, выставляется название судна, которое не может быть впоследствии ни в каком случае изменяемо (ст.134).

III. Морские суда представляют настолько значительную имущественную ценность, что создается интерес знать в точности, кому принадлежит судно в данный момент и нет ли у кого вещных прав на это судно. Этой цели служит корабельная регистрация или морская ипотека, построенная по образцу поземельной и с тем же юридическим значением.

В России по закону 1865 года, при каждой портовой таможне должны бы вестись корабельные списки. Все морские суда, поднимающие более 10 ластов (1.230 пуд.), подлежат обязательному внесению в эти списки. Для внесения в список необходимо представить корабельные документы. На отведенном судну листе означаются: 1) имя или фирма и местожительство судохозяина, 2) название и род судна, 3) размеры и вместимость его, 3) время и место постройки (ст. 127). Название судна, выставленное на корме, с этого времени не подлежит уже изменению.

В таком виде регистрация не имеет большой цены. Судохозяева мало побуждаются ко внесению судов в списки и ничем — к исключению из списка погибших или пришедших в негодность. Поэтому в списках означены: a) не все суда и b) суда не существующие, а этим подрывается все значение регистрации. Вообще вся корабельная регистрация у нас еще только на бумаге.

IV. В связи с регистрацией на Западе находится порядок совершения сделок с морскими судами. Так как право собственности на судно признается за тем, чье имя значится в книгах, как собственника, то купля-продажа переносит право собственности только с момента записи. Право залога устанавливается с момента укрепления и продолжает лежать на судне до момента исключения в книгах.

Русское законодательство не выработало частноправовой стороны регистрации морских судов. Купля-продажа морского судна, как движимости, может быть совершена и словесно. Для перенесения права собственности нужна только передача корабельной крепости с надписью продавца, кому, когда и за сколько продано судно (ст.150). Для залога морского судна закон не устанавливает правил, а потому вступают в силу нормы общегражданские, по которым заклад движимости сопровождается передачей вещи кредитору.

Благодаря этому, судохозяин, обладающей огромной ценностью в виде судна, не может пользоваться реальным кредитом. Кому нужно брать у судохозяина судно, которое необходимо ему для его промысловой деятельности? А в то же время кредитор, оставивший судно у судохозяина, ничем не обеспечен в том, что должник снова не заложит это же судно другому лицу, которому и передаст его или просто продаст. Отсутствие морского кредита гибельно отражается на интересах русского торгового мореплавания.

§ 69. Договор морской перевозки

I. Для перевозки грузов морем существуют два договора, юридическая природа которых совершенно различна: 1) договор цертепартии и 2) фрахтовый договор. Первый есть договор имущественного найма, в силу которого судохозяин, за вознаграждение, предоставляет во временное пользование грузохозяина: a) все помещение, b) или некоторую часть или c) определенное место в данном судне, отправляющемся по известному направлению. Второй есть договор перевозки, в силу которого судохозяин, за вознаграждение, обязывается доставить на своих судах принятый от грузохозяина товар в определенное место назначения к известному сроку.

Исторически договор цертепартии предшествует фрахтовому но по своему значению в настоящее время много уступает ему. Наше морское законодательство сложилось в то время, когда цертепартия имела большее значение, чем фрахтовый договор. Поэтому хотя оно различает эти два договора (Уст. Торг., ст.376. Уст. Конс, ст.49, п.7), но главное внимание уделяет цертепартии. Надо удивляться, как мало сознала это различие судебная практика. Между тем юридические отношения, возникшие из того и другого договора, совершенно различны. Чтобы оттенить это различие, дальнейшее изложение будет иметь в виду параллельное действие обоих договоров.

II. Оба договора заключаются, с одной стороны, грузоотправителем, с другой, судохозяином или его представителем, капитаном. По всей обстановке дела капитан предполагается уполномоченным на совершение договоров, составляющих сущность перевозочного промысла.

Но сам капитан обязан каждый раз испрашивать согласие судохозяина на сделку (ст.373). Это устарелое положение следует иметь в виду капитану и обезопасить себя особой доверенностью.

Тот и другой договор облекается непременно в письменную форму, Акт, удостоверяющий заключение договора цертепартии, носит также название цертепартии; акт, удостоверяющий заключение фрахтового договора, носит название коносамента. Договор цертепартии совершается в двух образцах, один для грузохозяина, другой для капитана; фрахтовый в одном, выдаваемом грузоотправителю.

Название цертепартия (ст.377) — средневековое и происходит от старинного обычая разрывать надвое акт договора, чтобы каждому контрагенту дать по части (charte-partie), соответствующей одна другой. Коносамент, называемый грузовой росписью (ст.383) — происхождения французского (connaissement), и указывает на знание контрагентами, что сдано и что принято для перевозки. Коносамент есть удостоверение о принятии капитаном, в силу договора, груза на судно с целью перевозки в другое место. Коносамент дает право на получение груза, но не определяет принадлежности груза обладателю документа.

Содержание того и другого акта не одинаково: a) в цертепартии должно быть означено имя судна и вместимость его, потому что нанимается всегда индивидуально определенное имущество, для коносамента это указание несущественно, потому что грузохозяину безразлично, на каком судне будет доставлен его груз. b) Для договора цертепартии важно, кто будет вести корабль, и потому грузохозяину необходимо указать в акте имя капитана, замена которого другим дает ему право отступить от договора; при фрахтовом договоре имя капитана не интересует грузохозяина, перед которым судохозяин, не доставивший товара, не вправе оправдываться неопытностью капитана. c) Вместимость судна весьма важна при цертепартии, потому что с вместимостью нанятого судна сообразует грузохозяин количество доставляемого груза; в коносаменте излишне указание вместимости, потому что, если вместимость одного судна ниже веса и объема принятого груза, последний должен быть доставлен на других судах. d) Акт договорный должен содержать имя получателя (адресата), так что по нашему законодательству как цертепартия, так и коносамент не могут быть составлены на предъявителя. е) Для обоих актов важно указание времени нагрузки и разгрузки. f) В обоих актах должно быть указано вознаграждение, в одном случае за пользование помещением, в другом за исполнение перевозки. g) Для коносамента чрезвычайно важно точное указание принятого груза, которого хозяин не увидит до сдачи, для цертепартии это не так важно, потому что он может еще заменить один товар другим и заполнить только часть нанятого помещения. Место совершения договора при фрахтовой сделке совпадает с местом принятия груза. При цертепартии место совершение договора может далеко не совпадать с местом нагрузки. Время совершения фрахтового договора есть время принятия груза, время совершения договора цертепартии может задолго предшествовать нагрузке.

III. В том и другом договоре обязанности судохозяина представляют некоторое отличие.

1. Для своевременного отправления судохозяин, заключивший договор цертепартии, обязан к условленному сроку доставить нанятое судно, снабженное всем необходимым для плавания, к месту, где с удобством могла бы быть произведена нагрузка. Может ли судно быть поставлено у самой пристани или далеко от пристани, это зависит от местных условий. Несомненно, что издержки по нагрузке падают на самого грузохозяина. Иначе при фрахтовом договоре: принятый груз должен быть доставлен, а доставка без нагрузки невозможна, — поэтому следует, за отсутствием иного условия при совершении договора, издержки по нагрузке отнести на счет судохозяина. Только при цертепартии грузохозяин имеет право на пеню за каждый день промедления в отправлении судна (ст.392); во фрахтовом договоре грузохозяин не вправе претендовать на промедление, если груз доставлен вовремя.

Капитан судна «Евангелистрия» заключил 12 января1831 г. в Одессе договор цертепартии с купцом Саксаганским на перевозку груза соли из Акмечети в Одессу, около 22.000 пудов. В договоре определено, что судно должно быть доставлено в Акмечет для нагрузки после 24 января с первым попутным ветром по причине закрытия одесского рейда льдом. «Евангелистрия» пришла в Акмечет только 2 марта, груза не получила и, простояв там до 21 марта, вернулась обратно в Одессу без груза. Камбосели, судохозяин, предъявил иск к Саксаганскому об уплате вознаграждения в размере 1.210 р. Против этого грузохозяин предъявил встречный иск в размере 1.710 р., слагающий из a) 400 р. задатка, b) 650 р. неустойки и c) 660 р. убытков, происшедших от разницы в продажной цене соли. Сенат признал, что просрочка в доставлении судна давала право Саксаганскому отступиться от договора, о чем он и должен был немедленно известить судохозяина. Молчание же его, не дающее судохозяину возможности распорядиться судном, может быть истолковано только как желание продолжить действие договора (Носенко, Сборник, т.V. N 86).

2. Отправившись, судно должно идти к месту назначения с обычной для этого судна (при цертепартии), для этого рода судов (при фрахтовом договоре), поспешностью. Задержка в пути по обстоятельствам, не зависящим от вины капитана, напр., вследствие бури, не создает ответственности судохозяина за просрочку. Когда повреждения судна окажутся настолько значительными, что оно не в состоянии продолжать рейс, закон не запрещает капитану нанять другое судно для доставки груза. На кого же падают вызванные перегрузкой излишние расходы? Если усложнение произошло по вине капитана, расходы эти падают на судохозяина; если помимо его вины, то при цертепартии в них должен принять участие и грузохозяин, при фрахтовом договоре — это убыток судохозяина. Судно не должно без крайней надобности заходить в порты, не предусмотренные договором или расписанием.

Пароход Добровольного Флота «Саратов» принял в С.-Петербурге по пяти коносаментам от торгового дома «Бр. Петрококино» 485 бочек коровьего масла для доставления в Константинополь. Пароход, проходя Константинополь, не выгрузил здесь товара и отправился в Одессу, оттуда в Севастополь, снова в Одессу, выгрузил здесь масло и отправил его с другим пароходом в Константинополь. Торговый дом предъявил иск в 846 р. 80 к. за расходы, понесенные им по страхованию товара во время излишних рейсов. Здесь несомненно фрахтовый договор. Если бы в нем был указан срок доставки, то излишние рейсы не имели бы никакого значения, пока доставка не просрочена. Но так как в данном случае никакого срока не было указано, то вступает в силу обычный, который и совпадает с первым прибытием парохода в Константинополь. По вине Добровольного Флота страхование товара должно было продолжиться свыше срока, на какой рассчитывал грузохозяин (реш. спб. ком. суда 1893, Вильсон, Судебная практика, N 200).

3. При фрахтовом договоре судохозяин принимает груз в свое хранение. Он должен сдать его таким, каким принял. Его ответственность за гибель или повреждение груза может отпасть только тогда, когда им будет доказано, что несчастный случай с грузом произошел не по его вине. Иначе при цертепартии: отдавая судно в наем и обязываясь передвинуть судно к условленному месту, судохозяин предоставляет грузохозяину самому наблюдать за своим товаром в отведенном ему помещение. Ответственность судохозяина за гибель или повреждение груза может иметь место только тогда, когда грузохозяин докажет вину капитана или корабельной команды.

4. По прибытии судна в место назначения, должна произойти разгрузка, которая, как при цертепартии, так и при фрахтовом договоре, должна падать на счет грузохозяина (получателя). При фрахтовом договоре груз сдается тому, кто предъявил коносамент. При цертепартии грузохозяин, сопровождавший товар сам или через доверенное лицо, должен возможно скорее очистить судно. Для разгрузки судно должно подойти настолько близко, насколько это возможно по местным условиям.

Хотя в коносаменте было сказано: «с выгрузкой в С.-Петербурге или так близко, как пароход может подойти», и по осадке судно действительно не могло подойти к портовой таможне, так что пришлось выгрузить мрамор на Гутуевском острове, в Новом Порте, но капитан после этого взялся доставить груз и дальше, и испортил его. Очевидно, фрахтовый договор был выполнен в момент выгрузки мрамора на острове и капитаном был заключен новый договор (Вильсон, Судебная практики, N 197).

IV. Обязанности грузохозяина также будут несколько отличаться, смотря по тому, вытекают ли они из договора цертепартии или фрахтового.

1. При договоре цертепартии, в силу которого нанят был целый корабль или часть его, грузохозяин обязан своевременно доставить груз, чтобы не задержать отправления судна. Некоторое время судно ждет груза безвозмездно — этот период бесплатного простоя. После этого наступает ожидание, вознаграждаемое посуточной платой, — период платного простоя (ст.401). Продолжительность того и другого периода определяется договором, а за его молчанием — обычаем. По прошествии простойного времени судно отправляется в путь с грузом других лиц, а судохозяин не теряет права получить плату по договору» как будто бы товары отвезены были» (ст.403). Доставлен должен быть тот самый груз и в том самом количестве, какой условлен был при назначении помещения. Но закон не мешает грузохозяину передать свое право по найму другому лицу (ст.404).

Грузохозяин обязан начать нагрузку, когда судно совершенно готово к принятию груза и отправлению. Нанятый для перевозки хлеба в Гулль пароход «Салерно» пришел в одесский порт с грузом угля и 8 ноября1888 г. начал выгружаться, а с 3 декабря, одновременно с выгрузкой, началась и нагрузка. Когда 18 декабря нагрузка хлеба окончилась, пароход пробовал выбраться из порта, но это ему не удалось по причине льда, и он должен был простоять в Одессе до 18 января. Судохозяин, считая, что задержка парохода произошла от медленной нагрузки, потребовал от грузохозяина возмещения убытков. Экспертами было установлено, что ко времени окончания разгрузки, 7 декабря, оставалось ненагруженными 11.387 четвертей, которые, при средней работе, могли бы быть нагружены в 5 дней, т.е. к 12 декабря, когда пароход еще свободно мог выйти из порта. Ответчик возражал что хотя он начал грузить во время разгрузки, но он обязан был приступить к нагрузке только со времени окончания разгрузки и, следовательно, он все равно не успел бы закончить нагрузку к 18 декабря. Сенат отверг это возражение, признав, что ответчик, приступив к нагрузке раньше времени, лишил сам себя права оправдываться этим обстоятельством (реш. 2 общ. собр. 1893, N 15, Гребнер, N 124).

2. Вознаграждение, которое грузохозяин обязывается заплатить судохозяину, называется фрахтом. В договоре цертепартии это вознаграждение определяется чаще всего по времени, и тогда начальным моментом следует признать предоставление судна в распоряжение грузохозяина, а предельным моментом — окончание выгрузки. В договоре фрахтовом вознаграждение определяется по весу или по объему (предметы громоздкие). Судохозяин или капитан вправе требовать вознаграждения при самом отправлении. Если состоялось соглашение об уплате фрахта при сдаче груза, то капитан может не допустить разгрузки, пока не будут погашены все причитающиеся судохозяину платежи. На грузе лежит залоговое право, на Западе — по закону, у нас — по обычаю.

На пароходе «Ринальдо» торгового дома Бр. Супичич доставлены были, по четырем коносаментам, 2 002 ящика с апельсинами и лимонами из Мессины в Одессу купцу Котронео. В таможню, куда поступил этот груз, было сделано заявление судохозяином о невыдаче груза в виду недоплаты 200 р. по одному коносаменту. Таможня, признавая залоговое право судохозяина, ходатайство это удовлетворила. Котронео тогда предъявил к бр. Супичич иск в размере стоимости всего товара, которого он не мог получить. Сенат, рассматривавший это дело, признал за судохозяином право залога на груз, но лишь в пределах, соответствующим его претензиям, и потому возложил ответственность на судохозяина за убытки, причиненные грузохозяину задержкой без необходимости всего груза (реш. 4 деп.1880, N 1354, Носенко. Сборник, т.V, N 87).

§ 70. Авария

Литература: Пepгамент, Ответственность за вред и убытки, причиненные. столкновением судов («Ж. М. Ю.» 1898, N 2) Добровольский, Морские аварии, 1900. [Гасман, Несколько слово о морском протесте (Право, 1903, N 20). Таннебаум, Об аварии 1913).

I. Исторически понятие об аварии складывалось постепенно по экономическому признаку — появлению убытков, которые не могли быть заранее предусмотрены. Сюда вошли убытки, причиненные судну или грузу бурей, посадкой судна на мель, нападением пиратов, пожаром, столкновением с другим судном. Сюда же отнесены были портовые расходы, которые в доброе старое время не всегда могли быть заранее определены. Главный вопрос, возникавший во всех этих случаях — на кого падает расход, на одного ли судохозяина, на одного ли грузохозяина, или на обоих вместе. Этот вопрос и придал видимое единство аварии. С течением времени, соединенные в одно общим именем аварии, различные случаи издержек подверглись юридическому анализу, при свете которого обнаружилось, что распределение убытков по всех случаях имеет в основе различные принципы и не находится никакого основания для образования какого-то особого института.

II. Наше законодательство, оставаясь на исторической почве, признает четыре вида аварии.

1. Малая авария образуется из портовых расходов, вызываемых входом в порт и выходом из него: различные установленные сборы, плата лоцманам, наем людей и шлюпок для буксирования и т.п. Уплачивает эти расходы судохозяин в силу того, что вообще всякий хозяин несет расходы по имуществу. Никакой юридической особенности в малой аварии не замечается.

В настоящее время эти расходы потеряли характер неожиданности. Зная их заранее, судохозяин включает их в сумму фрахта, перелагая на грузохозяина эти необходимые издержки, оплачиваемые им. Новейшее Морское законодательство на Западе игнорирует этот вид аварии. Однако наш закон распределяет портовые расходы между судохозяином и грузохозяевами, из которых первый платит 1/3, второй 2/3 (ст.440). Это следует иметь в виду грузохозяевам.

2. Частная авария создается теми убытками, которые происходят вследствие действия сил природы или неосмотрительности человека и причиняются судну или грузу. Таковы случаи, когда корабль станет гнить или груз повредится от своего свойства, потеряется канат, парус, якорь, падет скот, вылетит за борт тюк и т.п. Важно, чтобы этот убыток: a) не был причинен грузохозяином судохозяину или наоборот, b) не был намеренно создан в общем интересе. Здесь каждый несет сам свои убытки (ст.443) по принципу casum sentit dominus. Следовательно, и здесь нет никакой особенности в юридическом отношении.

3. Авария взаимного вреда составляет убытки, причиненные столкновением судов. Юридической принцип, лежащий в основании этого вида аварии, заключается в обязанности каждого возместить вред, причиненный другому его виной.

В виду этого новейшие законодательства исключают этот случай из разряда аварии и подчиняют его общегражданским началам.

4. Общая авария составляет убытки, причиненные пожертвованием одних вещей для сохранения остальных, в виду общей опасности, которая создается каким-нибудь чрезвычайным событием. Тогда возбуждается вопрос, кто несет убытки, понесенные одним из участников, но вызванные интересом всех. Убытки распределяются между всеми, выигравшими от пожертвования. Распределения убытка между судохозяином и грузохозяином представляет действительно некоторые особенности, разрешаемые на основании юридического принципа, в силу которого никто не должен обогащаться за чужой счет. Общая авария представляет специальное применение этого принципа.

a) Убытки создает пожертвование одними вещами для спасения остальных. Вред причиняется намеренно, а не случайно: срубленная в бурю мачта дает место общей аварии, мачта же, сломленная бурей, есть частная авария; товары, выброшенные за борт, составляют пожертвование, необходимое для общего спасения, товары же, снесенные волной, не что иное, как случайность, порождающая частную аварию.

b) Пожертвование производится в виду общей опасности, угрожающей как судохозяину, так и грузохозяевам, Если выбрасывается несколько штук больного скота, чтобы не заразить прочий перевозимый скот, принадлежащий разным отправителям — общей аварии нет, потому что здесь не было никакой опасности для судохозяина.

Очевидно, убыток в настоящем случае должен быть распределен между всеми отправителями скота по общему началу о необогащении на чужой счет — и все же этот случай не подойдет под общую аварию в виду положительных постановлений закона.

c) Пожертвование называется опасным событием. Это или действие сил природы, как буря, подводные камни, мель, огонь, или сил человеческих, как преследование военного судна, пиратов.

d) Пожертвование произведено для спасения остальных вещей. Если эта цель не достигнута, спасения не наступило, нет и общей аварии, потому что нет обогащения одних на счет других. Судно получило пробоину; решено выбросить часть груза, чтобы поднять пробоину выше уровня воды; волны однако залили водой отверстие и судно затонуло — общей аварии нет.

II. Обратимся к рассмотрению оснований и порядка расчета по общей аварии.

1. Понесенные от общей аварии убытки распределяются между судохозяином и грузохозяином по следующим основаниям: a) Оценка товаров, принесенных в жертву (по оценке места назначения), оценка расходов, необходимых для того, чтобы привести потерпевшее судно в прежнее состояние (за вычетом изношенности судна) — составляют активную массу аварии. b) Стоимость судна и стоимость всего бывшего на судне груза, как погибшего, так и сохранившегося, — составляют пассивную массу аварии (контрибуционный капитал). Сравнение активной массы с пассивной определяет пропорциональное отношение и долю убытка, падающую на каждого из участников.

Практика значительно упростила те сложные (и даже неверные) расчеты, которые предлагает закон (стт.445 и 463). Пример того как исчисляет доли убытка практика, можно видеть на следующем случае (Гребнер, т.II, N 149). Принимая величину подлежащего распределению убытка в 26.816 р. 40 к. (активная масса) контрибуционный капитал в 874.988 р. 26 к., стоимость груза в 592.554 руб. 56 коп., стоимость парохода в 282.433 р. 70 к., распределение убытка произведено следующим образом:

                   282.433 р. 70 к. X 26.816 р. 40 к.

Доля судохозяина = ────────────────────────────────── = 8.655 р. 95 к.

                            874.988 р. 26 к.

                    592.554 р. 56 к. X 26.816 р. 40 к.

Доля грузохозяина = ─────────────────────────────────── = 18.160 р. 45 к.

                              874,988 р. 26к.

Самый порядок производства аварийного расчета поставлен в русском законодательстве крайне неудовлетворительно. Составление расчета есть дело диспашеров — специалистов, облеченных должностным характером. По прибытии в место назначения капитан обязан немедленно произвести у нотариуса морской протест т.е. официально засвидетельствовать происшедшее, а потом обратиться к диспашеру. Для производства расчета закон дает диспашеру 6-ти недельный срок. Если при этом стороны возбудят спор, то он разрешается особым посредническим судом, избираемым лицами, возбудившими спор. Решение этого посреднического суда прекращает всякие споры. Только в случае злоупотреблений по должности со стороны диспашера может быть принесена жалоба в суд. Таким образом общие суды устранены от судебного дела, которое на Западе представляется их усмотрению.

Акт, содержащий расчет по аварии, за подписью диспашера, называется диспашей.

[2 Общее Собрание Сената в решении1914 г. N 1345 признало, что право и обязанность участия грузохозяев в аварии постановлены законом (ст.445 Уст. Торг.) вне зависимости от того, будет ли составлен по правилам о диспашерах расчет аварийным убытков или нет. Почин к производству расчетов по аварии диспашером принадлежит исключительно хозяину корабля или его законному представителю. Поэтому, в случае отсутствия со стороны хозяина требования о составлении диспаши, грузохозяева имеют право обратиться со своими претензиями, вытекающими из аварии, непосредственно к суду на общем основании (Данилова,914 г., N 23)].

IV. Вред, причиняемый судами друг другу при столкновении, создает ответственность по аварии взаимного вреда. Обсуждая эти случаи по общим началам гражданского права, следовало бы обязать каждое судно к возмещению тех убытков, какие оно причинило, и дать ему право на возмещение тех убытков, какие причинены ему. Однако законодательство наше содержит несколько уклонений от общих начал.

1. С точки зрения юридической можно говорить об аварии взаимного вреда только тогда, когда налицо вина со стороны которого либо из столкнувшихся судов. Но наш закон признает аварию взаимного вреда и там, где столкновение (свалка) вызвано случаем, помимо чьей-либо вины, напр., сильная буря бросает одно судно на другое. Правда, закон разрешает этот случай с юридической стороны совершенно правильно: каждый несет сам свой убыток.

Из общего правила, выраженного в стт.471 и 483, закон делает ничем не оправдываемые исключения: a) для случаев, когда судно, сорванное ветром с якоря, навалится на другое судно в рейде и в свалке причинит ему повреждение, половину которого и возмещает (ст.478) и b) для случаев, когда, спасаясь от бури, судно войдет полным ходом в гавань и при этом причинит повреждение другому судну, которому и уплачивает половину убытков (ст.477).

2. Когда в происшедшем столкновении виновны обе стороны, то каждый несет сам весь причиненный ему убыток (ст.483), тогда как следовало бы ожидать, что убытки должен возместить тот и в том размере, в каком кто причинил их.

Пароход Русского Общества Пароходства и Торговли «Царь» шел из Одессы в Константинополь в апреле 1888 года и ранним утром в сильный туман увидел неожиданно перед собой пароход Бр. Маейерс «Пинигет». Произошло столкновение, причем у «Царя» были поломаны подшкиперная каюта, жилой кочегарский кубрик, снесены лодки и трап, «Пинигет» же был перерезан пополам, отчего он и затонул. Очевидно что количество убытков, понесенных тем и другим пароходами, далеко неодинаковы. Но, принимая в соображение, что оба парохода шли слишком быстро для такого сильного тумана, что они не давали достаточно часто свистков, что они не остановили своевременно машин и не дали заднего хода, — суд присудил каждого судохозяина нести самому причиненный ему убыток (реш. 4 деп. 188З, N 802, Гребнер, N 140).

3. Ответственность судохозяина субсидиарная: вопреки общим началам гражданского права, устанавливающим ответственность хозяина за действия своих агентов, он отвечает только тогда, когда окажутся несостоятельными капитан и корабельная команда.

§ 71. Вознаграждение за помощь при кораблекрушениях

Литература: Линский, Награда за спасение погибающих при кораблекрушениях («Ж. М. Ю.», 1896, N 6).

I. В противоположность аварии, имеющей дело с повреждением судна, понятие о кораблекрушении характеризуется таким состоянием судна, при котором оно не в состоянии выполнить далее своего назначения без постороннего содействия.

Пароход «Товарищ» был застрахован в «Русском Ллойде». Попав на подводные камни, он потерпел крушение и впоследствии был снят посредством механического крана, присланного от механического общества, и введен в Неву. Страховое общество, принявшее пароход на страх от кораблекрушения, но не от повреждения, отказалось платить страховую сумму, находя, что в данном случае не было кораблекрушения, когда пароход оказался в состоянии войти в Неву. Сенат, однако, пришел к тому заключению, что понятие о кораблекрушении не предполагает полной негодности судна или невозможности исправить его, потому что при современной технике могут быть подняты и совершенно затонувшие суда, что понятие о кораблекрушении характеризуется тем, что судно не в состоянии выйти из затруднения собственными средствами (Носенко, Сборник, т.II, N 72).

В противоположность остальными положениям морского права, применяемым исключительно к морскому сообщению, постановления нашего законодательства о помощи при кораблекрушении относятся и к сообщению по внутренним водам.

Таково ясное постановление ст.505. Но, с другой стороны, не следует упускать из виду, что в этой статье речь идет о крушении корабля и судна. Недалеко от Козьмодемьянска разбился плот елового леса Зварыкина. Крестьяне деревни Филиппова и села Пустынки, переловив бревна, часть их оставили у себя, как награду за спасение при крушении. Сенат опроверг это соображение, указав, что лесной плот никак не может подходить под понятие судна (реш. кас. деп., 1883, N 83).

II. Оказываемая в таких случаях помощь может состоять в содействии снятию судна с мели, в поднимании его из воды, а при полном крушении — в перевозке на берег судна и груза в охранении их от непогоды и расхищения, наконец в спасении людей и доставлении им всего необходимого на первое время. Помощь может быть оказана полицией, пограничной стражей, частными лицами.

В Прибалтийских губерниях прибрежные помещики издавна организовали эту помощь в виде особых приспособлений, почему закон и уделяет им особое внимание (стт.508 прим., 522 и 523).

III. Все, способствовавшие спасению судна и груза, сбережению и охранению спасенного, получают право на вознаграждение при двух условиях: a) если своевременно объявили о замеченном несчастии кому следует и b) если не присвоили себе ни малейшей доли спасенного. Величина вознаграждения разнится, смотря по степени отдаленности места крушения от берега (от 1/4 до 1/6 ценности спасенного).

Следующая в награду сумма распределяется следующим образом: две доли выдаются участвовавшим в спасении, каждому в равной части, все равно, будут ли то частные лица или чины полиции; одна доля отдается сберегавшим спасенное до составления описи, также поровну; последняя доля предоставляется тому, кто распоряжался при спасении и сбережении корабля, груза и людей (ст.521). Право требовать вознаграждения за спасение обеспечивается правом публичной продажи соответствующей части спасенного (ст.558).

В связи с рассматриваемыми постановлениями стоят правила о находке выброшенных на берег вещей, когда хозяин их неизвестен. Такие вещи должны быть переданы полиции (а не объявлены только полиции, как по общим правилам о находке), нашедший же имеет право на вознаграждение в размере 1/4 стоимости найденного (а не 1/3 как по общим правилам о находке). Таковы постановления, выраженные в стт.516, 527, 528 Уст. Торг.

§ 72 Бодмерея

Литература: О.Пергамент, Договор бодмереи по русскому праву «Право», 1903, N 22. (Феодоров, Морское право, 233 — 246].

I. Бодмереей называется договор займа под заклад судна или груза, совершаемый капитаном в случае крайней необходимости, обнаружившейся во время пути.

Бодмерея представляет два различных типа. Один выработался в северной Германии в средние века; он представляет заем с вещным обеспечением, имеющий целью помочь капитану, оказавшему в чужой стране в затруднении, чаще всего вследствие аварии, и без всяких средств. Это тип англо-германский. Другой тип имеет своим родоначальником foenus nauticum и задается целью снабдить судохозяина капиталом при отправлении груза в далекие страны. Этот тип господствует в романских законодательствах Франции, Италии, Испании. Русское законодательство стоит ближе к англо-германскому типу (стт.429 и 563, п.3 и 4).

а) Бодмерея по своей природе представляет договор займа. Поэтому, за недостатком специальных постановлений о бодмерее, к этому отношению должны быть применяемы общие положения о договоре займа с докладом движимости (ст.432).

b) Бодмерея представляет договор займа, обеспеченный закладом. Предметом заклада является прежде всего судно, и только в случае, когда под заклад судна нельзя найти необходимой суммы, закон дозволяет капитану прибегнуть к закладу груза, всего или части (ст.430).

За отсутствием вещного обеспечения, заем, совершенный капитаном для необходимого исправления судна под личный кредит свой или судохозяина, не будет бодмереей.

с) Бодмерея есть договор займа под заклад судна или груза, совершаемый капитаном. Капитан участвует в договоре как представитель судохозяина на основании особого на то полномочия, отсутствие которого за границей может быть восполнено разрешением русского консула (ст.68 Уст. Конс.).

По самой цели бодмереи, требование особого полномочия совершенно неуместно, но оно категорически высказано законом. По бодмерейской записке, совершенной 21 января1875 г., капитан Рихтер занял у банкира Арло в Константинополе3.000 фунт. стерлингов под заклад управляемого Рихтером парохода «Москва», причем срок уплаты по займу обусловлен был временем и продолжительностью рейса из Константинополя через Одессу в Триест и Марсель. Между тем, по прибытии парохода в Одессу, заграничный рейс был совершенно отменен. Тогда Арло предъявил иск к Рихтеру в Одессу с обращением взыскания на заложенное судно. Сенат признал, что капитан вправе совершить договор бодмереи на основании общего полномочия, на основании того только, что он капитан, управляющий заложенным судном (реш. 4 деп. 1877, N 6, Носенко, Сборник, т.I, N 288). Это решение не на основании смысла закона, а по принципу целесообразности.

d. Договор бодмереи, совершаемый капитаном под заклад судна или груза, заключается в случае крайней необходимости. Таковы, напр., случаи, когда во время пути окажется крайний недостаток жизненных припасов, когда снасти или машины окажутся негодными для дальнейшего плавания. Крайняя необходимость налицо, когда капитан не в состоянии продолжать рейс за отсутствием денежных средств.

II. Совершая договор бодмереи, капитан должен соблюдать форму договора, какая установлена законом в месте заключения сделки. Всюду форма бодмереи письменная. У нас акт бодмереи есть бодмерейное письмо, составляемое нотариальным или домашним порядком. Оно должно содержать указание на: a) имена капитана и заимодавца, b) величину занимаемой суммы, c) предмет заклада, cl) срок платежа.

III. Юридические последствия бодмереи вытекают из того, что она составляет вид договора займа с закладом движимости.

1. Как закладная, бодмерейное письмо не способно у нас к свободному переходу из рук в руки по надписям.

Это основывается на ст.1678, т.X, ч.1. Напротив, по западным законодательствам акт бодмереи может переходить по надписи со всеми последствиями индоссамента (франц. торг. код. § 313 герм. торг. улож. § 687, итал. торг. код. § 592).

2. Хотя договор совершает капитан, но, так как он действует в качестве представителя судохозяина, казалось бы, иск может быть предъявлен только к тому, кто стал субъектом права и обязанности по этой сделке. Но закон (ст.433) предлагает кредитору обращаться с иском к капитану, хотя взыскание может обратить на судно, т.е. на имущество судохозяина.

3. Собственники товаров, заложенных капитаном и послуживших предметов взыскания со стороны кредитора, имеют право обратится к капитану, а субсидиарно и к судохозяину, с требованием возмещения потерянной ценности.

§ 73. Договор морского страхования

Литература: Вицын, Договор морского страхования. 1865. Федоров, Морское право, 246 — 343.

1. Договор морского страхования представляет собой договор, в силу которого одно лицо (страховщик) за вознаграждение (страховую премию) обязывается возместить ущерб, какой может понести имущество другого лица (страхователя) от какой-либо морской опасности.

Морское страхование является видом вообще страхования и притом, с исторической точки зрения, первоначальным, который послужил образцом для других форм страхования. По своей природе морское страхование не должно ничем отличаться от сухопутного и слияния их — вопрос времени. В нормировании морского страхования со стороны русского законодателя нельзя не заметить той особенности, что договор этот определяется: a) волей контрагентов, b) русскими законами и, за молчанием последних, c) иностранными законами (Уст. Торг., ст.561). Воля контрагентов чаще всего выражается в согласии подчиниться так называемым Гамбурским правилам (см. Гессен, Устав торговый, приложение). Сенат, впрочем, отверг силу Гамбурских правил для замены десятилетней давности сокращенной пятилетней, применительно к § 163 этих правил, отпечатанных, как основания договора, на обороте полиса (реш. суд. деп. 1911, Правой, 1911, N 48).

а. Хотя в виде общего правила, закон утверждает, что объектом страхования могут быть всякие вообще предметы, отправляемые морем из одного порта в другой (ст.558), однако, в некоторых случаях сам закон признает возможным страховать не предметы, а ожидаемые выгоды. Таково страхование фрахтовой суммы, страхование прибыли ожидаемой от товаров (ст.563, п.6 и 7).

b. Страхование направлено к возмещению ущерба могущего наступить впоследствии. Поэтому недействительно страхование судна или груза: 1) когда они находятся уже вне опасности, напр., судно вошло уже в порт, или 2) когда опасаемое событие уже наступило, напр., судно погибло (ст.564).

Сторонам не воспрещается согласиться о действительности договора, независимо от того, погиб ли в момент соглашения корабль или нет (ст.568, п.6).

c) Морское страхование имеет в виду возмещение ущерба, которым грозят морские опасности. Это вообще все случаи, причиняющие крушение, вред судну или грузу воздействием сил природы, как буря, мели, подводные камни, туманы, а также сил человека как неумелость своего капитана, злонамеренность и неосторожность иных капитанов, неопытность лоцманов. Морские опасности начинают угрожать с того момента, как судно приготовилось к отплытию.

Поэтому, если товар, сложенный на берегу в ожидании парохода, на котором он должен быть отправлен, погибнет от наводнения, то это не будет действие морской опасности. Точно так же, если судно, поставленное в доки для починки, сгорит, — морской опасности нет.

II. Но нашему законодательству, совершение договора морского страхования должно происходить в письменной форме. Сделка заключается между страховщиком с одной стороны, судохозяином или его представителем, капитаном, грузохозяевами — с другой. Акт, удостоверяющий совершенную сделку, называется морским полисом. Помимо предмета страхования, имен контрагентов и предусматриваемой опасности, договор должен установить срок своего действия. В этом отношении различается: 1) страхование на известное время, обозначаемое или: a) предельным днем (напр. до 1 ноября1914 г.) или b) истечением определенного времени (напр. на три месяца), и 2) страхование на известный рейс (напр. от Одессы до Владивостока). Последний способ представляется наиболее соответствующим условиям морского плавания.

III. Из договора морского страхования возникают обязанности страхователя.

1. Страхователь обязан уплатить страховую премию, если таковая не была уплачена при заключении договора. Увеличение риска, происшедшее уже по заключении договора, напр., объявление войны, не дает права требовать повышения премии. Она не должна бы и уменьшаться. Но закон наш допускает в некоторых случаях уменьшение премии: a) если страхование было заключено туда и обратно, а обратный рейс не состоялся, или судно возвратилось без груза; b) когда страхование заключено было отдельно на разные порты, а судно отправляется только в некоторые из намеченных мест.

Ст.574 Уст. Торг., гласящая, что «корабль или груз не состоят на ответственности страховщика, пока вся плата за прием за страх или часть оной, по условиям полиса, не получена страховщиком и не сделано о том расписки в полисе», находится в полном противоречии со страховой практикой.

2. Когда судохозяин или грузохозяин получил уведомление о происшедшем несчастии, он обязан сообщить о том страховщику, не позже как через три дня, если иной срок не установлен договором (ст.578). Точно так страхователь должен быть уведомлен о существенных изменениях в условиях плавания, напр., когда, вследствие аварии, пришлось перегрузить товар на другое судно.

IV. Еще важнее вытекающие из договора морского страхования обязанности страховщика.

1. Страховщик обязан возместить ущерб, причиненный имуществу страхователя морским событием. Его ответственность отпадает, если причиной несчастия является умысел самого страхователя. Некоторое сомнение допускает тот случай, когда вред причинен действиями капитана или лиц корабельной команды, которые являются доверенными и служащими судохозяина. Закон наш признает, что страховщик вправе не платить за убыток, причиненный к кораблю или грузу небрежением капитана или матросов.

Если это постановление (ст.589) может быть признано справедливым (до известной степени) по отношению к судохозяину который принужден нести сам последствия неудачного выбора капитана, то грузохозяину этот упрек никоим образом не может быть поставлен. Для него действия капитана и лиц корабельной команды являются так же непредусмотренными, как и явления природы. Однако, точно смысл закона не оставляет сомнения.

Ответственность страховщика отпадает в тех случаях, когда происшедший вред может быть поставлен в причинную связь со свойствами застрахованного предмета. Страховщик не отвечает за старые паруса, не выдержавшие легкого ветра, за деревянную или медную обшивку, прослужившую долее положенного ей времени, за утечку, усушку, лом и раструску груза, не превышающие 10%.

2. Объем ответственности страховщика стоит в зависимости от размера причиненного вреда. Размер убытков отличается особенно смотря по тому, имела ли место оптовая пропажа или произошло повреждение. Под именем повреждения понимается частичная утрата ценности товара вследствие уменьшения количества или порчи его качеств. В отношении судна повреждение будет тогда, когда корабль не потерял способности продолжать плавание. Оптовая пропажа имеет место в следующих случаях: когда корабль 1) взят неприятелем; 3) потерпел крушение; 3) стал на мель и при том повредился; 4) сделался неспособным к плаванию от бури; 5) задержан другой державой; 6) погиб груз или испорчен до того, что убыток составляет по крайне мере 3/4 ценности (ст.581).

Различие объема ответственности страховщика в том и другом случае состоят в платеже полной страховой суммы при оптовой пропаже и за действительно понесенные убытки при повреждении. Оценка повреждения производится по следующим основаниям. В отношении судна обращается внимание на то, что бы повреждение его не доставило выгоды судохозяину. Поэтому, когда нет еще года от постройки потерпевшего корабля, а канаты и паруса впервые употребляются, убыток удовлетворяется, по оценке, полностью. Когда же прошло более года от постройки судна, из суммы следуемой на покрытие повреждения, исключаются 1/3 часть, принимаемая за разность между старыми и новыми частями исправленного судна или принадлежностей его (ст.583).

В отношении поврежденных товаров производится оценка убытков посредством вычета из рыночной цены их в месте назначения цены, вырученной от аукционной продажи в том месте или ином, когда обстоятельства заставили поспешить с продажей в ближайшем порте, не доходя до места назначения (ст.582 и 583).

3. Способ удовлетворения понесенного страхователем убытка принадлежит выбору страховщика. К исполнению своей обязанности ему предоставляется двоякий путь: 1) или уплатить полную страховую сумму и оставить за собой спасенные остатки судна или груза (абандон), 2) или заплатить только убыток, оставляя спасенное в руках страхователя (ст.587).

4. Закон устанавливает срок удовлетворения, обязательный для страховщика. Для удовлетворения оптовой пропажи дается три месяца, если несчастье произошло в Европе, и 6 месяцев, если оно произошло в иной части света (ст.581). Этот срок исчисляется со дня получения известия. Если же корабль пропал без вести, сроки удваиваются, но при этом они истекаются или со дня последнего известия или со дня отправления корабля. Что же касается повреждения судна или товаров, то срок удовлетворения стоит в зависимости от производства расценки аварии и наступает немедленно после ее окончания.

V. Договор морского страхования может быть прекращен по воле одной или обеих сторон, в силу наступления обстоятельств, предусмотренных полисом или иных.

К особенностям морского страхования относится возможность прекращения договора односторонней волей страхователя (ristorno). Притом: a) когда ответственность страховщика не начиналась и назначенный рейд отменен, страхователь за отступление теряет лишь 1/2% страховой премии (ст.596); b) когда же морские убытки начали уже состоять на ответственности страховщика, страхователь, требующий прекращения договора, имеет право на соответственное понижение премии, достигаемое взаимным соглашением или определением суда (ст.597).

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Если информация с сайта помогла вам, то лучшая благодарность сайту-это отзыв на Яндексе

Рубрики